Mara Palpatyne - Deus, ex-machina

– Ты не поверишь, без них тоже многие ныряли, – криво ухмыльнулся Язон. – Только мало кто выныривал.

Трис глянула на него недобро – как минимум, два члена экипажа едва не оказались в Ядре, и шутить на эту тему показалось ей нетактичным.

Язон покинул корабль первым. Вслед за ним вышли все остальные, последним шел Еврисфей со своими големами. Забрал никто не закрывал, но к счастью, воздух за бортом оказался пригодным для дыхания. Но очень холодным – люди с удивлением смотрели на облачка пара, появлявшиеся при дыхании.

Впрочем, в скафандрах вскоре стало тепло, и вся команда двинулась вперед, к арке в дальней стене. За аркой оказался довольно широкий проход; он был тускло освещен цепочкой продолговатых плоских ламп на стенах и потолке.

Язон шел как-то неуверенно, то и дело оглядываясь по сторонам. От главного коридора в стороны отходили темные проходы, куда более узкие, а некоторые из них были значительно ниже человеческого роста или даже находились на некоторой высоте от пола.

– Я видел это место, – наконец процедил капитан.

– Когда? – удивился Персей.

– В бреду, – ответил Язон. – Когда был брошен в разбитом "Возмездии". Странно.

– Мне тоже все это кажется знакомым, – тихо сказала Эйден. – Словно я когда-то была здесь, может, во сне. Тристана кивнула:

– Возможно, эту память оставили нам наши предки… вместе со всем остальным. Главное другое – Язон, ты знаешь, куда идти?

Язон кивнул. Их голоса глухим эхом отдавались в пустых коридорах.

А потом они вышли в обширное помещение – даже не так. Они оказались на балконе, а вверх и вниз уходили стены, и их контуры терялись в высоте и глубине. Помещение было буквально насыщено механизмами, колоннами, пилонами, арками. Здесь царил почти ойкуменский полумрак, а, главное – в помещении была жизнь, что-то двигалось на грани видимости… Язон на мгновение остановился, а затем решительно двинулся по одному из проходов. За ним последовали остальные.

Они шли долго, то спускаясь, то поднимаясь, проходя мимо множества механизмов, движущихся или кажущихся мертвыми. То и делом рядом мелькали какие-то тени, но не возможно было разобрать, что или кто движется в пустоте между конструкциями Ока.

Лишь две остановки сделали они за это время. Первая произошла в странном, ярко освещенном зале. Здесь рядами стояли странные гофрированные конструкции, охваченные сиянием. Между ними пробегали молнии.

Выглядело место устрашающе, но Язон решительно шагнул вперед. И тут раздался голос, похожий на голос Тристаны.

– Подождите! – Язон обернулся, то же сделали остальные. Говорил один из ангелов.

– Мы… мы не можем дальше идти. Нельзя.

– Почему? – спросила Трис. – Вас пугает это место?

– Д-да. Нет. Не совсем. Просто нам нельзя туда.

– Почему? Что это такое?

Ангел Трис молчал.

– Это – место мертвых ангелов, – глухим голосом сказал ангел Эйден.

– Кладбище Ангелов… – прошептала Эйден, чувствуя липкий, холодный страх.

– Это страшное место! – с жаром сказала ангел Эйден. – Они здесь, не живые, не мертвые, в сознании, но скованные… Содрогнулись все, кроме Язона. А тот перевел взгляд на зал. Пламенеющие стержни рядами уходили вдаль и терялись из виду.

– Сколько же их здесь? – прошептал Язон. Никто ему не ответил.

Эйден коснулась своего ангела.

– Нам надо идти, – сказала она просто.

– Я понимаю, – ответил ангел. – Идите, и да поможет вам Тот, Кто сотворил и вас, и нас. Идите.

И экипаж, поредевший на два существа, пошел дальше.

Они пытались считать, сколько стержней было в зале, но быстро сбились со счета; идти было сложно, искры кололи и обжигали лица, доспехи то и дело заедали так, что казалось, что люди продираются сквозь колючую вату. Когда усталость стала почти невыносимой, страшный зал закончился, уступив место длинному, темному коридору. Почему-то этот коридор был почти не освещен, так, что пришлось опустить забрало доспехов, чтобы хоть что-то видеть в этой странной мгле, казавшейся плотной, почти что чувствовавшейся наощупь.

А потом перед людьми открылся новый зал. Он встретил людей почти уже привычным полумраком, но стоило людям ступить под его своды, как потолок и верхнюю часть стен залило какое-то мертвенное сияние.

И в этом сиянии экипаж увидел то, что заставило содрогнуться даже паробот Язона. Вдоль стен зала, сколь хватало взгляда, стояли огромные, в два человеческих роста, колбы. А в этих колбах, в мерцающей серебристой жидкости застыли люди.

Титаны и атланты, жители серединных островов и какие-то совсем невиданные – у некоторых из них были рыжие волосы, у других – кожа цвета охры, а один вообще был черным, как уголь…

– Они живы? – тихо спросила Эйден; голос ее дрожал. Доктор Иллов покачал головой, но как-то неуверенно.

– Они не подают признаков жизни, но…

– Они здесь, не живые, не мертвые… – повторила Эйден слова ангела. – В сознании – но скованные.

Экипаж пошел дальше. Было тихо, лишь шорох шагов нарушал мертвую тишину этого места.

У одного из цилиндров Иллов внезапно остановился.

– Язон, посмотри-ка, – сказал он. Естественно, в цилиндр заглянули все. Внутри находился статный юноша – атлант. Он был одет в серебристые легкие доспехи, перепоясан ремнем из брюшной кожи дракона, обут в ворчьи унты, при себе имел странное оружие с длинным стволом, увенчанным в средней части подковообразным коротким магазином, диковинно изогнутой рукоятью и длинным лезвием, опиравшимся задней частью на магазин и на два пальца выступающим вперед дульного среза.

– Обрати внимание на его лоб. И на правую руку, – сказал Иллов.

Лоб и тыльную сторону правой ладони, которая в данный момент сжимала рукоять странного оружия, украшала странная татуировка: это был выполненный красным цветом треугольник с вписанным в него кругом. По углам треугольника располагались странные завитки, похожие на язычки пламени.

– Это что, Огненный легион? – недоверчиво переспросил Язон. Иллов кивнул. – Тогда вот эта штука – ган? Язон указал на странное оружие. Иллов вновь кивнул.

– Я видел его рисунок в одной миниатюре, но там он был слишком искажен. но я сразу его узнал.

Гарпия откашлялась:

– Я, конечно, понимаю, что вас, как любителей истории, этот "экспонат" заинтересовал, но вы б хотя бы объяснили нам, чем же он так примечателен.

– Огненный легион, – начал Язон, – карательная структура Авгурата, в один цикл…

– Я считаю, речь шла о семи циклах, – перебил Иллов, но Язон сделал вид, что не заметил:

– …уничтожил 400 000 специалистов.

– считаю, что речь шла о 40 000, – буркнул Иллов.