Подкидыш для хулигана - Юлия Гауф

в кабинет. — Нашла одного клиента – сеть мебельных магазинов в Италии, готовы сотрудничать с нами. Основные моменты я с ними обсудила, теперь дело за вами. Вот контакты, директор знает английский, подтвердите готовность сотрудничать, и договор, – передала молодому шефу восемь листов, на котором распечатан договор, — проверьте, подпишите и я отправлю в Италию. А затем отдам контакт нашим логистам.

— Молодец, Танечка, – довольно улыбнулся Борис Ефимович. — За один день клиента нашла. Шустрая!

Я удивилась похвале. Мне казалось, что один клиент за день – это мало. Удалось связаться всего лишь с тремя директорами, двое обещали подумать, и один согласился, выслушав условия. А звонков я совершила много, но через некоторых секретарей не пробиться.

Мне-то казалось, что я в день по десять клиентов находить буду, а тут один всего.

— Действительно, молодец. Я наберу. Кстати, – Никита Борисович нахмурился, — вы в курсе скандала вокруг моего младшенького? В сети настоящая жесть, Лёху проклинают и называют монстром-извращенцем.

— Надеюсь, по вам это не ударит, – вздохнула я.

— Фамилии у нас разные. Мы – Дорофеевы, а не Горины, но… что у вас там происходит? Помощь нужна?

Я покачала головой.

Леша строго-настрого запретил просить помощь, да и Герман Андреевич сказал, что справится. Вот только скандал все набирает обороты, а мы не делаем ровным счетом ничего.

И на работе многие в курсе, в универе и вовсе кошмар. Все сочли своим долгом написать мне, что не за того человека я замуж вышла, и вообще гореть ему в аду.

— Точно помощь не нужна? – нахмурился Никита Борисович. — Таня, вы ведь заходите в интернет, и должны понимать, что это не шутки. Когда задевают интересы ребенка, общество не стоит в стороне.

— Общество строчит гадкие комментарии, – кивнула я. — Но помощь не нужна, спасибо.

— А вы сами-то почему ничего не предпринимаете? Вы же позволяете себя бить. Или Лёхе плевать на это? Он раздолбай тот еще, но сейчас не только ему прилетает, но и тебе, и ребенку.

Мне и правда прилетает. Всплыли фотографии со свадьбы – нас одногруппницы фотографировали, и вид на этих фотографий у нас с Лёшей… ну, типичный. Как у золотой молодежи без мозгов. Блогеры пишут заметки во Вконтакте, в Фэйсбук, даже в Живом Журнале. Многие упомянули нас в своих видео, как парочку сволочей. Меня чуть ли не пособницей маньяка выставляют, я такое видела только в подобного рода шоу, в которых все ругали женщин, которые вышли за преступников.

Я повелась на деньги – вот он ответ для всех. А значит, раз я замужем за такой избалованной сволочью, как Лёша Горин, я такая же, если не хуже.

— Герман Андреевич сказал, что нужен пик всего этого скандала. Апогей ненависти, – пояснила. — Тогда и ответим, и полностью поменяем вектор общественной поддержки с Алены на нас.

Если получится. Очень на это надеюсь.

— Она таргетированную рекламу взяла, кстати – эта ваша Алена. Продвигает свое видео. Там ведь неправда?

— Конечно! – ахнула я.

Никита Борисович кивнул, и отпустил меня. А через час, когда договор был отправлен, и контакты итальянских логистов были переданы нашим, я вышла из офиса. Уверена, весь коллектив в курсе нашей заварушки, но честь им и хвала – никто мне в лицо не плюет. Шепчутся за спиной – это я слышала, но распять не спешат.

Хочется увидеть Марьяну. И Лёшу. И чтобы проблемы решились, чтобы нас все оставили в покое. И…

— Пчелка, чего такая грустная? – Леша встретил меня у работы, подловил на выходе из бизнес-центра.

Обнял, прижал к себе, будто мы год не виделись. И мне, на удивление, стало чуточку легче. Жаль, что всего лишь на мгновение.

— Ты почему здесь? А где Марьяна? – всполошилась я, ведь вертлявой кудрявой малышки рядом нет. — Лёш, что случилось? Ее забрали, да?

— Тише, тише, – шепнул парень, прижался губами к моей щеке. — Марьяну я у соседки оставил, она адекватная. Приплатил, и весь вечер мы проведем вдвоем.

Я нахмурилась.

— То есть ты…

— Да, – перебил он, — вот такой я мерзавец, скинул ребенка и решил развлечься. Но Тань, ты эти несколько дней сама не своя. Нужна передышка, неужели сама это не видишь? Мне не только Марьяна нужна, но и ты – улыбающаяся, спокойная и счастливая. А не загнанная и напуганная. С мелкой все хорошо, я оставил соседке и твой, и мой телефон. Запретил выводить Марьяну во двор, и Алена ее не украдет. А мы проведем время вдвоем. Или ты не хочешь?

Я… я очень хочу, да.

— Хочу, – тихо ответила, и спрятала лицо, уткнувшись в шею Леши – открытую, без шарфа. Вот дурак, заболеет еще. Итак лицо разукрашенное, еще простуды не хватало для полного счастья.

— Бедная моя Пчелка, – по-доброму хохотнул Горин. — Скоро все наладится, обещаю. А сегодня… сегодня мы можем заняться вот чем, – он провел по моей щеке чем-то острым, и я отпрянула, а затем увидела пластиковую карту. — Здесь обещанные деньги.

— Лёш, не надо.

— Надо. Машину я продал, переоформил, скоро куплю более подходящую. Та все-равно не подходила для того, чтобы ребенка и жену возить. Она для другого была, – хмыкнул он, и внутренне я согласилась – та машина была хороша для съема. — Деньги твои. Сегодня мы решим одну из твоих проблем. Или сделаем это завтра, а сегодня мы можем развлечься. Тань, забудь на этот вечер о том, что ты серьезная и взрослая. Пойдем в бар, в клуб, хочу посмотреть на то, как ты танцуешь, – Лёша очертил пальцем контур моих губ. — Марьяну Виктория Денисовна может оставить у себя до утра. Если ты захочешь, то у нас будет не только вечер наедине, но и ночь.

Ночь.

О Боже мой!

ГЛАВА 17

Я готова к ночи?

Леша ждет ответ. Знаю, отказ он воспримет нормально. Но в голове дурные мысли – не побежит ли он к какой-нибудь Диане?!

Ануш рассказывала мне про своего парня, который хотел близости, а она отказывала. И… нет, он не бросил ее, дело к свадьбе шло, а потом она узнала, что то, что она ему не давала, он получал в другом месте. И потом не понимал, почему подруга плакала, когда все вскрылось.