Ненавижу своего мужа - Мария Андреевна Владыкина

чтобы не волновалась. Я уже не так слаб, могу разговаривать.

— Вы, главное, держитесь, врачей слушайтесь.

Мой тесть лежал в лучшей палате больницы, лечился лучшими врачами, и всё-таки судьба такая штука, что если тебе суждено, то так оно и будет, скорее всего. Врачи обещали выпустить его из больницы примерно через неделю, но сказали, что ему лучше не возвращаться на работу. Еще один приступ он скорее всего не переживет.

Из-за количества работы, дни полетели один за одним. Отца Софы выписали, и теперь у меня было целых два родственника, которым рекомендован постельный режим и отсутствие лишних переживаний. Я что, в прошлой жизни сильно заставлял кого-то нервничать? И на что мне такое испытание?

София

Я опять расплакалась. Стояла перед зеркалом, смотря на себя, и рыдала в голос. Ну как можно было стать таким бегемотом! Где моя талия, где моя попа? Я была такой красивой, а вдруг это больше ничего не вернется? От подобных мыслей мне стало еще более грустно, и я продолжила плакать.

Эта беременность скоро меня доконает. Срок уже подошел, а малышка никак не хочет выходить в этот мир. И меня еще пугали преждевременными родами! Я стала огромной, неповоротливой, не могу сделать почти ничего самостоятельно, даже обувь надеть! А на дворе, между прочим, зима! Еще и кутаться надо постоянно.

Из-за трудностей с одеванием и рекомендованного постельного режима я теперь почти никуда не хожу. Смотрю фильмы и сериалы, читаю книги. Ну как читаю… Иногда прочитаю страницу, а в конце думаю: и что там было написано? Хоть бы строчечку вспомнить. Торжественно подтверждаю, что мой мозг отупел!

Мой управляющий в магазине приходит ко мне два раза в неделю, и мы решаем какие-то рабочие вопросы. С поддержкой Яна дело идет в гору, и бизнес наконец-то перестал быть убыточным.

Единственное, куда я сейчас выхожу, помимо визитов больницы — это дом папы. Эти два конспиратора скрыли от меня очередной приступ отца. Я, конечно, понимаю, почему они это сделали, но немного обидно. Всё-таки я его дочь! А если бы он его не пережил…? Отцу стало немного лучше в последнее время и я очень надеюсь, что он сможет выздороветь и вести хоть сколько-то активный образ жизни. Хотя бы не быть прикованным к своему дому.

Ян зашел в комнату и, как всегда, когда видел меня плачущей, сразу же напрягся.

— Что-то случилось?

— Да, случилось то, что я большая, как гиппопотам.

Он явно выдохнул с облегчением, хотя хорошего в новости о том, что я огромная, как айсберг в океане ничего вообще не было.

— Маленькая моя, иди ко мне — он раскрыл руки для объятий, и я прижалась к его мощному телу.

— Совсем уже не маленькая, во всех смыслах. Я стала огромной и совсем не сексуальной — ещё раз всхлипнув, на этот раз как-то удалось удержать очередной поток слез в себе.

— Это кто тебе такое сказал?

— Никто, я и сама вижу! Да и даже тебя, похоже, уже вообще не привлекаю.

— Вообще-то, ты сама мне сказала, что врач попросил нас убавить пыл. Я сбавил, как смог. — Ян взял мою руку, и переложил её себе на ширинку. Там отчетливо прощупывалось то, что даже мои объятья были для Яна привлекательными.

Я начала водить рукой по его штанам, распаляя его страсть, сама при этом тоже возбуждаясь.

— Ты что делаешь, проказница?

На меня вдруг накатило огромное желание. Я впилась в губы Яна поцелуем, атакуя его своим языком.

— Я ведь так могу и не сдержаться, Софа.

— А я и не хочу, чтобы ты сдерживался. Хочу как раз наоборот…

— Ну, смотри у меня!

Он подвел меня к кровати, поднял мои руки, и нежно снял с меня шелковую ночную сорочку, в которой я ходила дома. Мою тяжелую грудь затронул прохладный воздух помещения и соски вмиг затвердели.

— Повернись спиной — прошептал мне в ухо Ян и я подчинилась. Он взял мой живот в свои руки, и какое-то время я стояла, откинувшись спиной на его грудь, наслаждаясь моментом и уже забытой мной легкостью.

После, он взял мою грудь в свои руки и немного начал играть с сосками. Последнее время они стали максимально чувствительными, и я почти кончила только от этих его прикосновений.

Ян медленно стянул мои трусики, и они упали на пол.

— Вставай на кровать — я встала на колени и дополнительно оперлась на локти. Во время беременности эта поза стала моей любимой, особенно сейчас, когда живот уже большой.

Я чувствовала, как Ян трется о меня сзади, делая поступательные движения, но при этом не входит, как бы дразня меня.

— Ян, пожалуйста…

После моей просьбы я почувствовала, как его головка вошла в меня и сразу же вышла, так дразня он едва входил в меня какое-то время. Я так распалилась, что уже практически сама пыталась насадиться на него, больше не в силах контролировать своё желание.

Когда он наконец вошел в меня на полную длину, я застонала и начала подмахивать ему, задавая темп. Было очевидно, насколько Ян сдерживал себя. Обычно, он вколачивался просто как машина, которую не остановить. Сейчас же его движения были ритмичны и не торопливы, но это даже придавала акту особую остроту.

Когда я была почти на пике, он запустил одну руку под меня и начал кругами массировать мою горошинку. Наши стоны наполнили весь дом, я пыталась схватиться за всё, что попадалось мне под руку: одеяло, простыни, и сжать их, так хорошо мне было.

Услышав животный рык Яна, я поняла, он на финишной прямой. Это осознание всегда действовало на меня лучше любого афродизиака и я тут же кончила, до того, как это сделал он.

— Я тебя люблю, Софа.

— Я тоже тебя люблю, Ян.

Мы какое-то время лежали молча, любуясь друг другом и наполняясь нашими чувствами.

— Ну вот, теперь опять придется идти в душ! А я только с утра помылась, итак было не легко.

— Ничего, я тебе помогу, пошли вместе.

Я пошла в душ первая, ожидая, когда муж ко мне присоединиться. Внезапно, меня кое-что насторожило.

— Ян!

34 глава

Сейчас в моем затуманенном мозгу где-то проскользнула мысль о том, что половой акт может простимулировать роды, но в моменте я вообще об этом не подумала! И чего я так долго терпело, можно было бы давно уже родить!

Когда я пошла в душ, то почувствовала схватку. У меня уже были тренировочные схватки до этого, поэтому