Дина Аллен - Первобытный инстинкт

Однако это случилось, и тут уж ничего не поделать.

– Лучше ты, – ответила она и – смешно сказать! – чуть не прослезилась от счастья, увидев, как Джеральд расцвел блаженной улыбкой и бросился к кромке тротуара.

В тот же миг Сью решила, что отблагодарит его за доброту – поможет скоротать семейный ужин, который для Джеральда, судя по всему, грозил превратиться в пытку. И поездку в такси использует не для рискованных развлечений, а для того, чтобы, побольше узнать о семье своего возлюбленного.

Едва сев в такси, Сью поинтересовалась, прежде всего, именами родителей Джеральда.

– Ее зовут Роберта, а его – Джеральд, как меня. Джеральд Барринг Третий. Хотя обычно все называют его Джи Ви.

– Значит, ты – Джеральд Барринг Четвертый?

– Увы, да.

– С ума сойти – настоящая династия! – Интересно, подумала Сью, ждут ли Барринги-старшие, что сын подарит семейству Джеральда Пятого? – А что значит «Ви»?

– Верной.

Значит, ты – Джеральд Верной Барринг Четвертый? – с благоговением спросила Сью.

Он поморщился.

– Чертовски напыщенно, верно?

– Неправда. По-моему, очень сексуально.

– Думаешь? И тебе не кажется, что это имя звучит высокопарно и нудно?

– Ни капельки. А если думаешь, что это скучно, послушай, как меня зовут: Сьюлин Дебора Поттерс. Вот это по-настоящему нудное имя!

– Вовсе нет. – Джеральд взял ее за руку и, повернув ладонью вверх, провел пальцем по тонким линиям. – У тебя звучное, сильное, энергичное имя. Совсем как ты сама.

– Я не хочу быть сильной! Я хочу быть чувственной и соблазнительной.

Он поднес ее ладонь к лицу и, проведя по ней языком, пробормотал:

– Ты такая и есть.

– Прекрати! – внезапно охрипшим голосом потребовала Сью и отдернула руку. – Я дала себе слово, что буду говорить только о твоих родителях.

– Я не хочу говорить о родителях. – Джеральд понизил голос. – Лучше я разожгу в тебе огонь.

Он снова потянулся за ее рукой, – но Сью увернулась.

– Это слишком просто! Нет, расскажи мне о своих родителях.

Он со вздохом откинулся на спинку сиденья.

– Ну, если ты настаиваешь… Дай-ка подумать. Папа утроил наследственный капитал. Мама тратит, сколько может, но семейного состояния даже ей не промотать за целую жизнь. Видятся они, насколько мне известно, раз в год – на этом самом «семейном ужине». В остальное время, думаю, даже не общаются. Не разводятся, скорее всего, потому, что при их богатстве развод выльется в долгую, утомительную и очень дорогостоящую процедуру.

Голос Джеральда звучал ровно и бесстрастно, но Сью все равно ощутила в его тоне холодок неодобрения.

– Должно быть, они очень тебя любят, если ради тебя устраивают этот семейный ужин.

– Не думаю, что ради меня.

– Вот как? Тогда зачем же?

– Из чувства долга. Чтобы сделать вид, что мы все еще одна семья.

– Вы и есть одна семья, – мягко заметила Сью. – Неважно, что между ними происходит, они по-прежнему женаты, а ты по-прежнему их сын. Вы все связаны. Если бы они настолько не выносили друг друга, – добавила она, – непременно развелись бы, чего бы это ни стоило.

Несколько секунд Джеральд молчал, невидяще глядя перед собой. Затем повернулся, взял лицо Сью в ладони и поцеловал.

– Моя неисправимая оптимистка! Не воображай, пожалуйста, что моих родителей достаточно подтолкнуть друг к другу – и все станет как прежде. Такого не бывает.

Сью пристально взглянула ему в глаза.

– Если так, зачем же ты держишь у себя в спальне семейную фотографию?

Он долго молчал, глядя на нее, наконец, кадык его дернулся, словно Джеральд судорожно сглотнул.

– Сью, ты иногда бываешь чересчур напористой.

– Прости, – с искренним сожалением произнесла она. – Я не хотела лезть не в свое дело.

И Сью отвернулась, проклиная себя за то, что лишь растравила рану, которую от всей души желала излечить.

– Все в порядке, милая. – Джеральд ласково взял ее за подбородок и развернул лицом к себе. – Я сам на это напросился, когда пригласил тебя на ужин.

– Джеральд, я могу и не ехать. Еще не поздно. Поймаю такси и вернусь домой.

В этот миг машина подрулила к тротуару. Джеральд покачал головой, и легкая улыбка тронула его губы.

– Поздно, – ответил он. – Пойдем. Я хочу познакомить тебя с мамой и папой.

Глава 17

Следующие два часа Джеральд в немом восхищении наблюдал, как Сью очаровывает его родителей. Он не мог припомнить, когда в последний раз слышал, как отец смеется, – однако Сью довела его до слез своим рассказом о том, как в Тихом Омуте празднуют День оранжистов.[6]

Мать не смеялась – напротив, неодобрительно поджимала губы: но скоро Сью и у нее нащупала слабую струнку. Роберта, как, оказалось, пишет маслом; Сью выказала непритворный интерес, и скоро мать Джеральда уже подробно описывала ей свой последний пейзаж. Джеральд слушал с изумлением: он и не подозревал, что его мать – художница, что ее картин хорошо продаются и даже выставляются в галереях!

Джи Ви, кажется, тоже об этом не подозревал. В первый раз за много лет он проявил какой-то интерес к словам жены. Джеральду не вольно подумалось, что на прошлых «семейных ужинах» он старался не расспрашивать родителей об их жизни, опасаясь затронуть какую-то больную тему. Поэтому разговор неизбежно обращался к безопасному предмету нему самому.

Сью не боялась задавать вопросы, и само ее присутствие словно разрядило, атмосферу. Джеральд с удивлением понял, что наслаждается беседой. Жаль, что он не встретил Сью много лет назад – тогда ужины в семейном кругу стали бы, по крайней мере, сносными.

Поймав себя на этой мысли, Джеральд ужаснулся. Из года в год брать Сью с собой на семейные трапезы… что же это значит? Что за чушь лезет ему в голову? Когда Ник объявил, что его друг проявляет все признаки влюбленности, Джеральд упрямо все отрицал. Но теперь понял: Ник прав. Он, безнадежно встрескался в кудрявую зеленоглазую фею из Тихого Омута, что в графстве Дербишир.

В конце ужина Сью, извинившись, вышла в дамскую комнату. Джеральду вспомнилось, чем закончился ее поход в туалет в самый первый их вечер… и все тело его содрогнулось от желания разделаться поскорее с ужином, отвезти Сью домой, опрокинуть на кровать, – а там будь что будет.

Подождав, пока Сью исчезнет из виду, леди Роберта наклонилась к сыну.

– У тебя это серьезно?

Джеральд предпочел сделать вид, будто не понимает, о чем речь.

– О чем ты?

– У тебя с ней – серьезно? О свадьбе не думаете?

На этот вопрос легко ответить – он-то и так и сяк, а вот Сью точно не думает о свадьбе.

– Мама, я давно тебе объяснял, что семейная жизнь меня не интересует.