Сара Крейвен - Любовь и ревность

– Не надо, оставь. – Райан усмехнулся. – Мне даже нравится. По крайней мере, видно, что здесь живут люди.

– Здесь не просто живут люди. – Она явно старалась задеть его. – Здесь наш дом.

Он засмеялся.

– Так ли, дорогая? Впрочем, – Райан поднял бокал ироничным жестом, – он вполне может служить доказательством нашего общего успеха.

О, Господи, подумала Кейт. Мы уже ссоримся. А это было последнее, чего ей хотелось.

Она поставила бокал на столик и подошла к Райану, обняв руками его за талию и вдохнув запах дорогого мужского одеколона.

– Мне нравится наш успех. – Она вызывающе улыбнулась ему. – А наше счастье – еще больше. И в качестве поощрения мы проведем завтрашний день вместе. – Она провела пальцем по открытому вороту его рубашки. – Воскресенье, сладкое воскресенье для нас двоих. – Кейт искушающе понизила голос. – Встанем так поздно, как захотим, пойдем в парк, найдем что-нибудь новенькое, где пообедать. Как мы это делали раньше.

Он покачал головой.

– Извини, моя любовь, но не завтра. Я собираюсь поехать в Уитмид на ланч к родным.

– О! – Кейт внутренне похолодела. – Можно узнать, когда это было назначено?

– Мать позвонила мне на неделе. – Голос у него был ровен.

– Ты ничего не говорил…

Он задумчиво глянул на нее.

– Я не думал, что тебя это может заинтересовать.

Вот оно, подумала Кейт, поморщившись, но сдержалась. Она перешла на примирительный тон:

– Дорогой, я понимаю, ты имеешь в виду те глупости, что я наговорила, когда мы возвращались от твоих родных? – Она тряхнула головой. – Но я только хотела, чтобы твоя мать поняла, что раз уж мы создали семью, то сделали это по взаимному и добровольному согласию. Без всякого принуждения.

– Это было только случайное замечание, Кейт. Оно не означало вмешательства. Или начала третьей мировой войны. – Он сделал паузу. – Кроме того, когда мы только собирались пожениться, мы очень хотели завести ребенка. И не делали из этого секрета.

– Да, но все изменилось, когда ты бросил работу в Сити, – запротестовала Кейт. – Я работала, а ты утверждался как писатель. Ты сам это знаешь!

– Я уже давно утвердился, – заметил он мягко.

– И я тоже, – напомнила ему Кейт. – Но теперь у нас нет времени. – Она помолчала. – И ты помнишь, как Джон и Карла Паттерсон жаловались, что невозможно найти няню.

– Они преувеличивали.

– И, кроме того, твоя мать уже взяла к себе детей твоей сестры, – добавила она в защиту.

– Безусловно, – согласился он. – Но я не могу обещать, что не будет сделано никаких намеков на этот счет.

Кейт вновь постаралась улыбнуться.

– Значит ли это, что я исключена из списка приглашенных на завтра?

– Отнюдь, – спокойно возразил он, – все будут только рады видеть тебя, но тебе, вероятно, придется связаться с офисом по возвращении из Глостершира и извиниться?

– Ты прав, – согласилась она бесцветным голосом, отодвинулась от него и направилась к себе. – Мне надо закончить с бумагами. До следующего раза.

– Может, это и к лучшему.

Ей показалось или в его голосе действительно прозвучало облегчение?

«Боже мой, – подумала она, прикусив губу, – неужели я и вправду такая сука?»

Она обернулась к нему, лучезарно улыбаясь.

– Может, выпьем еще немного вина?

– Я бы лучше не стал. – Это звучало как извинение. – Мне надо держать голову ясной.

– Но ты ведь не собираешься работать сегодня вечером? – Кейт не удалось скрыть разочарование.

– Мне надо еще кое-что подредактировать. Это не займет много времени.

Кейт встала коленями на софу, стараясь дотянуться до его руки.

– А это не может подождать до утра? – Голос у нее был хриплым и грустным. – Я соскучилась.

Райан потряс головой.

– Мне надо подготовиться к раннему отъезду в Уитмид. – Он освободил руку, затем провел пальцем по щеке Кейт. – Я буду так скоро, как смогу.

– Это обещание? – Кейт растягивала слова, глядя на него снизу вверх сквозь ресницы.

– Будь паинькой. – Он нагнулся и поцеловал ее в макушку. – Увидимся позднее. – Райан поднял портфель и вошел в кабинет, аккуратно закрыв за собой дверь.

Кейт стояла, глядя перед собой невидящими глазами. Потом собрала бокалы и отнесла на кухню. В окне над мойкой она увидела свое отражение – бледное лицо, сжатый рот и широко открытые глаза.

Она выглядела испуганной.

Реакция Райана на ее неожиданное возвращение была не такой, какую она ожидала. Вообще-то он всегда был рассеян, когда работа над книгой достигала определенной стадии. Однако это было раньше, до того письма. Анонимное послание все изменило – кончилась ясность, начались догадки. Кейт с ужасом перебирала варианты.

Так, значит, он был занят изысканиями. Для каких это изысканий он так разоделся? А еда, о которой он упомянул, – он ел ее в одиночестве?

«Почему я его не спросила? – подумала Кейт, машинально накручивая прядь волос на палец – жест, оставшийся у нее с детства. – Почему не выяснила точно, где он был?»

Может быть, потому, что не хотела услышать ответ?

Она вздрогнула и отвернулась от напряженного лица в стекле напротив.

Райан был вовсе не обязан приходить в восторг, увидев ее. Они давно не молодожены, Бога ради! Они взрослые люди, и у каждого своя жизнь. У него не было причин менять свои планы.

И она прекрасно обойдется без семейного воскресенья в Уитмиде.

Отличный ростбиф, домашние овощи, пирожные с ликером. Крокет после полудня или прогулка с собаками, чтобы нагулять аппетит для не менее роскошного чая… Карты и настольные игры вечером. Ленивая английская сельская жизнь.

«Не надо притворяться, – сказала себе Кейт. – В действительности ты не едешь из-за Салли и Бена, которые будут там с детьми. Боишься укоризненных взглядов. И не хочешь новой ссоры с Райаном на обратном пути».

И она не должна унижать родителей Райана, даже в мысли, добавила она печально. Они ей нравились, хотя теплота, шарм и безграничная энергия мисс Лэсситер заставляли ее чувствовать себя временами неадекватно.

Что делать, если она не привыкла к открытой семейной привязанности, искренности в личных отношениях, к случайному, но чистосердечному гостеприимству?

Кейт остановилась перед дверью в кабинет. Ничто в мире не могло помешать ей открыть ее, войти в комнату и спросить, как долго еще Райан задержится. Она и раньше заходила к нему, обвивала его шею руками, и он отвечал ей, правда, в его ответном движении не было страсти, никакой интимности в прикосновениях.

Но еще никогда она не была отвергнута.

Ну, это все-таки не совсем отказ, поправила она себя. Он сказал: «Позднее». Но Кейт знала, что второй попытки она не сделает.