Неверный. Месть подам горячей - Виктория Королёва

- Стойте! У меня есть то, что вам нужно, но я хочу гарантии!

- Они у вас будут, - ответил Ник, мазнув ледяным взглядом по съежившемуся, потному как хряк олигарху.

Алмазов тяжело поднялся из-за стола, подошел к антикварному портрету какого-то старика с седыми бакенбардами. Открыл сейф, спрятанный за картиной и достал маленькую коробочку, доверху набитую съемными жесткими дисками.

Протянул ее Сабурову и обреченно сказал:

- Все здесь. Но у меня есть условие: Полина в этом замешана не будет, ее имя останется чистым.

- Идет, - произнес Сабуров, забирая коробку из подрагивающих рук олигарха.

Спустя полчаса диски были в руках следственного комитета. Штурм особняка Ивана должен был состояться сегодня.

Наконец-то, можно вздохнуть свободно и полностью сосредоточиться на возвращении Марии Вербицкой в мир живых.

****

- Ник, просто выслушай меня, через час Ивана арестуют и мне ничего не будет угрожать. Дай мне сделать то, что я собиралась. Так я смогу вернуть свою жизнь, стать твоей женой по-настоящему, а не с фальшивым паспортом.

Я всплеснула руками от отчаяния. До самолета оставалось слишком мало времени, а любимый вместо того, чтобы отвезти меня в аэропорт и пожелать удачи, начал спорить, едва я рассказала ему про свой план. Выхватил у меня из рук сумку с вещами и теперь размахивал ей, с такой силой, словно хотел вышвырнуть в окно.

- Нет, это слишком опасно. На свободе еще могут оставаться подручные Вербицкого, которых мы не смогли вычислить. Одну я тебя не отпущу, - отрезал Николай, снова взмахнул сумкой, и будто только что заметил, что продолжает держать ее в руке, со злостью бросил на пол.

- А я и не хочу, чтобы отпускал. Поедем со мной, - я подошла к Сабурову, положила ладони ему на плечи и легко погладила, - это нужно сделать сейчас, Ник, нанести Ивану последний, решительный удар, чтобы он не смог подняться, чтобы навсегда похоронить его в тюрьме. Марфа все подготовила, мне просто нужно будет восстать из мертвых.

Я улыбнулась, надеясь, что Ник послушает меня, но любимый недовольно усмехнулся.

- Без мстительного удовольствия увидеть, как Ивана выводят из моего дома в наручниках, я проживу, а без своего «Я» не смогу, - заглянула в голубые глаза моего охотника на акул, бесстрашного борца с чудовищами, - помоги мне вернуться к жизни, Ник.

- Знакомство с тобой – отдельный вид экстрима, Ева Изместьева, - устало произнес Сабуров, - пожалуй, с Машей будет проще.

- Намного, - пообещала я, приподнявшись на цыпочках и звонко поцеловав его в губы, - мы победили, Ник. Теперь все будет хорошо.

Сабуров собрался буквально за пару минут. Пока ехали в аэропорт, Стас скинул видео с началом штурма особняка группой захвата Следственного комитета.

Он держал нас в курсе о том, что происходит.

Перед взлетом я проверила телефон еще раз, надеясь, что Стас пришлет запись с арестом Ивана, но ничего не было. Наверняка ему сейчас просто не до того.

Сабуров сохранял спокойствие, но я видела, как он несколько раз проверял телефон, пока связь не пропала.

Неужели что-то пошло не так?

Оказалось, что я рано радовалась победе. Не так пошло абсолютно все.

«Ивана в особняке не было. Ему известно, что вы живы», - я перечитала сообщение от Стаса, полученное как только мы приземлились.

Глава 50

Глава 50

Все повторялась. Теплый вечер. Закат над тайгой. Легкий ветерок, окутывавший меня ароматом хвои и грибным духом леса. Река убегала прочь за горизонт. Все такая же глубокая и беспощадная. Заходящее солнце заливало ее кровью.

Я дотронулась до шрама на плече, неровности на коже прощупывались сквозь тонкую ткань блузки. Становилось холодно, давно пора вернуться в дом, но комнаты еще помнили вторжение чужаков, и обратно я идти не хотела. Здесь, на просторной веранде второго этажа, было тихо, спокойно и безопасно.

У небольшой деревянной пристани поскрипывали, покачиваясь на волнах, лодки. Я нашла взглядом ту самую, на которой Иван пытался меня убить. Муж не избавился от нее, интересно почему?

Неважно, теперь все было неважно.

Я подняла лицо к темневшему небу, радуясь редкой возможности побыть наедине с собой.

Побыть собой.

Стоило мне вернуться в охотничий домик отца, и я ни на минуту не оставалась одна. Рядом все время кто-то был. Полицейские, охрана, медики, журналисты. Даже с Ником нам не удавалось выкроить время на себя.

Мы стали слишком знамениты для уединения.

Спаситель и жертва жестокого мужа, инсценировавшего ее смерть и державшего жену в подвале.

Красивая сказка для общественности и органов правопорядка.

Сабуров не поверил в мою смерть, начал искать, вышел на эксперта с его фальшивыми отчетами и анализами, а потом на Карину, которая перед самой аварией рассказала ему о том, что меня держат где-то в тайге. Сестра была чуть ли не главным действующим лицом в нашем обмане. Безмолвным свидетелем, который не мог опровергнуть ложь.

Врачи говорили, что скорее всего, она никогда не очнется, а если очнется, то у меня было несколько веских аргументов в виде статей Уголовного кодекса, чтобы добиться ее поддержки.

А дальше в лучших традициях голливудских боевиков, разыгранный штурм охотничьего домика и «спасение» принцессы из мрачного подземелья, где Коломенский держал Марфу и Матвеича. «Декорации» в виде жестяного ведра, заменявшего отхожее место, и матраца с ворохом пыльных одеял не трогали, оставили для документального фильма, который должен был выйти на днях в прайм-тайм.

Сегодня как раз заканчивались съемки.

Самым сложным во всем этом было надеть на себя грязную одежду и намазать волосы жиром, чтобы создать эффект месяцами не мытой головы, и выглядеть изможденной жертвой заточения на фотографиях для прессы.

Если в истории находились дыры, их быстро затыкали юристы и пиарщики Николая, натягивая сову на глобус, а реальные события подгоняя под вымышленные.

Ивана объявили в федеральный и международный розыск, но пока о бывшем муже ничего не было слышно. Оказалось, что Коломенский успел оставить информацию обо мне Ивану, той самой любовнице, у которой его искали. Женщина испугалась и не сразу решилась передать сообщение моему мужу.

Так или иначе, Ивана больше не было в моей жизни. Я добилась своего. Лишила его положения, богатства, построенной на костях империи. Месть осуществилась, но радости я не чувствовала.

После всего произошедшего в душе осталась пустота, если бы не Николай, я просто сидела бы целыми днями на берегу реки и смотрела на