Джен Беннет - Яростные тени

Боже милостивый.

Ее лицо покраснело от смущения, быстро сменившегося чем-то другим, как только соски напряглись, превратившись в твердые вершинки. Руки, лежавшие на коленях, Хэдли сжала так, что ногти впились в ладони, и свела ноги вместе, молясь, чтобы Лоу ее не касался.

И в то же время молясь, чтобы прикоснулся.

Он медленно погладил изгиб ее плеча и заговорил низким хриплым голосом:

– Ты сотворила для себя небольшой остров и не хочешь сближаться с людьми, правда? Но так вечно жить не получится. Похоже, придется выслать за тобой спасательную шлюпку и вернуть на материк.

– Лоу.

Он зарылся лицом в ее волосы и вдохнул.

– Вот, что произойдет: ты меня поцелуешь, а я к тебе прикоснусь.

– Я…

– Ну-у-у, мисс Бэкол, сейчас командую я, – предупредил Лоу. – Вот, возьми меня снова за руку, чтобы убедиться, что я не лгу… – Он разжал ее кулак. – Я буду действовать только рукой, и мы не встанем с этого кресла. Обещаю не дотрагиваться до кожи, а только поверх одежды. Вот и все. Ничего больше. Согласна?

– Через одежду?

– Да.

– Где? – прошептала Хэдли и тут же пожалела об этом вопросе.

Лоу зашептал в ответ, касаясь губами ее уха:

– Где угодно. Согласна?

Ее сердце заколотилось.

– Да.

– Хорошо. – Он коснулся ее губ своими. – А теперь поцелуй меня так, как тогда на пристани.

Хэдли колебалась лишь мгновение.

Стоило их губам слиться, как в ней взорвался электрический разряд. Легкая попытка вскоре переросла во что-то более глубокое. Не такое грубое и удушающее, как их последний поцелуй. Теперешнее прикосновение имело вкус скотча, зажигая огонь, горячее любого спиртного. Расслабляясь в его объятиях, она почувствовала себя легкомысленной и глупой.

Лоу выпустил руку Хэдли, и она оторвалась от его рта.

– Ну-ну, если перестанешь меня целовать, я не стану выполнять обещание, – пожурил ее хитрец.

Какой абсурд. Хэдли не собиралась участвовать в этих играх…

Он взял ее руку без перчатки и скользнул в рукав.

– Ты меня поцелуешь или мне можно коснуться твоей обнаженной кожи вот так?

– Нет, нет, нет, нет!

Она в тревоге прижалась влажными губами к его, чтобы остановить поползновения.

– Умница, – прошептал Лоу до того, как погладить ее язык своим. Он отпустил ее руку и положил ладонь на талию, но надолго не задержался. Хэдли ощутила тепло его пальцев на своем бедре, а потом выше на боку.

Она снова вспомнила критические замечания Джорджа и на мгновение заволновалась, что Лоу ощупает ее ребра и решит, что она слишком костлява. Но он не отшатнулся и не прервал поцелуй. Касался так, будто ему нравилось тело Хэдли, а как только обхватил ее грудь, все прежние волнение отступили.

– Ммм, – прошептал Лоу, прижимаясь к женским губам. – Как раз то, что надо. – Он погладил большим пальцем острый сосок, отчего на Хэдли накатило наслаждение. Она ахнула. Лоу застонал и прижался членом к ее бедру. Заговорил весело и чувственно: – Правда, приятно? Давай попробуем по-другому, а ты обними меня за шею. – И как только Хэдли его послушалась, он через платье сжал сосок, перекатывая между пальцами. Ее ноги раздвинулись как Красное море перед Моисеем, и Хэдли чуть не упала с его колен.

– Иди сюда, – прошептал Лоу, повернув ее лицом к себе.

– У тебя же ожог, – запротестовала она.

– Тс-с, медсестра Бэкол. – Пациент перекинул ее ногу через свои колени, помогая оседлать его, будто мотоцикл, и платье задралось до бедер. Только вместо холодной металлической перекладины, между ног оказалась выпуклость его члена. Очень значительная выпуклость. Ученая часть Хэдли хотела провести рукой по его плоти и пощупать.

В шоке от такой мысли она отвела взгляд и, чтобы сдержаться, обняла Лоу за шею. Боже милостивый, какое у него горячее тело.

– Лоу…

– Я не нарушу обещание: не стану прикасаться к твоей коже, но должен почувствовать тебя. – Он принялся самозабвенно мять ее ягодицы. – Сексуальная. Такой привлекательной попы я в жизни не видел. Черт, ты просто потрясающая.

Хэдли тоже чувствовала себя потрясающе, все ее мышцы превратились в желе.

– А что у тебя там? Опять павлиньи перья? – Он вытянул шею, заглянул поверх ее плеча и задрал платье, не давая запротестовать. – Пурпурное белье. Неужели виноградные лозы?

Смущенная модница попыталась поправить платье.

– Не смейся.

– Поверь мне, я серьезно. Я с первой встречи фантазировал о твоем роскошном белье.

Лоу провел руками по ее спине, одновременно покусывая шею прямо под ушком. Хэдли изумленно простонала, и это отвлекло ее настолько, что она не обратила внимания на его блуждающую руку, которая уже шарила под платьем, поглаживая чулок.

– О, боже, – прошептала она.

– Я не коснусь кожи, – заверил он, почти восторженно и победно, когда обнаружил прорезиненный зажим подвязки, прикрепленной к краю чулка. Он медленно провел пальцами по узкой подвязке, тихо посмеиваясь, стоило Хэдли застонать от волнения. Затем он нашел, что искал: обхватил и провел пальцами по шелковому белью между ног.

Хэдли приподнялась с его колен и вскрикнула, выгибая спину и сотрясаясь от удовольствия. Лоу крепко обнимал ее за талию, удерживая на месте.

– Ты мокрая насквозь. Вот это да, – прошептал он, медленно поглаживая мокрую ткань на ее клиторе. – Вот так тебе нравится?

Хэдли опустила голову ему на плечо.

– Да.

– Ммм, я его чувствую через шелк. Мне кажется, что ты так же возбуждена, как и я.

Боже милостивый! Никто никогда не говорил с ней так откровенно. В ответ она прерывисто вздохнула.

– Хочешь узнать секрет? – прошептал соблазнитель, теперь поглаживая справа налево. – Я ласкаю себя каждую ночь, думая о тебе.

От его слов по ней прошел электрический разряд наслаждения до самого лона. Хэдли прижалась к его лбу.

– Боже… Лоу.

– Ты чудесная, просто потрясающая. – Он скользнул кончиками пальцев обратно, и хоть ее белье мешало его ласкам, постарался погрузиться во влагу, которая выделилась из лона. Мило, но не так как раньше.

– Пожалуйста, не останавливайся.

– Да, мэм, мне очень жаль, – выпалил Лоу, вовсе не сожалея, и снова стал тереть чувствительный бутон. – Я не сдержался. Так лучше?

Он в этом не сомневался. Хэдли наклонила голову, прижавшись щекой к щеке, и застонала.

Ее ласкали так давно, очень давно.

Это было изумительно и ново, прежние прикосновения не шли ни в какое сравнение. Все прошлое, словно сон, а это событие – новая реальность, ставшая стандартом, по которому она будет оценивать другие ласки.

– Расскажи о своих ощущениях, – потребовал Лоу.