Шейла Дайан - Пляжное чтиво

— Джефри, мне нужен туалет, — я попыталась произнести это беззаботно.

— Мы зайдем в казино, — сказал он, останавливаясь перед квинтэссенцией фантазии Атлантик-Сити — "Тадж-Махалом", безвкусной цветастой подделкой великолепного создания Агры, похожей на чудовищную пластмассовую игрушку.

Для меня эта кричащая махина с золотыми минаретами в натуральную величину была олицетворением всего, что изменилось к худшему в Атлантик-Сити, и я давно поклялась, что никогда не войду в это здание. Но мне необходимо было попасть в туалет.

— Увидеть казино изнутри будет для меня приключением, — согласилась я, поднимаясь по белой лестнице.

— Вы никогда не были ни в одном казино?

— В это трудно поверить, правда? Но я ненавижу терять деньги.

— Казино — это не только деньги, казино отвлекают от реальности, — сказал Джефри.

В туалете я с облегчением вздохнула: мой мочевой пузырь был полон прозрачной мочи… Мои ужасные фантазии на время поблекли — мы погрузились в фантастический мир казино.

Сначала я услышала шум: стук и звон монет и колокольчиков — какофонию звуков, в которой создавались и пропадали состояния.

Потом огни, толпы и пространство, похожее на пещеру, без окон. «Отсутствие окон — обязательное условие. В большинстве казино нет окон, — сообщил мне Джефри. — Теряется ощущение времени и погоды, появляется иллюзия бесконечности, удерживающая игроков и заставляющая их говорить: "Еще один только раз"».

Бродя по проходам, я заметила столы с блэк-джеком, столы для игры в кости, колеса удачи, рулетки и… и, конечно, сотни автоматов, которые и создавали весь этот металлический грохот и звон.

— Вам не кажется ироничным то, что настоящий Тадж-Махал — мавзолей? — спросила я у Джефри скорее риторически.

Мне было душно, несмотря на прохладный кондиционированный воздух. Джефри не услышал меня. Он уже дергал за руку один из автоматов и наблюдал, как апельсины, вишни и сливы крутятся в дорогом фруктовом салате.

— Ну, с меня достаточно, — сказала я, наглядевшись на пустые глаза.

Моя мольба не дошла до сознания Джефри, пронзенного страстным криком с одного из столов для игры в кости в другом конце зала.

— Похоже, там счастливый стол, Алисон. Пойдемте… на минуточку.

Я последовала за ним и наблюдала, как он протолкался сквозь игроков, окруживших счастливый стол. Но очень скоро — или мне показалось, что скоро в этом месте без времени — восторженные крики замерли один за другим, звенья цепи распались, и за столом осталось лишь два игрока. Я подошла поближе к Джефри.

— Еще один кон, Алисон, — сказал он, не оборачиваясь.

Крупье улыбнулся и подмигнул мне, когда Джефри взял кости.

— Семь… игра окончена! — крикнул крупье через четыре круга, собирая со стола маленькие стопки фишек.

Джефри уступил кости второму игроку, пожилому мужчине в мешковатых брюках, цветастой рубашке и бейсбольной кепке.

— Семь… игра окончена! — вскоре снова крикнул крупье.

Пожилой мужчина пробормотал что-то и встал, оставив за столом одного Джефри. Прежде чем снова взять кости, Джефри сделал знак маркеру, и ему принесли новую стопку двадцатипятидолларовых зеленых фишек. Наблюдая за Джефри, я увидела в нем нечто новое: готовность потерять все в нежелании проиграть. И я начала размышлять о его отношении к тому, что его жена убежала с мужем Марджори… чем он мог рискнуть, чтобы выйти победителем… что он еще готов был потерять ради победы. "Господи, — подумала я, — могли Джефри Кауфман убить Марджори Эплбаум?" Я еще не видела развития сюжета, но была уверена, что мотив можно придумать.

Стоя за его спиной в огромном шумном сводчатом зале в толпе разных — отчаянных? — людей, я чувствовала себя чужой. Уже знакомая тошнота и головокружение охватили меня, центр тяжести неловко сместился.

— Семь… игра окончена! — крикнул крупье, смахивая со стола фишки Джефри.

— Теперь мы можем уйти? — спросила я.

— Еще только один кон — и мы уходим, — ответил он. — Я обещаю.

— Сейчас. Пожалуйста! — взмолилась я. — Мне плохо.

На променаде мне стало легче дышать. Воздух был теплым и влажным, и после блеска казино темнота казалась особенно непроницаемой. Мой внутренний гироскоп стал потихоньку налаживаться.

— Я не буду спрашивать, сколько вы проиграли, потому что вы сказали, что казино — это не только деньги, но и фантазия.

— Иногда фантазии оказываются более дорогими, чем реальность, — виновато улыбнулся Джефри, качая головой. — Итак, вернемся к реальности. Когда Шел уезжает в колледж?

— Шестнадцатого, в пятницу. Но мы уедем в Филадельфию в понедельник, чтобы собраться.

— То есть через десять дней. И на этом ваше лето закончится, Алисон?

— О нет. Я полечу в Чикаго с Шелом, посмотрю, как он устроится в общежитии, удостоверюсь, что все в порядке, а потом вернусь на недельку-другую. Надеюсь, что с моим здоровьем все будет в порядке.

— Почему вы думаете об этом?

— Не знаю. У меня симптомы инфекции мочеиспускательного канала.

— Я не очень силен в урологии, но знаю, что стресс может повлиять на мочеиспускание.

— Неужели? — спросила я, мысленно меняя уролога на психиатра…

Воскресным утром я ехала по мосту в сторону Филадельфии. Еще не рассвело, было темно и туманно. Я ехала быстро… может, слишком быстро. Проехав почти половину моста, я увидела в зеркало заднего обзора мелькающие красные огни полицейской машины. Поглядев на спидометр, я с облегчением заметила, что не превысила скорость, но все равно свернула на обочину. Пока я ждала полицейского, что-то впереди привлекло мое внимание. Как будто идущая пешком женщина.

— Миссис Даймонд? Водительское удостоверение, пожалуйста, — услышала я голос лейтенанта Фиори.

— Там, на мосту, кто-то есть, — сказала я.

Но он только повторил:

— Ваше водительское удостоверение, — и написал что-то в книжке квитанций.

— Впереди… кто-то влезает на перила! — воскликнула я, охваченная паникой.

— Слишком поздно, миссис Даймонд. Не успеем спасти ее, — небрежно сказал он, и мы смотрели, как женщина бросается с моста и исчезает в тумане. — Вы должны были сказать раньше.

— Я не знала! — возмутилась я, протягивая ему документы.

— Вы понимаете такие вещи, — сказал он, проглядывая их. — Вы должны были понять, миссис Даймонд.

— Но я обещала не говорить! — зарыдала я.

Не обращая внимание на мои мольбы, лейтенант протянул мне квитанцию.

— Увидимся в суде, — сказал он, плотоядно улыбаясь.

И в этот момент завопил радиоприемник в моем автомобиле.