Кейт Доули - Подари мне поцелуй

— Колфилд не так стар, как тебе хочется думать.

— Знаю, ему всего-то сорок шесть! Дайан, если бы ты пила столько, сколько пьет он, то уже давно выглядела бы как египетская мумия! — От волнения Ингрид принялась активно размахивать руками.

— Не кипятись! — Дайан поморщилась.

Она не любила, когда при ней кто-то начинал активно жестикулировать или, упаси Боже, кричать. Дайан видела, что подругу задело за живое ее упрямство в оценке Колфилда и что она уже готова чуть ли не силой доказывать свою правоту.

— Дайан, милая, — чуть спокойнее произнесла Ингрид, — я понимаю, что любовь зла, но ты видела то же, что и я. Сью решила захомутать Итена. Причем он, по-моему, совсем не против.

— А может быть, она действительно самородок, который он сумел обнаружить?! — запальчиво предположила Дайан.

— Ага, тогда я — гений! Дайан, я умею реально оценивать собственные силы. Поэтому поверь мне, могу оценить и талант окружающих меня людей. Сью — бездарь. Единственная актерская игра, на которую она способна, — обольщение. Я думаю, что именно этим талантом она собирается зарабатывать себе на жизнь. Вот так-то! — веско закончила Ингрид.

— Нет, Итен несомненно разгадает ее замысел. Он уже не одну такую повидал на своем веку.

— В том-то и дело, что их было слишком много! Да и век у него тогда был еще маловат, сейчас он гораздо больше. Я просто уверена, что теперь он начнет бегать по молоденьким девочкам. Сью его просто — как бы это выразиться?.. — распечатает.

— Ингрид, почему ты так уверена в своей правоте?

— Потому что у меня есть живой пример перед глазами. Мой дядюшка вновь на днях познакомил меня с очередной милой девушкой, которая скрашивает его одиночество. И, заметь, чем старше он становится, тем чаще меняются «помощницы». Меня это уже серьезно беспокоит.

— Тебя волнует, что одна из этих девушек выскочит за него замуж и наследство уплывет от тебя в ее нежные, но загребущие ручки? — весело поинтересовалась Дайан.

— И это тоже. Но у меня есть проверенный способ, с помощью которого я борюсь против их поползновений.

— Расскажи, — попросила Дайан.

— Будешь бороться с Сью?

— Нет, просто любопытно, какую гадость ты смогла придумать.

— Все просто, дорогая подруга, когда я вижу, что девочка начинает серьезно прибирать к рукам моего дядюшку, я тут же подкидываю ему новую девчонку, еще более симпатичную. Но с их попытками завладеть моим наследством я еще готова мириться, потому что могу бороться. Есть вещи гораздо более страшные.

— Что ты имеешь в виду?

— То, что они изматывают моего любимого дядюшку. Если я сейчас его лишусь, то не успеет остыть его бренное тело, как меня вышибут из театра, не без содействия твоего обожаемого мистера Колфилда.

— Ингрид, я просто не перестаю поражаться тебе! Откуда столько цинизма!

— Эх, подруга, это я такая, это жизнь.

— Кстати, если бы ты не задирала Колфилда, он был бы не слишком против твоего присутствия в театре.

— Действительно, скорее всего он бы меня не замечал.

— Что мешает тебе иногда следить за тем, что ты говоришь?

— Совесть! Должен же кто-то говорить правду в глаза этому разжиревшему старикану!

В ответ Дайан только обреченно покачала головой.

— С тобой бесполезно о чем-то разговаривать. Скажи хотя бы, куда ты меня тащишь.

— Обедать! Нет ничего лучше взбитых сливок с фруктами от плохого настроения!

— А обед?

— Ну неудобно же есть один десерт, не пообедав предварительно.

— Перед кем неудобно, Ингрид?

— Перед своими лишними килограммами. Хватит разговоров! Пора покорять этот город!

— Ты ненормальная. — Дайан весело рассмеялась.

— За это ты меня и любишь, — совершенно серьезно ответила Ингрид. — Да! Ты еще не слышала последнюю новость о Хелен!

— Извини, но кто такая Хелен?

— Бывшая подружка нашего звукорежиссера. Так вот, она недавно… О, какие люди! — Ингрид так и не удалось закончить свой рассказ о неизвестной Дайан Хелен. — Эдам Хоули! Какими судьбами в нашем пристанище муз?

— Ингрид! Ты меня, как всегда, удивляешь! Ты не знаешь, кто написал «Илиаду», но при этом говоришь о музах! Привет, Дайан, очень рад тебя видеть.

— А меня? — задорно поинтересовалась Ингрид.

— Тебя я буду рад видеть, если ты расскажешь мне, что такое «музы» и от кого ты услышала такую фразу.

— Эдам, ну почему ты такой противный!

— Не я такой…

— …Это жизнь! — подхватила Ингрид и, когда все закончили смеяться, объявила: — Мы сейчас идем все вместе обедать!

— Прости, Ингрид, — ответил Эдам, — но я зашел по делу. Мне надо увидеть Итена.

— О! Так, значит, ты будешь продюсировать новую постановку несравненного Колфилда?

— А об этом уже знают все?

— Некоторые даже играют в пьесе! — хвастливо заметила Ингрид.

— Дайан, разреши тебя поздравить с ролью Офелии. — Эдам протянул руку, намереваясь пожать тонкую ручку Дайан.

— Эдам, ты не совсем верно понял Ингрид. Это она точно утверждена на одну из ролей.

— Да, — подхватила Ингрид, — а твой любимый Колфилд мечется между пышечкой Сью и нашей дорогой Дайан.

— Ну, во-первых, — поправил ее Эдам, — я люблю не Колфилда, а одну замечательную женщину, во-вторых, я думаю, после того как я с ним поговорю, он изменит свое решение.

— Прошу тебя, Эдам, не делай этого, — тихо сказала Дайан.

— Чего этого?

— Не заставляй Итена утверждать меня на роль Офелии. Если он под твоим давлением выберет меня, я перестану себя уважать.

— Эдам, не спорь с ней, — посоветовала Ингрид. — Она у нас женщина-скала. Если Дайан сказала, что будет так, значит, так и будет. А сейчас пойдемте наконец-то обедать!

— Но я собирался к Колфилду! — запротестовал Эдам, когда Ингрид силой потащила его к выходу.

— Забудь! — строго сказала она.

— Но почему? — удивился Эдам.

— Слушай, ты головой в последние дни негде не ударялся? Как Дайан может быть уверена, что ты не станешь говорить с его святейшеством о роли Офелии?

— Я дам честное слово!

— Это вы с Дайан такие дурачки, что можете верить честному слову! — фыркнула Ингрид. — Я тут единственная, кто сохраняет разум. И я вам говорю: пошли обедать!

Итен Колфилд первым зашел в свой кабинет. Он знал, что даму следовало бы пропустить вперед, но телефон очень настойчиво требовал его внимания. Когда же он взял трубку и повернулся к двери, чтобы знаком попросить Сюзанну присесть, он увидел, что девушка закрывает дверь на ключ.

В ответ на его немой вопрос Сюзанна начала медленно снимать с себя тонкое шелковое платьице, которое и так толком ничего не скрывало от любопытного взгляда. Легкой горкой бордового шелка оно упало к точеным ногам девушки.