Нэн Эскуит - Девушка из Рима

— Итак? — нетерпеливо нарушил он затянувшееся молчание.

Джейн облизала пересохшие губы и ответила с потрясающим спокойствием:

— Я… я постараюсь встретиться с Джино. Он живет с другом на яхте. — Она постаралась припомнить название, и ей это в конце концов удалось. — Она называется «Минерва».

— Завтра первым делом я отвезу тебя в старую гавань. Когда он обещал заехать за тобой?

— Около одиннадцати.

— Отлично. Значит, мы отправимся сразу после завтрака. — Он повернулся. — Нам лучше пойти в дом и найти остальных. Я отнесу чемодан Антеи.

Джейн не последовала за ним. Ей невыносимо было сейчас видеть Антею, и она, вместо того чтобы идти в гостиную, медленно поднялась по лестнице к себе в комнату. Там она опустилась на край кровати и уставилась невидящим взглядом в стену напротив. Что бы ни случилось, она ни за что не должна допустить, чтобы Ванс догадался о ее чувствах. Это и в самом деле было странно. Несмотря на все их ссоры и препирательства, она чувствовала его магнетизм. Она сопротивлялась ему, пыталась противостоять, но все равно бывали моменты, когда она не могла больше бороться. Когда он поцеловал ее на террасе и она неожиданно для себя ответила на его поцелуй; и когда он прощался с ней перед отъездом в Афины, а ей хотелось, чтобы он снова поцеловал ее.

Еще две недели, сказал он. Затем маскарад закончится, и они попрощаются, два вежливых незнакомца, которые никогда не встретятся вновь.

«Я этого не вынесу», — подумала Джейн и ударила себя кулаком по животу, словно хотела изгнать поселившуюся там боль.

Она оставалась наверху еще довольно долго, ей никак не удавалось заставить себя спуститься в гостиную и делать вид, что все в порядке. Когда же она, наконец, это сделала, то чувствовала себя неуютно и постаралась сесть как можно дальше от Ванса, сконцентрировав все свое внимание на Джуди.

Сегодня, однако, Джуди была слишком взволнована возвращением матери, чтобы подолгу оставаться с Джейн, — она, весело болтая и приплясывая, носилась вокруг Антеи, которая сидела на одном из больших кресел, мрачно глядя в стакан, пока та внезапно не подняла глаза и не сказала, нахмурившись:

— Дорогая, прекрати скакать вокруг, словно «Джек в коробочке», у меня от этого голова раскалывается. Я устала — перелет был отвратительным, сплошные задержки.

Похожий на розовый бутон ротик Джуди открылся, глаза неожиданно наполнились слезами. Она подавленно уселась у ног матери и молча уставилась на нее. Джулиан положил руку на плечо Джуди и сказал:

— Джуди чувствует то же самое, что и я, — она так рада, что ты снова с нами, что не знает, что делать. — Он взял Антею за руку. — Я уже начал было беспокоиться.

— Не вижу причин. Меня не было всего три дня.

— Это все из-за того, что я не знал, где ты. — Джулиан наклонился и настойчиво сказал: — Ты не должна была уезжать вот так, не предупредив.

— Ох, ну в самом деле! — Антея дернула худенькими плечиками и одним грациозным движением поднялась на ноги. — Я пойду наверх, переоденусь.

Джулиан поднялся вслед за ней:

— Я с тобой.

Антея обернулась:

— Джулиан, прошу тебя. Я же сказала — у меня болит голова. Я собираюсь ненадолго прилечь.

— Дорогая, мне так жаль… — начал он, но Антея уже вышла из комнаты.

Ванс, сидевший у окна и просматривавший какие-то бумаги, поднял голову и сказал:

— Мне надо обсудить с тобой кое-какие вопросы, Джулиан, если ты, конечно, не очень устал. Мы можем пойти в кабинет?

Джулиан, который по-прежнему растерянно смотрел вслед Антее, нахмурившись повернулся к нему:

— Что ты сказал? — и, когда Ванс повторил свою просьбу, кивнул: — Да, да, конечно.

— Ты извинишь нас? — спросил Ванс, проходя мимо кресла, в котором сидела Джейн, и так же, как минуту назад Джулиан, она, кивнув, ответила:

— Да, конечно, — и осталась сидеть одна в просторной комнате.

Вечер прошел без событий, если не считать неприятного момента, когда Джулиан, чтобы поддержать разговор, сказал:

— У нас сегодня был гость, вернее, у Джейн. Он приехал навестить ее из Италии. Они с другом прибыли на Корфу на яхте — в отпуск, по-видимому.

Антея повернулась к Джейн, аккуратная бровь удивленно взметнулась вверх.

— Он? — многозначительно спросила она.

Джейн почувствовала, как под пристальным взглядом Антеи ее щеки заливает румянец. Она кинула быстрый взгляд на Ванса и сказала:

— Да, я… мы были знакомы, когда я работала в Риме.

— Как интересно. Он тоже сопровождал группы?

— Нет, мы просто… мы просто дружили.

Голос Антеи стал задумчивым:

— Должно быть, он очень близкий друг, раз ему известно твое местонахождение и он решился вот так приехать и повидать тебя. Ты его знаешь, Ванс? Надеюсь, этот молодой человек встречается с твоей невестой с твоего согласия?

— Да, я знаю его, — равнодушно ответил Ванс. — Естественно, что у Джейн есть собственные друзья — как и у меня. Почему я должен возражать против ее знакомых?

— Похоже, что это больше чем просто знакомство. Если он снова придет сюда, я хочу обязательно взглянуть на него.

— Он очень симпатичный, — вмешался Джулиан. — Джуди в него просто влюбилась — и должен сказать, что он был с ней очаровательным. Несомненно, он очень любит детей.

— Высшая похвала — любит детей и собак, — насмешливо заметила Антея. — И вдобавок хорош собой. Правда, Ванс, на твоем месте я бы начала ревновать.

— Боюсь, он… он не сможет больше зайти, — поспешила сказать Джейн. — Он… они, вероятно, скоро уедут.

— Да… — поддержал ее Ванс. — Я отвезу завтра Джейн попрощаться с ними.

— Какая жалость! — вздохнула Антея. — Мне так хотелось с ним познакомиться.

Слава богу, на этот раз пронесло, подумала Джейн. В том, как Антея поддразнивала ее, было что-то резкое, почти мстительное. После возвращения из Афин она постоянно пребывала в каком-то странном настроении — бесцеремонная и нетерпимая с Джулианом, Ванса она почти не замечала.

Она уезжала в таком радостном расположении духа, а вернулась раздраженной и без перерыва язвящей. Что бы там ни произошло в Афинах, это ее явно расстроило.

На следующее утро ни Антея, ни Джулиан не вышли к завтраку, и Джейн с Вансом вдвоем выпили на террасе кофе с булочками. Ванс пребывал в еще более молчаливом настроении, чем обычно, а Джейн была подавлена и вымотана бессонной ночью.

Когда с завтраком было покончено, он взглянул на нее и сказал:

— Поехали? Нам еще нужно найти яхту.

— Да, я готова. Только возьму свитер.

Стояло еще одно чудесное утро, солнечное, но прохладное. Вскоре они добрались до города и стали пробираться по узким улочкам мимо маленьких магазинчиков, которые ломились от всевозможных даров земли. Чего там только не было — фасоль, дыни, виноград и зеленый перец, апельсины, лимоны, гранаты и груши. По обеим сторонам улочек стояли выстроенные в венецианском стиле дома — с простыми фасадами, выкрашенными кремовой краской, — между которыми виднелись уходящие вглубь узенькие переулки, неровные истертые ступеньки, сушилось на утреннем бризе белье. Они выехали на набережную, вдоль которой тянулся обширный парк с часовой башней и эстрадой, и величественной серой крепостью, возвышавшейся над Старым портом. Видневшиеся через пролив горы казались синими на фоне серебристого неба.