Венни. В клетке со Зверем - Бетти Алая

долгие месяцы собирал информацию. Внедрил к нам Жанну.

— А эти камеры в нашем доме…

— Нужны были, чтобы смонтировать видео изнасилования. И Роман тоже играл роль, делая мерзости тогда в клубе. Это целиком и полностью фейк. Только вот как теперь от него отмыться?

— Нужно опровержение. Я дам его! — жестко заявляет Крис.

— Тебе не нужно…

— Нужно! Я скажу всем, что меня пытался изнасиловать Семенов. А ты лишь жертва.

— Тебе тяжело будет…

— Знаю. Но твоё имя очернять не дам! А со временем это всё забудется. Так всегда бывает. Попрошу своих девчонок помочь. Данка в соцсетях, как рыба в воде. Мы справимся.

— Верно.

— А потом тебя посадили в тюрьму… — всхлипывает.

— Да. Но сначала разъяснили, что будет, если я попытаюсь сбежать или связи подключить. Отобрали мобильный, пару раз как следует избили для доходчивости.

— Это нельзя просто так оставлять! — восклицает она, — беспредел!

— Миша разберется, это его вотчина, — успокаиваю мою амазонку, — заодно пару звезд заслужит. Повышение. Он мужик нормальный, хоть и медлительный.

— Как ты узнал о Жанне?

— Семенов приезжал. Рассказал, что Венин сделал с её семьей.

— И? — она заглядывает мне в глаза.

— Что?

— Ты веришь?

— Не знаю, — пожимаю плечами, — я хочу услышать версию твоего отца. Это слишком серьезное обвинение, чтобы просто так верить.

— Согласна…

Дальше мы лежим и тихо говорим. Я наслаждаюсь своей принцессой. Перебираю ее волосы, глажу и целую.

И ближе к двум ночи мне звонит Егор.

— Да? — быстро беру трубку, пульс ускоряется, сердце рвется прочь из грудной клетки.

— Всё сделали, — голос охранника усталый, запыхавшийся, но довольный.

— Потери?

— От нас никого. Эти ребята и правда профы, взяли Жанну тихо и без лишних пуль. А Семеновы… — он молчит, — сопротивлялись до последнего.

— И?

— Пришлось их устранить. Осталась лишь младшая дочь Семенова, которую, как оказалось, он держал в доме, никому не показывая.

— У него была дочь?!

— Да. Кто мать неизвестно. Малышке четыре. Её держали в четырех стенах, никаких документов нет. Гувернантку сейчас Миша допрашивает.

Гляжу на Крис.

— И что с ребенком?

— Работают психологи. Она в нормальном состоянии, но сильно напугана.

— А Жанна?

— Она попыталась себя убить, но ей не дали. К вашей мачехе тоже приставили психиатра, он сейчас работает…

— Отлично.

— Поеду к своим. Ночка была долгой, — выдыхает Егор, — но я рад, что всё наконец-то закончилось.

Кладу трубку. С трудом верится, что всё это дерьмо позади.

— НУ ЧТО? Всё? — Крис бросается на меня.

— Да, малышка… да…

Обнимаю её, пока не в силах поверить. Но нам предстоит ещё куча работы по восстановлению доброго имени Вениных.

Поэтому, немного поспав, мы направляемся к Андрею Васильевичу. Егор уже доложил обстановку, босс выглядит потрепанным.

— Привет, — обнимает Крис, жмёт мне руку.

— Как вы? — сажусь в кресло рядом.

Вокруг витает безмятежность и спокойствие. Но нам предстоит их разбить.

Кристина напряжена. Она серьезно глядит на отца.

— Пап… мы пришли серьезно с тобой поговорить.

Внезапно Андрей Васильевич усмехается.

— Пришло время, да? Марк?

Напрягаюсь.

— Я?

— Да. Ты же хочешь знать, почему я усыновил именно тебя?

Глава 27

Кристина

— Когда-то я был другим человеком, — задумчиво говорит папа, а моё сердце ёкает.

Неужели он и правда так поступил с Жанной и её мужем? Замираю. Если это правда… не знаю, что буду делать. Как мы сможем дальше быть семьей?

— Делал много глупостей, — продолжает он, а мы молчим, — но…

Пауза. Тягучая, словно смола. И такая же тяжелая.

— Твоё усыновление я считаю одним из своих лучших поступков, — говорит папа Марку.

Мой дикарь на первый взгляд спокоен. Лицо безмятежно, словно ему плевать на то, что он услышит.

Но так ли плевать?

— Семенов, Семенов… — отец чешет подбородок, — он один из тех людей, которые так и остались душой в темных девяностых. Несмотря на то, что сейчас уже всё иначе… миром правят другие ценности.

Молчим.

— Рэкет, разбой, убийства… он всегда это любил. Думаю, вы оба хотите знать, виновен ли я в том, что случилось с Жанной?

— Хотелось бы, — хриплю, в горло словно насыпали песка.

— В какой-то степени это и моя вина.

В глазах отца раскаяние. И оно направлено на Марка, не на меня. Что же там такое случилось?

— Расскажи, почему она утверждает, что ты убил ее мужа? И пытался убить ее… — выдыхаю.

Папа берет мою руку в свою. Сейчас он кажется лишь обычным стариком. Со сморщенной кожей, усталыми глазами.

— Я виноват в том, что пригрел монстра. Мы с Алексеем действительно были друзьями. Вели совместный бизнес, вместе начинали. Прикрывали спины друг друга… но деньги портят. И в нашем случае они испортили Алексея.

— Как так?

— Ему стало мало ресторанов и кафе. Он захотел мою компанию, — вздыхает отец, — а я как раз тогда только нанял Семенова.

— Кем?

— «Разнорабочим». Он решал проблемы.

— И каким образом?

— Выбивал долги, уговаривал наших кредиторов, помогал тем, кого мы крышевали. Но у нас было правило — не убивать. Да, могли пару ребер сломать, но до убийств не опускались.

— Но что же случилось тогда? — выпаливаю в нетерпении.

— Моя ошибка. Я тогда приказал Семенову поехать в ресторан и как следует проучить Алексея. Мы уже тогда стали набирать обороты и нам были интереснее игроки побольше, чем его кафешки. Так что «решала» поехал вручит ему уведомление о расторжении контракта. И Семенов поехал… но он был слишком ретив, жаждал выслужиться. В итоге он убил моего партнера и зачем-то заставил того переписать на меня бизнес.

— А Жанна? Ты знал, что она ждала ребенка?

— Знал. И поэтому приказал Семенову припугнуть Алексея, дать денег, чтобы тот с женой уехал подальше. Если бы мой молодой помощник справился, то ресторанный бизнес перешел бы к нему…

— Но он убил их…

— Да. Собрал, пытал и отравил всех, кто был на стороне Алексея. Деньги забрал себе, а потом попытался сжечь дом вместе с Жанной…

Вот оно как, значит. Камень с души упал! Но после его рассказа у меня появилось много вопросов.

— И когда ты узнал о его поступке?

— Много позже. Видишь ли, Семенов оказался очень хватким, хитрым и жестоким человеком. Он быстро стал моей правой рукой, а потом и совладельцем одной из компаний. Своё преступление он скрывал тщательно и умело.

— Но Жанна сказала, что тело ее мужа нашли в пустыре за рестораном тем же вечером! — восклицаю.

— Это не так. Тела нашли через несколько лет и ко мне пришли… поскольку именно я был владельцем бизнеса. Тогда я откупился от обвинений, заказал собственное расследование и похоронил эту историю в памяти. А Семенова сразу уволил.

— Вот как… а мама знала?

— Нет. Твоя мать была самым светлым созданием в мире. Она бы не поняла меня… я и сам себе