Дэй Леклер - Очень тесные связи

Ознакомительный фрагмент

— Ну так с кем-то одним или с обоими?

— Ни с кем. И кстати, с твоим отцом я тоже не спала. Думаю, больше представителей Кинкейдов мужского пола нет, если, конечно, не считать тебя.

— Я никогда не думал, что… — Джек резко оборвал себя и гневно сверкнул глазами. — Я не представитель Кинкейдов.

— Как скажешь. — Ники передернула плечами. — Но либо ты сейчас извинишься, либо я уйду.

— Ты не уйдешь до тех пор, пока мы не разберем твои отчеты.

Ники молча подняла бровь.

— Сукин с… — Джек устало потер лицо руками. — Ладно, извини. Я не должен был говорить, что ты спишь с Кинкейдами. Но ты все равно была с ними заодно.

— Все это время я пыталась доказать твою невиновность. — Ники закрыла глаза и озвучила горькую правду. — Вот только это не так. Ведь я права?

— И как это прикажешь понимать? — спросил Джек, медленно поднимаясь. — Кажется, ты только что говорила, что не веришь, что я убил отца.

— Нет, конечно, — небрежно отмахнулась Ники.

— Тогда что ты хочешь этим сказать?

— Я хочу сказать, что ты пытаешься разрушить все то, что твой отец строил всю свою жизнь. — Если, конечно, кто-нибудь не сумеет его остановить. Столько тайн, столько планов. Как же она от всего этого устала. — Мне не следовало с тобой сближаться. Это моя ошибка. — Ники шагнула к нему и увидела, как на его лице отразились настороженность и безуспешно скрываемое желание. Непреодолимая потребность быть с ней рядом, такая же сильная, как и ее собственная. — Джек, ты прочел то письмо, что оставил тебе отец?

— Нет.

— Он оставил письма всем своим детям и, насколько я знаю, твоей матери тоже. Неужели тебе ни капельки не интересно?

— У меня были очень сложные отношения с отцом.

— В отличие от меня.

— Может, пояснишь?

Ники ненадолго задумалась. Она не слишком любила касаться этой болезненной темы. Но, может быть, если он поймет, зачем она вообще стала работать в «Кинкейд групп», то сможет лучше понять и ее поступки?

— Если бы не твой отец, то у меня не было бы никакой карьеры.

— Ладно, ты начала работать у отца, и что с того?

— Нет, когда я начала у него работать, я ничего о нем не знала.

— Тогда…

— Он помог мне восстановить репутацию после того, как мой предыдущий работодатель порвал ее на мелкие кусочки. — Так, наконец-то она это сказала.

— А что с тобой случилось? — нахмурился Джек.

Ники ненавидела вспоминать те времена, вспоминать то, какой наивной дурочкой тогда была. И это притом, что отец-полицейский с самого детства воспитывал в ней осторожность и благоразумие. Вот только тогда она влюбилась не в того парня и чуть не разрушила всю свою жизнь.

— Эта была моя первая настоящая работа после колледжа. — Чувствуя, как сухо во рту, Ники пожалела, что отказалась от предложенного виски. — Я, кстати, говорила, что немного изучала уголовное судопроизводство?

— Ты говорила, что подумываешь о том, чтобы работать в правоохранительных органах.

— Да, но я просто не могла так поступить с семьей. Ведь мой отец был полицейским. А вместо этого я допустила типичную ошибку многих женщин на первой работе.

Джек моментально все понял. Как же она высоко ценила эту его способность сводить концы с концами!

— Ты влюбилась в начальника.

Ники вздрогнула. Какой же молодой и глупой она тогда была!

— Влюбилась. Вот только все было еще хуже, чем тебе кажется. Он убедил меня все держать в тайне, даже сделал мне предложение, заверив, что после свадьбы обо всем можно будет говорить открыто. Если бы мой отец был тогда жив, он никогда бы этого не допустил.

— Ты говорила, он отлично разбирался в людях.

— Я тогда думала, что и сама неплохо в них разбираюсь.

Джек еще раз сходил к бару, налив на этот раз не только себе, но и Ники.

— Держи, тебе сейчас явно не помешает выпить.

Ники благодарно улыбнулась и глотнула обжигающий виски.

— Не буду вдаваться в излишние подробности, просто скажу, что Крейг впутал меня в аферу, а когда его затея пошла псу под хвост, он исчез, а я осталась в очень некрасивом положении.

— А при чем тут мой отец?

— Реджинальд был близким другом моего деда Болина, отца моей матери, как ты и сам, наверное, догадался.

При имени ее деда на лице Джека появилось такое выражение, словно он его уже слышал. Может, не стоило о нем говорить?

— Но твой отец был простым полицейским. Как Болин согласился на этот брак?

— Мои родители познакомились в колледже, условности их тогда мало волновали. Мама всегда говорила, что они полюбили друг друга с первого взгляда. Когда у меня возникли проблемы из-за Крейга, твой отец решил, что кое-что должен моему деду, и помог мне.

— А поподробней?

Ники хотела все ему рассказать, но сейчас у них было слишком мало на это времени.

— Дед всегда был ловким дельцом и сколотил себе неплохое состояние на сделках с недвижимостью. К тому же он принадлежал к верхушке общества Чарльстона.

— Тогда понятно, что от него понадобилось отцу, — прищурился Джек. — Ведь он отчасти затем и женился на Элизабет, чтобы попасть в высшее общество. Просто денег ему было мало. Он хотел высокого статуса.

— Не буду спорить. Но суть в том, что Реджинальд все узнал, наверняка от моей матери, и вступился за меня. Спас мою репутацию. А потом позвал работать в «Кинкейд групп».

— И теперь ты считаешь, что ты перед ним в долгу.

— Но я действительно у него в долгу, — подтвердила Ники. — Не буду спорить, у твоего отца было много недостатков, но и хорошего в нем было немало. И ты сполна унаследовал все хорошее, что в нем было. И я уверена — Реджинальд любил своих детей. Всех своих детей.

— И теперь мы снова возвращаемся к тому письму.

— Точно. Разве тебе не интересно, почему он оставил тебе такой большой кусок «Кинкейд групп»? А остальные сорок пять процентов разделил между Реджи, Мэттом, Лауриель, Лили и Карой?

— Нет.

Понятно. Жаль, что Джек унаследовал от отца и этот черно-белый взгляд на мир.

— Но он же фактически отдал тебе «Кинкейд групп». Предоставил возможность расквитаться с братьями и сестрами.

— Они мне не братья и не сестры.

— Ошибаешься. Они у тебя есть, и они не сделали тебе ничего плохого. Они ведь даже не знали о твоем существовании, пока Реджинальд был жив.

— Вот только когда узнали, они почему-то не спешили кидаться мне навстречу с распростертыми объятиями. — Джек сжал губы.

— А как бы на их месте поступил ты? — в отчаянии спросила Ники.

— К чему весь этот разговор? Мы собирались разбирать твои отчеты. А вместо этого мы говорим о чем угодно, кроме этого.