Лилиан Пик - Уйти до рассвета

— Наверху, у себя. Наверное, читает комикс.

— Да, хвала Господу за комиксы, — пробурчал себе под нос Оуэн. — Правда, там сплошная чепуха, зато дети хоть ненадолго успокаиваются и дают нам, взрослым, вздохнуть свободно.

Ким пошла на кухню, уныло размышляя: если хозяин сорвет последнюю завесу тайны, если раскроется ее последняя ложь, тогда уже и Кэнди не поможет, и она, Ким Пейтон, будет с позором отправлена обратно, в лоно своей семьи, и снова станет членом огромной армии безработных.

Вскоре приехала роскошная Беренис. Она выглядела, как обычно, спокойной, прекрасной и высокомерной.

До прихода Марвина Ким уложила Кэнди спать. Девочка спросила ее с надеждой в голосе:

— Ты куда-нибудь пойдешь с моим папой, как в тот раз?

— Нет, деточка.

— А с кем? С этим гадким человеком, который мне не нравится? — Ким кивнула. — Лучше останься дома, Ким. Не ходи с ним. — В голосе ее звучала отчаянная просьба, словно догадывалась, что Марвин принесет в их дом только беду и несчастье.

— Не волнуйся, маленькая, — нежно прошептала Ким и поцеловала девочку в лобик. — Обещаю, со мной все будет в порядке.

Но, закрывая дверь в спальню, она призналась себе, что беспокойство Кэнди передалось и ей и стало настойчиво грызть ее.

Марвин, увидев Ким, издал долгий восхищенный свист. Она на самом деле не считала, что заслуживает такой лести, так как не особенно старалась выглядеть привлекательно, и решила, что Марвин просто хочет позлить Оуэна.

А то, что Оуэн разозлился, было видно невооруженным глазом. Он окинул ее ледяным взором, от которого мороз прошел у нее по коже, однако на его взгляд она ответила беззаботным веселым взглядом — и тут же втайне поздравила себя с неожиданно открывшимся у нее актерским талантом. Впрочем, какое ей дело, что он о ней думает? Она же не с ним идет на свидание.

Марвин повел ее ужинать и танцевать, как и обещал. Вечер прошел довольно вяло, Ким была рассеянной и молчаливой. Марвин же явно был настроен решительно, как человек, который увидел впереди желанную цель. Она была уверена, что он считает ужин в ресторане только прелюдией к главным событиям. Она знала, что ей придется использовать всю свою хитрость, чтобы этот вечер закончился для нее без неприятностей.

Когда Ким предложила идти домой, Марвин возражать не стал.

— Оуэн еще наверняка не вернулся, — задумчиво сказала она. — Он пригласил Беренис к себе домой, они хотели поработать вместе… — Тут Марвин издал циничный смешок. — А потом он обещал повести ее в бар.

— Ага, значит, в доме сейчас никого нет?

— Нет, ну Кэнди дома, но она спит. Дафна время от времени к ней заходит, убедиться, что все в порядке.

— Но после того, как ты вернешься, она больше не будет заходить?

— Нет. — Ким не пришло в голову полюбопытствовать, с какой целью он задает все эти вопросы и к чему он клонит.

Однако вскоре все прояснилось. Как только они вместе вошли в дом, Марвин крепко прижал ее к себе. Ким мысленно отругала себя за несообразительность; сама того не желая, она выдала сведения, которые ему были нужны. Как она могла быть такой наивной? Девушка попыталась вырваться, но она могла с тем же успехом бороться с полярным медведем — это было бесполезно. Марвин силком затащил ее в гостиную и закрыл дверь.

Глава 10

Марвин подтащил Ким к кушетке и толкнул на нее. Девушка, задыхаясь, просила, стараясь однако не слишком шуметь:

— Нет, Марвин, нет!

Но он был глух к мольбам и бросился на кушетку рядом с ней.

Тут раздался звук поворачивающегося в замке ключа. Грубо выругавшись, Марвин с силой отпихнул Ким от себя и вскочил, не зная, что делать. Ким быстро пригладила растрепанные волосы и поправила платье.

— Оуэн пришел, — сказала она. — Тебе придется уйти.

— Будь я проклят, если позволю ему испортить мне удовольствие. — Он схватил ее за руку и рывком поднял на ноги. — Идем в мою машину.

Ким пыталась выкрутить у него руку, но он крепко держал ее. Марвин буквально протащил ее мимо Оуэна, стоявшего в коридоре. По его взгляду Ким поняла все, что он о ней думает. Она открыла было рот, чтобы воззвать к его защите, но Марвин волок ее за собой, как локомотив, и скоро они оказались на улице.

Не выпуская ее руку, он открыл дверцу машины и злобно прошипел:

— Залезай! — Но Ким не сдавалась. — А ну, делай, что я говорю, иначе… — И резко развернув ее к себе, он занес было над ней руку, но в это время раздался спокойный голос:

— На твоем месте я не стал бы этого делать, Уорд. Подумай, прежде чем поднимать руку на прислугу своего начальника — это может плохо отразиться на твоих профессиональных перспективах, и не только на них.

Марвин громко выругался. Ким закрыла глаза, ожидая, что он сейчас выдаст ее хозяину, но ничего не произошло. Вместо этого он молча залез в машину, хлопнул дверцей и укатил.

Ким пошатнулась, Оуэн поддержал ее одной рукой за талию и повел в дом.

— Для женщины, которая когда-то хвасталась, что умеет обращаться с мужчинами, — проскрежетал Оуэн, — вы что-то больно уж отчаянно сражались, защищая свою добродетель. А почему вы вся дрожите? Вы что, действительно так расстроены или пытаетесь вызвать у меня сочувствие, чтобы я вас пожалел?

— П-простите. С-спасибо за п-п-помощь.

Оуэн снова обнял ее за плечи и повел в гостиную.

— Садитесь. Вам нужно что-нибудь выпить. — Он протянул ей бокал и сказал небрежно: — Вы «справились» с ним так же, как «справились» со мной тогда в спальне, да? — Она отпила из бокала, с горечью подумав, что опять поплатилась за свою глупость. Оуэн продолжал: — Вам очень повезло в ту ночь, что я не Марвин Уорд, и сегодня вам опять повезло, что Беренис рано захотела поехать домой, а не то даже страшно подумать, что случилось бы с нашей невинной маленькой Ким Пейтон. — Он налил себе вина в бокал. — Я же говорил вам, если вы помните, — Марвин не шутил, когда сказал, что «добьется» вас. В следующий раз вам уже не выкрутиться.

— Не беспокойтесь, — прошептала она одними губами, — другого раза не будет.

— Да уж, надеюсь. — Голос его немного смягчился. — Ну как, вам лучше?

Она улыбнулась, но улыбка ее была неуверенной, зыбкой. Подняв Ким с дивана, Оуэн поставил ее перед собой, его руки легли ей на плечи, он медленно обвел взглядом ее лицо, заглянул в глаза… Сердце у нее билось, как набатный колокол, в голове мелькнуло: «Неужели он сейчас меня поцелует?» Но он отпустил ее и стал шарить в кармане, ища сигареты.

— Идите лучше к себе, Ким. Ложитесь спать.

— Да, мистер Ланг.

— Оуэн, — поправил он.

— Да, Оуэн, — послушно повторила она, и он улыбнулся. — Спокойной ночи, Оуэн.