Хлоя Флеминг - Светлая сказка

Его заявление не удивило девушку. Она только пожала плечами и улыбнулась.

— А я не боюсь его, — бойко ответила она.

— В таком случае, может, вам следует бояться меня?

— А скажите на милость, кто вы такой? — дерзко спросила она.

— Меня зовут Кристиан Лемонт, я — друг королевской семьи.

Девушка откинула голову и расхохоталась.

— Вы знаете, Кристиан Лемонт, вам бы следовало присоединиться ко мне и охладить свою горячую голову.

Кристиан уставился на эту маленькую, дерзкую фею.

— Что ж, если вы настаиваете, то я готов последовать за вами.

Она рассмеялась и нырнула, сильно расплескивая воду вокруг себя.

Что же ему делать с этой девушкой? Поймать и вытащить из воды этого проворного дельфина будет весьма нелегко.

Наяда вынырнула на этот раз возле самого водопада и поманила его.

— Давайте же, вода чудесная.

— Неужели ваши родители никогда не говорили вам, что молодой девушке не следует заигрывать с незнакомцем? — удивляясь ее смелости, спросил Кристиан.

— Говорили, — с лукавым блеском в глазах ответила она. — Но ведь вы не незнакомец.

— Вы знаете только мое имя.

— Я знаю также, что мой отец доверяет вам.

— И кто же, интересно, ваш отец?

— А вы не знаете?

— Если бы знал, не спрашивал бы.

— Я — младшая дочь Фридриха Берсерака, короля Мервиля, которому принадлежит этот лес. Между прочим, мы не раз с вами встречались во дворце. Я просто не сразу вас узнала из-за освещения.

Не может быть, подумал Кристиан. Младшей дочери короля сейчас должно быть не больше тринадцати. Обычно он был настолько занят делами политики и бизнеса, что совершенно не обращал внимания на подросших дочерей короля, которые, как ему казалось, по-прежнему интересовались только куклами и нарядами. В детстве он соглашался поиграть с Элоизой и Марией только благодаря настойчивым требованиям родителей. Особенно, матери… А к тому времени, когда в их играх могла бы принять участие малышка Изольда, Кристиан уже вышел из детского возраста.

Девушка лениво подплыла к берегу, на котором стоял Кристиан, и, нащупав под ногами камень, встала на него, по плечи высунувшись из воды.

— Ваш отец знает, что вы здесь? — спросил он, все еще удивляясь, как он мог упустить счет ее годам.

— Мой отец слишком занят, чтобы следить за мной.

— Но любой отец беспокоится за безопасность своих детей.

— А я уже не ребенок, — горячо проговорила она. — Вчера мне исполнилось шестнадцать.

Кристиан разочаровано вздохнул. Ей только шестнадцать. Она еще совсем ребенок.

— Вы, избалованное королевское дитя, немедленно выходите из воды, — скомандовал он.

— Не выйду, — заявила она.

Кристиан растерянно покачал головой. Он не знал, что делать. Редко кто осмеливался перечить ему, а тут девчонка-подросток бросала ему вызов. Но, как ни странно, ему это нравилось.

На какое-то время они замолчали. Слышался только шум водопада и задушевный стрекот сверчка. Где-то вдалеке проухала сова. Солнце скрылось, и грозовые облака подернулись серебром. Крупные капли дождя зашлепали по поверхности воды, но эти двое по-прежнему стояли неподвижно и молчали.

Каждый из них знал, что между ними происходит нечто такое, что, возможно, изменит их жизнь. В уме Кристиана шла ожесточенная борьба, он не мог позволить себе воспользоваться легкомыслием юной принцессы.

«Ты слишком молода». — «Но ведь это не навсегда!» — «Я подожду, пока ты повзрослеешь». — «Хорошо».

Кристиан повернулся, подошел к своей лошади и вскочил на нее.

— Оденьтесь, я буду ждать вас у кромки леса, чтобы проводить домой.

На этот раз она не возражала.

2

Вчера ей исполнился двадцать один год. Этот день и месяц отчетливо выгравировались в памяти Кристиана еще пять лет назад. С тех пор она расцвела и похорошела. И теперь, когда красавица Изольда спускалась по лестнице, взгляды всех присутствующих в зале гостей с обожанием устремились на нее.

Кристиан испытал острое желание быть рядом с ней, в роли защитника. Он попросил прощения у друзей за прерванную беседу и пошел навстречу Изольде.

В этот момент королевский оркестр заиграл вдохновенный вальс. Кристиан протянул ей руку:

— Позвольте пригласить вас на танец.

— С удовольствием.

Она застенчиво вложила свою руку в его, и Кристиан с трудом подавил усмешку. Эта девушка была для него загадкой. Тогда, пять лет назад, да и вчера, на турнире по гольфу, она вела себя необузданно и смело. А теперь почему-то робко краснела, несмотря на то, что изо всех сил пыталась выглядеть сдержанной и светской.

Он вывел ее на середину зала, где по сверкающему мраморному полу уже кружилось несколько пар. Король Фридрих танцевал со своей женой, королевой Кассией Кастальди. Вдовствующая королева Генриетта, мать Фридриха, танцевала с премьер-министром Рене Девуаном. Среди танцующих было много знаменитостей и политиков из разных стран.

Кристиан притянул к себе гибкое тело Изольды, вдыхая нежный аромат ее духов, обвил рукой ее талию, и они закружились в вальсе.

Никогда еще они не были так близко друг к другу. Он разглядывал нежную, гладкую кожу ее щек, стройную, длинную шею, миндалевидные глаза, в которых отражался изумрудный оттенок наряда. Ее губы были слегка приоткрыты в полуулыбке, и Кристиан с трудом удерживал себя от страстного желания поцеловать ее. Ему не терпелось испытать то, о чем он столько лет мечтал.

Однако он хотел, чтобы это произошло в идеальных условиях. Они должны быть наедине. А теперь он мог довольствоваться тем, что держал ее в своих объятиях, и даже это делало его счастливейшим человеком в зале.

— Итак, вам вчера исполнился двадцать один год, не так ли? — спросил он как бы невзначай.

— Откуда вы это знаете? — удивилась она. — Кажется, вас не было вчера на празднике.

— Простая математика.

— Математика? — усмехнувшись, переспросила она.

— Пять лет назад в этот день вам исполнилось шестнадцать.

Ее щеки вспыхнули.

— Вы помните о том дне?

Он промолчал, решив, что когда-нибудь в другой раз признается ей, как все эти годы память о том вечере у водопада не давала ему заснуть и не позволяла увлечься другими женщинами.

— С днем рождения, — сказал он, заглянув ей в глаза.

— Спасибо.

— И как же вы отпраздновали его в этот раз?

— Я отменила купание в озере. Вместо этого отец повез меня в Париж, и я купила себе это платье.

— Прекрасный выбор, — сказал он, окидывая взглядом ее наряд.

— Правда? — спросила она и снова залилась краской.

— Да. Я думаю, что вы самая прекрасная болельщица в этом зале.

Она вздохнула и смущенно опустила глаза.