(не) фиктивный брак (СИ) - Анина Татьяна

А я ела супчик. Когда-то давно.

– Меня не предупредили, что вы будете жить со мной. Я прошу вас покинуть мою квартиру немедленно. И заберите свои вещи.

Он медленно стал выпрямляться. На инстинкте самосохранения, я сделала шаг назад.

 Не поднимая головы, Даяр посмотрел на меня. И тут я поняла, что он никуда уходить не намерен. И, возможно, его не предупредили, что брак ненастоящий. Или он вообще не знает, что такое фикция.

Этот взгляд надо фиксировать. Это что-то за гранью человечности. У меня подкашивались ноги от страха.

– Я тебе сам барашэк пожярил. Кушять пошла!

– В смысле…пошла? – я кашлянула. – Это моя квартира, уважаемый. Я вызову полицию. Деньги верну. Вещи забрали и … Убирайтесь отсюда!!!

На этом моя смелость закончилась. Даяр подскочил ко мне.

Я заверещала и стала лупасить его сумкой. Сама поразилась, какой дикой я бываю. Сумку мужик откинул на кровать. В одно движение, применил борцовский приём и поджал предплечьем мою шею, потащил моё тельце на кухню.

– Тощий маленькаий жэна! – он старался меня перекричать.

Я сопротивлялась, вцепилась в его руку, запустив в кожу острые ногти. Била пятками по ковру, когда он волоком протащил меня по коридору.

– Глуюпий маленький жэна, – он разлохматил рукой мои волосы и кинул меня на стул.

Я уткнулась носом в потрясающе пахнущее блюдо.

Всё. Решим вопросы позже. Я взяла ложку и попробовала похлёбку. Она была до невероятности вкусной, но острой.

Воцарилась тишина в нашей фиктивной семье.  

Я кушала, животное тоже. Подсовывал мне то кусок лаваша, то горсточку винограда. И я через некоторое время поняла, что мне надо прилечь.

Сухо поблагодарив мужика за ужин, я медленно поплелась к себе в комнату, где завалилась на кровать и почти сразу уснула.

6

Я всё поняла. Меня отравили и забрали квартиру. Им нужна была недвижимость в городе. Они её у меня отобрали.

А что? Документы в квартире, подпись подделать не проблема. Вот я лежу и не двигаюсь. Умерла наверно. Или выброшена на какой-нибудь вокзал к бомжам под бок.

Нет, умерла. Потому что мне… ОЧЕНЬ хорошо! Я сытая, отдохнувшая. Ничто меня не беспокоит. Под щекой шёлковая подушка. Пахнет пряностями и сладостями.

Открыла глаза. Было раннее утро.  Опять радовало яркими лучами солнца. Теперь насыщало розовым цветом не только занавески, но и покрывало, которым я была укрыта. Насколько помню, я на него завалилась и уснула. А тут укрыта… Не вспомнила, когда закуталась в него.

Села и потянулась. Платье помятое, волосы растрёпанные.

Сегодня важный день. Не только потому, что я буду звонить таинственному Юрику, который подарит мне работу мечты. Но и придётся объяснить барану Даяру, что в этой квартире живу я. И живу одна!

Встала на ковёр, обнаружив, что не сняла вчера капроновые колготки. Не почувствовала неудобства. От сытости так сморило, что проспала часов девять, безмятежно и сладко.

Пошла в ванную комнату, чутко прислушиваясь, как там мой сожитель. Свалил?

В квартире пахло кофе. Потрясающий запах! Захотелось выпить чашечку кофе с утра, полюбоваться на парк в окно кухни и встретить утро в хорошем настроении с улыбкой на лице.

Я улыбнулась, как говорила мама. Новый день будет хорошим.

В ванной лежал голый мужик.

Густая пена закрывала его мужское достоинство, но всё остальное не влезало и торчало наружу. Волосатые колени вверх. Торс… К стати, достаточно приличный в плане анатомии. Крепкие мышцы на плечах и руках. Много наколок. Рисунки всех мастей. Их я рассматривать не стала.

Даяр откинул голову на сложенное полотенце. Не моё. Махровое, белоснежное. У меня всё застирано и заштопано по нескольку раз.

Волосы мужика были зализаны назад, что открывало спокойное лицо. От влаги  волосы стали иссини-черными.

Он говорил по телефону на неизвестном мне языке.

Всё бы хорошо, только санузел совместный. Пришлось воздержаться.

Я встала у раковины и посмотрела на себя в зеркало. Приблизительно так выглядят девушки после дикой пьянки. Я же забыла, что накрасилась. Тушь потекла, оставив чёрные круги под глазами. Размазалась помада по щекам, к ней прилипли волоски. Волосы торчали в разные стороны, напоминая воронье гнездо.

Включив воду, я взяла кусочек хозяйственного мыла, и вспенила его в руках.

– Падаряк, – гаркнуло животное и, напугав меня, кинуло прямо в раковину большую коробку.

По красивой красно-золотистой обёртке заплескала вода, брызгая по сторонам и на моё платье, в том числе.

Пришлось отойти от испуга.

Что, зверь? Войны захотел?

Я швырнула его «падаряк» в ванну. Вода с пеной брызнула ему в лицо. Плевать на его грозный взгляд. Овец пугай своей мордой. Зверь.

Я намылила лицо, слушая, как шелестит обёртка, и гаркает Даяр в трубку.

Смыла всю краску с лица. В отражение заметила, что животное обёртку кидает прямо в унитаз. Распаковывает картонную упаковку, отправляя туда же.

Мужик стал выставлять на бортики старой ванны невероятно красивые тюбики и флаконы. Они были нежно-розового цвета, как занавески в моей комнате. Имели золотые колпачки и витиеватые надписи.

Пусть себе оставит.

Ёршиком для чистки унитаза, я собрала всю обёртку и упаковку, нанизывая их на щётку. И, вытащив всё из унитаза, вместе с ёршиком кинула Даяру в ванну.

Чтобы не натыкаться на злобный взгляд, гордо закрыла занавеску, что отделила ванну от унитаза. И присела на стульчак.

Дожила. В собственной квартире даже попи́сать спокойно не дают.

Животное пыталось отодвинуть в сторону занавеску, но я упорно удерживала её. Она куплена ещё моей бабушкой, много лет назад. Дождалась целлофановая старушка, порвал зверь с востока, случайно затесавшийся в моё жилище.

Успела трусики и колготки натянуть, прежде чем Даяр несчастную занавеску сорвал с петель и швырнул в меня, вместе с ёршиком.

Я резко пригнулась. Кинутые в меня: ёршик, полотенце, остатки мокрой обёртки и несколько чудных тюбиков, пролетали мимо в открытую дверь и падали на ковровую дорожку.

Пока он не успел вылезти из ванной, я побежала переодеваться. Я уже поняла, что запираться от него бесполезно. Не снимая платья, влезла в узкие голубые джинсы. Только после этого отправила платье в шкаф, не на вешалку (времени не было, оно уже рычало у дверей), так кинула. Натянула на себя широкую кофточку нежно-сиреневого цвета. Стала убирать волосы.

Кинула взгляд на ревущего Даяра. Он не обтёрся, завязал полотенце на бёдрах. Не отличался густой растительностью, как восточные мужчины. Так, средней волосатости. А вот фигура, закачаешься. Нужно его обязательно нарисовать или изваять. Просто образцово-показательный самец.

Злой на морду, правда.

– Убирайтесь из моей квартиры, Даяр Иванович, – прошипела я. – В договор совместное проживание не входило. Это моя жилплощадь. Я вызову полицию.

– Я зяплячу.

– Заплачешь или заплатишь? В любом случае… Нет!!! Уходи!

– Деньга, – он пощёлкал пальцами правой руки. – Сколько деньга нужен?

– Мне не нужны деньги! – возмутилась я, ставя руки в бока. – Я хочу спокойно пи́сать по утрам!!!

– Много денег, жэна. Ты купить себе приличный трусы.

Мне до слёз обидно стало, что его колышут мои трусы. Они нормальные, подглядывать меньше надо!

– Раз так много денег, снимите себе квартиру.

– Я тэбя хочу! – он расправил руки в стороны, готовый принять меня в свои объятия.

– Вы меня слышите? Вы меня понимаете? – я просто не знала, как достучаться до этого дуба. – Вещи забирайте и уходите!

– А кто тэбя кормить будэт?! Кто одэвать, обувать будэт?! – он выставил вперёд указательный палец, поучая меня.

– Сама, – я спокойно смотрела в его красивейшие, глубочайшие чёрно-коричневые глаза. И поняла, что я их где-то видела. Очень давно… – С вами можно договориться? Я хочу жить одна. Я вас не хочу!

– Да ти не пробовал, – расплылся в улыбке Даяр и стянул с себя полотенце.