Я люблю тебя НАВСЕГДА - Вета Маркова

самая лучшая компания — тишина…

— Вот как? И чем это обусловлено?

— А я должна ответить на этот вопрос? — в свою очередь спросила Дарья.

— Нет. Но должен же я помочь столь прекрасной даме. А чтобы помочь, я должен знать, в чем здесь проблема, — задумчиво сказал он и потом предложил. — Давайте отдыхать вместе.

Дарья молча наблюдала за Германом. Интересно, зачем он пришел? Действительно вернулся из-за ее отсутствия на празднике? Или вернулся случайно, увидел ее, а теперь уйди неудобно? Она невольно улыбнулась своим мыслям. От глаз Германа улыбка не спряталась, он ее заметил.

— Даша, так мне можно остаться? Я не помешаю Вам отдыхать?

Дарья немного подумала и ответила:

— Если Вас действительно никто не ждет, оставайтесь. Это и Ваш домик тоже.

— А Вы хотите, чтобы я остался? — в голосе Германа появились какие-то новые нотки, которые Даша заметила, но не поняла их окончательно…

Помедлив немного с ответом, честно сказала:

— Хочу…

— Прекрасно! Тогда устроимся поудобнее. Можно? — Герман, до этого момента так и сидевший на подлокотнике диванчика, где спал Гамлет, решил устроиться рядом с Дарьей.

— Да, конечно, — Дарья немного отодвинулась, уступая место мужчине.

— Дарьяна, так почему Вы не пошли на вечер в ресторан?

— Я не люблю быть в шумной незнакомой компании … — она замялась, подбирая правильное слово.

— Без сопровождающего?

— Да, в роде этого…

— Тогда почему приехали одна? Не с кем?

— Теперь уже не с кем.

— Извините. Не хотел сделать Вам больно.

— Ничего страшного. От развода никто не застрахован, как и от неудачного замужества. Нужно было думать и смотреть раньше. Теперь вот ранки зализываю…

— Даша, … — он смотрел на нее, она ощущала этот взгляд, но почему-то не повернулась.

— Что?

— Расскажите о себе.

— Зачем? И что?

— Давайте превратим эту ночь в ночь знакомства.

Mein Herz gleicht ganz dem Meere,

Hat Sturm und Ebb und Flut

Und manche schöne Perle

In seiner Tiefe ruht.

— Извините, Герман, но я не так хорошо знаю немецкий язык, чтобы понять содержание этих строк, хотя звучит божественно. И кто автор?

— Автор Генрих Гейне. А что Вы поняли? Просто любопытно…

— Любопытен мой уровень знания немецкого?

— Что-то вроде того… так что?

— В моем сердце море, гром, и что-то там с жемчугом… С прозой дело обстоит лучше, я немного понимаю язык, но не говорю по-немецки.

— Вот как? Почему?

— Не знаю. Стесняюсь, что ли. Так перевод я услышу?

— И в сердце моем, как в море,

Бушует шторм и гром,

И все же в его глубинах

Прекрасных жемчужин звон.

— Класс. Но в оригинале звучит лучше…

Герман улыбнулся.

— Даша, так Вы расскажите о себе? Давайте, вначале Вы мне о себе, потом я Вам о себе.

— Возможно. А может, просто вопрос-ответ? — Дарья подняла на своего собеседника красивые карие глаза.

— Хорошо, только давайте ответ давать по возможности полный. Или честно говорить, если ответа не будет. Тогда первый вопрос Ваш, — предложил Герман.

— Спасибо. Почему Вы встречаете Новый год в чужой стране, вдали от семьи?

Герман немного подумал и ответил:

— По нескольким причинам, Дарьяна. Страна мне не чужая, я родился и живу в Германии, но я русский на три четверти, немец только дед по отцовской линии. К тому же у меня двойное гражданство. Вдали от семьи… да ее уже как таковой нет. Есть дочь, которую я безумно люблю, и жена, которую я ненавижу и жалею одновременно. Есть сын от первого брака, но он живет с родителями жены. У меня проводит только каникулы. Мои родители Новый год всегда встречают на горнолыжном курорте в Альпах. Что там один, что здесь. Большой разницы нет.

Герман задумался, Даша наблюдала за собеседником и ей показалось, что он в мыслях уже далеко отсюда. На экране зазвучала ее любимая песня и она отвела взгляд от Германа на экран телевизора.

— Даша, а у Вас есть дети?

— Сын, Глеб, ему сейчас три года. До лета он будет жить у моих родителей, мне нужно закончить институт. С ним это проблематично… А сколько лет Вашим детям?

— Марку пятнадцать, а Аннет только будет два. Она еще маленький несмышленыш.

«Интересно, сколько же ему лет?» — задумалась Даша, но спросить постеснялась.

Зазвучала потрясающая мелодия Поль Мариа. Даша очень любила эту мелодию, она вселяла в ее душу такое спокойствие, так убаюкивала ее. Все это восхищение мелодией заиграло в ее глазах, отразилось на лице. Герман смотрел на свою соседку и понимал, что рядом с ним находится очень нежная, ранимая и чувственная молодая женщина, возможно с ней будет приятно, спокойно и ему. «Нужно присмотреться к ней получше, может мама права, сказав, что развод — это не конец, это только начало».

— Даша, Вам налить еще шампанского?

— Нет, спасибо.

Она поежилась, в комнате становилось холодно. Большой минус этих домиков — первый этаж отапливался камином. В спальнях было тепло, а вот на первом этаже всегда было прохладно.

Герман подошел к камину, растопил его. Пламя заиграло на сухих дровах, в комнате сразу стало уютно. Герман выключил верхний свет, оставил только ночное освещение, полумрак придал гостиной таинственности, по стенам запрыгали отсветы огня.

Дашка сидела как завороженная. Она смотрела на этого мужчину и понимала, вот он может взять на себя ответственность, может принять решение, протянуть женщине руку помощи. А ее муж, бывший муж, всегда смотрел на Дарью. Вот сейчас, будь он здесь, первое, что сделал бы Денис, так это спросил: «Может разжечь камин? Или принести плед?» И так было во всем.

— Даша, о чем задумались? — Герман снова сел рядом и откровенно рассматривал Дарью.

— Да так, мужа вспомнила, — честно призналась она.

— Любите?

— Любила… — она снова поежилась, согреться она еще не успела, да и по ногам гулял ветерок.

— Придвигайтесь ближе и поднимите ноги на диван. Мне нужно было раньше разжечь камин. Извините, не догадался, — Герман протянул руку и взял плед, лежащий на тумбе, укрыл им ноги Дарьи, а потом взял и обнял ее, прижав к себе. От него шло такое тепло.

Дарьяна хотела отодвинуться, но он нежно посмотрел на соседку:

— Сейчас отогрею немного и отпущу, — и улыбнулся.

Они еще долго так сидели и разговаривали, потом Дарья поняла, что проваливается в сон, но ей было уютно и тепло, она не хотела уходить в одиночество. Проснулась от прикосновения его руки к ее волосам.

— Разбудил? Извини, ты так сладко спала, не смог удержаться, чтобы не дотронуться до локона волос, — Герман улыбался. — Давай по чашечки чая и спать.

— Давай, — отозвалась Дарья.

Они незаметно для