Энн Мэтер - Ребенок Джека Риордана

– У нас будет ребенок, Джек. Поэтому я позвонила. Нам надо встретиться.

Рейчел провела утро в студии, которую Джек оборудовал для нее в саду. Она была разносторонним художником, писала маслом, рисовала углем. Но самым любимым видом живописи оставалась акварель.

Но сегодня ей никак не удавалось сосредоточиться: мешали мысли об измене Джека. Да, он так и не признал, что у него роман с Карен, но и не отрицал этого. К тому же обвинил ее, Рейчел, в разрыве супружеских отношений, в фактическом прекращении их брака.

Неужели он не понимает, каково ей было тогда? Трижды ей довелось ощутить, как в ней зарождалась новая жизнь, и трижды она теряла ребенка на третьем месяце беременности. И когда она отстранилась от него, погрузившись в глубочайшую депрессию, он нашел себе другую. Такой мужчина, как Джек, не мог долго существовать без женщины. И Карен у него, конечно же, не первая. Но в отличие от остальных ей удалось забеременеть.

Ко времени ленча Рейчел оставила все попытки продолжать работу и вернулась в дом. Ей еще предстояло объясняться с миссис Грэди по поводу обилия огарков свечей в спальне и того факта, что Джек не спал в своей постели.

Но миссис Грэди дома не оказалось. Рейчел с трудом вспомнила, что домоправительница по четвергам всегда отправлялась за покупками. Вчерашний визит Карен Джонсон, равно как и ее собственное бесстыдное поведение, повергли ее в состояние шока. Она соблазнила своего собственного мужа. Вот только не знала, зачем.

Подсознательно она, конечно, хотела забеременеть. Но какой в этом смысл? Где гарантия, что очередная беременность – в случае успеха, конечно, – не закончится так же плачевно, как все предыдущие? Не обрекает ли она себя на новые душевные муки?

Рейчел покачала головой. Ей было понятно лишь одно: надо что-то срочно предпринять, чтобы не дать Карен увести у нее мужа. Несмотря ни на что, она все еще любила Джека, хотя и не собиралась ему этого говорить.

К ее удивлению, миссис Грэди оставила на кухне холодный ленч на двоих: охлажденный суп из спаржи, салат «Цезарь» – любимое блюдо Рейчел – и слоеный торт с клубникой на десерт. Может быть, она думала, что Рейчел пригласит к ленчу Люси. Люси Робардз, ее лучшая подруга, жила всего в полумиле отсюда. Но разговора о гостях не было, а Джек теперь никогда не приезжал домой на ленч.

В ведерке со льдом стояла откупоренная бутылка вина. Рейчел извлекла ее и налила немного в хрустальный бокал. Шабли, определила она, попробовав. Выбор Джека. Означало ли это что-нибудь? Может, он сказал миссис Грэди, что вернется к ленчу?

Рев мощного двигателя на подъездной дорожке заставил ее сердце сжаться. Миссис Грэди? Нет, вряд ли. Домоправительница ездила на стареньком «форде». Видимо, это «астон-мартин» Джека.

Рейчел глотнула вина, чтобы унять сердцебиение. Нечего тут с ума сходить, сказала она себе. Джек, наверное, что-то забыл. Он может зайти в дом на минуту и тут же уехать, даже не встретившись с ней.

Хлопнула входная дверь, и во рту у Рейчел пересохло. Она глотнула еще вина, просто чтобы промочить горло, и чуть было не поперхнулась, когда на пороге кухни появился Джек.

– Привет, – вежливо сказал он, что очень удивило Рейчел: она не забыла, как они расстались утром. – Прекрасно. Я как раз вовремя.

Рейчел нахмурилась.

– Так это... – она показала на круглый стол, изящно сервированный фарфором и серебром. – Это для тебя?

– Для нас обоих, – поправил ее Джек, снимая черный пиджак и вешая его на спинку стула. Он расстегнул верхнюю пуговицу рубашки и ослабил узел галстука. Потом подошел к ведерку со льдом, возле которого стояла Рейчел с бокалом в руке. – Это шабли?

– А ты будто бы не знаешь? – Она не смогла избежать нотки раздражения в голосе. – Полагаю, ты обо всем договорился с миссис Грэди перед уходом.

– Я позвонил, – снова поправил ее Джек. Он налил себе вина, но совсем чуть-чуть. Отпив глоток, сказал: – Неплохо, неплохо.

Дрогнувшей рукой Рейчел поставила свой бокал на стол. Она не позволит ему вести себя так, словно ничего не случилось. Тень Карен Джонсон еще долго будет преследовать их.

– Может, сядем за стол? – предложил Джек.

– Если хочешь. – Рейчел небрежно пожала плечами.

Подождав, пока она усядется, Джек тоже сел.

Рейчел сняла крышку супницы, налила себе половник супа и повернула его ручкой к Джеку. Судя по тому, какую маленькую порцию он взял себе, аппетита у него тоже не было. И опять ее кольнула мысль: отчего? И откуда эти складки возле рта и между бровями?

Конечно, его измученный вид можно объяснить угрызениями совести, усмехнулась она про себя, погружая ложку в суп без особого энтузиазма. Ему же всего тридцать семь. Что еще с ним может быть?

– Ты хорошо спала?

Эти слова застигли ее врасплох.

– Не очень, – ответила Рейчел после секундного колебания. Оставив Джека крепко спящим у нее в постели, она перешла в одну из гостевых комнат. Должно быть, она здорово устала, потому что очнулась только утром, когда в незашторенные окна начали проникать солнечные лучи.

Джек недоверчиво приподнял одну бровь.

– Жаль, – сказал он, откладывая ложку. – Я спал как убитый.

– Это меня не удивляет, – съязвила Рейчел. – Вероятно, так бывает с теми, у кого нет совести.

– У меня есть совесть, – возразил Джек. – А вот у тебя...

– Что ты имеешь в виду? – вспыхнула Рейчел.

– Ну, давай посмотрим... – Откинувшись на спинку стула, Джек крутил в пальцах ножку бокала, но не отводил взгляда от ее порозовевшего лица. – Тебе не кажется, что вчерашняя игра, которую ты затеяла, была нечестной?

Рейчел облизнула пересохшие губы.

– Ты мой муж. Что нечестного в том, что я хотела тебя?

Джек коротко рассмеялся.

– Милая...

– Не называй меня «милая».

– Это почему? – Джек смотрел на нее простодушным взглядом. – Ты ведь сама только что сказала, что я – твой муж.

Рейчел резко отодвинула стул и встала из-за стола.

– Извини меня, пожалуйста...

Джек тоже встал, преградив ей путь к отступлению.

– Не извиню. – Он не мог позволить ей вот так уйти. – Мы еще не закончили.

– Мне не хочется больше ничего есть.

– Я говорил не о еде.

Рейчел разгневанно посмотрела на него.

– Ты не имеешь права задерживать меня здесь.

– Еще как имею. Так что сядь за стол и давай поговорим.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

– Я не хочу с тобой разговаривать. И сидеть тоже не хочу. – Раздражение Рейчел было очевидным. – Я поднимусь к себе.

– Ладно, – согласился Джек. – Тогда я пойду с тобой.

– Нет, не пойдешь!

– Нет? – Джек нахмурился. – А прошлой ночью мне было можно.

– Прошлая ночь – ошибка.