Сьюзен Фокс - Ключ к твоему сердцу

Эдит слегка сбавила скорость, чтобы Хойта трясло как можно меньше. Наверное, теперь рана болит сильнее — закончилось действие местного обезболивания, да к тому же прибавилась боль от наложенных швов. Эдит снова взглянула на Хойта. Он молча смотрел на нее своими выразительными глазами и ждал ответа.

— Конечно, я смогу, — тихо сказала она, а он кивнул, и в его взгляде, она могла поклясться, не было и намека на розыгрыш.

«Конечно, я смогу». Эдит вдруг поняла: она сделает то, что он хочет и когда он этого захочет. Господи! Она, вероятно, будет говорить «да» Хойту Доновану и «конечно, я смогу» до конца своих дней.

Прежде чем вернуться на ранчо Донована, Эдит успела перекусить, принять душ, вымыть и высушить волосы. Сделав легкий макияж, она надела приличные джинсы и желтую хлопчатобумажную блузку. Для работы она никогда не надевала ни желтой блузки, ни единственной пары модных брюк. Приятно было принарядиться. Она позволяла себе это только по воскресеньям и особым случаям. Конечно, это не очень-то большое разнообразие по сравнению с ее обычными джинсами и рубашками, которые она носила, работая у Хойта, но все же…

Сегодняшний вечер обещал стать непохожим на конец обычного рабочего дня. Эдит чувствовала себя взволнованной — хотя это и глупо! — из-за того, что собирается помочь Хойту. Конечно, у нее нет никакой надежды на его внимание, но по крайней мере она оделась понаряднее, а от этого и настроение улучшится. И все же она дурочка!

Хотя Эдит и не была красавицей, но и страшилой ее не назовешь. Голубые глаза притягивают к себе, выделяясь на слегка загорелом лице, обрамленном длинными, до плеч, темными волосами; приятная улыбка. В общем, она всегда была довольна своей внешностью. Но все это до того, как Эдит влюбилась в Хойта. Зная его пристрастие к красоткам, девушка стала сравнивать себя с самыми эффектными женщинами в Техасе и, конечно, пришла к выводу, что она — урод и что Хойт никогда на нее не взглянет. Оставалось только утешать себя тем, что человеческие качества у нее намного лучше, чем у дам Хойта. Ей казалось, что он всегда хорошо к ней относился. Но ведь он хорошо относился и к своей экономке мисс Эд, так что его расположению нельзя было придавать особого значения. Хойт нанял мисс Эд не за красоту, а потому, что та вела хозяйство так, как его устраивало, к тому же она бесподобно готовила и прекрасно с ним уживалась.

Эдит тоже прекрасно ладила с Хойтом, невзирая на его порой невыносимый характер. Когда он пребывал в хорошем настроении, ему даже нравилось беседовать с ней, рассказывать о своих проблемах, спрашивать ее мнение. Он ценил то, как она справлялась со своей работой. Красота и искрящееся остроумие тут были не нужны, но иногда Эдит казалось, что она немножко нравится Хойту. И сегодня ей тоже показалось, что их «перебранка» пришлась ему по душе. Именно Эдит он призвал на помощь, и это ей польстило. Девушка решительно отбросила мысль о том, что все объясняется просто: в данный момент у Хойта не было обожающей его красавицы, которая утешила бы его.

А теперь Хойт позвал ее прийти к нему вечером, и естественно, что она так разволновалась. А ведь это опасно: в какой-то момент она может не совладать со своими чувствами и потерять голову. Ведь Эдит, как она сама себе признавалась, безнадежно надеющаяся дурочка. Впрочем, от Хойта вполне можно ожидать чего угодно. Возможно, вечером он будет раздражителен, и тогда она испытает полное разочарование.

Но пока что Эдит была счастлива. Она уже не один раз посмотрела на часы и наконец решила, что пора. Эдит выехала в своем зеленом пикапчике на автостраду, с трудом удерживаясь, чтобы не превысить скорость.

Подъехав к массивному одноэтажному дому Донована, построенному в так называемом «глинобитном стиле», она не увидела допотопной машины мисс Эд — значит, экономка действительно уехала. Солнце только что зашло, но в доме горел свет. Эдит подошла к парадному входу и позвонила. Дверь не открыли, и она снова нажала на кнопку. Тот же результат. Наверное, Хойт принял болеутоляющую таблетку и задремал где-нибудь на диване. Он не мог лечь спать, оставив непогашенным свет в доме. Войти или не входить? Хотя Эдит проработала у Хойта не один год, она не могла вот так запросто войти в дом, несмотря на то что ей это было разрешено. Регулярно появляясь во второй половине дня, она огибала дом и стучала в большие стеклянные двери, ведущие из внутреннего дворика на кухню, чтобы привлечь внимание мисс Эд.

А вдруг Хойту плохо? Эдит осторожно повернула ручку, и дверь легко отворилась. Она вошла и крикнула: «Привет». Не получив ответа, девушка закрыла дверь, пересекла по каменному плиточному полу вестибюль и направилась по устланному ковром коридору в глубь дома.

— Привет, Хойт, я здесь! — снова крикнула она и пошла к кабинету Хойта, заглядывая по пути в комнаты.

Огромный кабинет был пуст. Она выключила там свет, затем вернулась обратно и стала обходить весь дом.

Ни в столовой, где царил безукоризненный порядок, ни в гостиной никого не было. То же самое и на кухне. Эдит бросила взгляд в обширный внутренний двор, но и там Хойта не было. Тут она заметила его черную ковбойскую шляпу, висевшую на крючке в полутемной кухне. Значит, он где-то в доме. Эдит отправилась в другую часть, где располагались спальни. Единственное пятно света виднелось у двери в спальню Хойта. Она замерла на пороге и, не заглядывая внутрь, постучала. Если он только что вышел из душа, ей не следует ставить его в неловкое положение. Ответа не последовало, но тут Эдит услышала легкий храп.

Осторожно заглянув в спальню, она увидела Хойта, раскинувшегося на спине на большой кровати. На нем была свежая рубашка и чистые джинсы. И сапоги на ногах. Значит, он просто прилег, а потом заснул. Мисс Эд наверняка этого не знала. Уж она-то не позволила бы Хойту лежать, не разувшись, на красивом покрывале.

Но Эдит не могла допустить, чтобы он проспал всю ночь в одежде, поэтому она подошла к кровати и дотронулась до его плеча.

— Хойт, проснитесь, — прошептала она и легонько потрясла его за плечо. — Хойт, это Эдит. Просыпайтесь. Вам надо раздеться и лечь под одеяло.

Он пошевелился, но движение, очевидно, причинило ему боль, так как он выругался. Эдит поняла, что надо действовать более решительно.

— Хойт? Просыпайтесь. Осторожно — у вас швы. — И снова потрясла за плечо. — Хойт?

На этот раз его стон больше походил на недовольное рычание. Тогда Эдит взяла его руку И… О, боже! Какое же это удовольствие — ощущать большую мозолистую руку в своей ладони! Как хочется продлить эти минуты!

— Ну же, Хойт, — уговаривала его она. — Нельзя спать в одежде. Проснитесь, снимите одежду и ложитесь под одеяло.