Энн Мэтер - Горная долина

Моргана пожала плечами:

– Ты должен... понимать, что я сейчас чувствую!

– Да? – торжественно спросил Луис.

– О да. – Моргана развела руки в стороны. – Но я даже и мечтать не смела...

– Покажи мне, – тихо приказал он.

– Показать тебе? – У Морганы перехватило дыхание.

– Да, покажи, что ты меня любишь, – кивнул он и убрал руки с ее плеч. Моргана вздрогнула, но не от холода. Застенчиво и неловко она шагнула к Луису. Он, не шевелясь, молча стоял перед ней. Моргана до боли закусила губу, а потом поднялась на цыпочки и поцеловала его в гладкую щеку. Это была короткая ласка, которая едва ли могла вызвать в нем неистовую ответную силу. Моргана отступила назад и неловко улыбнулась.

– Извини, – сказала она.

Он странно посмотрел на нее, потом повернулся и вышел из спальни. Моргана с тревогой смотрела ему вслед, не в силах понять, что ей теперь делать. Ей хотелось броситься за ним следом, но долгие годы самодисциплины не позволили ей этого. Каждую минуту Моргана ожидала услышать стук открытой и захлопнутой входной двери, и сознание того, что сию минуту Луис уйдет навсегда, наполнило ее отчаянием. Какой же она была дурой, что не могла – не смела – раскрыть перед ним вполне свои чувства, если она не получала на них ответа!

Захлебываясь рыданиями, она бросилась на постель и, зарыв лицо в простыню, дала волю горячим слезам. Все эмоции, сдерживаемые эти долгие две недели, захлестнули ее, и Моргане было уже все равно, что Луис подумает о ней.

Сильные руки рывком перевернули ее на спину. Луис смотрел на Моргану, в ее измученное лицо, полные слез глаза нежным, теплым взглядом.

– О, Моргана, – хрипло пробормотал он. – Ты что, подумала, что я приехал из такого далека только затем, чтобы повернуться и уйти?

– Луис! О, Луис! – Моргана уже не могла даже подумать, что делает. Она потянулась к нему и обняла голыми руками за шею, притягивая его вниз, к себе, пока его рот не коснулся ее приоткрытых губ. Она забыла о всей осторожности и, ликуя от его близости, выгнулась и прижалась к нему всем телом, беспорядочно целуя со всей страстью неопытной юности.

– Боже всемогущий! – глухо простонал он. – Я ведь мужчина, Моргана! Я не святой.

Луис откатился от нее и, вскочив с постели, подошел к окну спальни, давая Моргане время привести себя в порядок. Потом он обернулся и посмотрел на нее. Легкая улыбка играла в уголках его губ.

– Надень что-нибудь, Моргана, – мягко произнес он. – Я подожду внизу.

Моргана соскользнула с кровати, приблизилась к нему и сзади обвила его шею руками.

– Не уходи, – пробормотала она, гладя его по шее.

Луис торопливо отвел ее руки.

– Так нужно, – оборвал он резко и, повернувшись к ней спиной, пошел к двери. – Давай быстрее.

Моргана улыбалась и торопливо умывалась, надевала абрикосовую тунику, расчесывала волосы, делая их привычно мягкими и укладывая так, как всегда любила. Она не стала делать макияж: и так щеки горели розовым румянцем, а губы были красными от поцелуев Луиса. Моргана преобразилась, словно по волшебству, от изнуренного, осунувшегося создания, которое всего несколько минут назад открыло входную дверь Луису, не осталось и следа. Она бегом спустилась по лестнице и нашла его в гостиной. Луис курил сигару, он был смугл, красив и чувствовал себя вполне как дома. Он стоял возле окна, Моргана подошла к нему и скользнула своей ладошкой по его руке, сплетая их пальцы. Луис торжественно посмотрел на нее и сказал:

– Я хочу, чтобы ты знала, Моргана, мне нужно вернуться в Монтераверде через три дня.

Моргана уставилась на него, открыв в изумлении рот:

– Три дня?

- Да.

Она отпустила его руку и неуверенно подошла к бюро.

– Что ж... спасибо, что предупредил меня, – скованно проговорила она.

Он вздохнул:

– Не надо снова становиться холодной ко мне, Моргана. У меня есть обязательства. Если бы ты так и осталась в Монтераверде, теперь все было бы гораздо проще.

Моргана уставилась на него:

– Если бы я там осталась! Что ты хочешь сказать?

Он насупился, стряхивая пепел с сигары в пепельницу:

– Ты знаешь, что я имею в виду. Уехать вместе со всеми таким образом! Ты должна была понять еще в тот день, когда мы ездили кататься верхом, что я не смогу тебя отпустить!

Моргана совсем растерялась:

– Но я не понимаю, Луис. Я же уехала оттуда по твоему приказу!

– Неправда! – горько воскликнул Луис. Моргана покачала головой:

– Правда! Ко мне пришел пилот. Он сказал, что ты приказал всем уезжать из-за начавшейся революции.

– Я приказал уезжать всем, – сказал Луис натянуто. – Но не тебе. – Он нахмурился. – И потом, как понять, что пилот пришел за тобой? Он не мог этого сделать! Он не смог бы пробраться на виллу Каррилхао, если бы его не впустил кто-то изнутри. Иначе он перебудил бы весь дом.

Моргана замерла:

– Я не лгу.

Луис еще больше нахмурился:

– Ты что, хочешь сказать, что тебя на самом деле буквально вытащили из кровати? – Он недоверчиво покачал головой. – Ты ни о чем не знала заранее?

– Нет, конечно, не знала.

Луис ястребиным взором несколько мгновений смотрел на нее, а потом подошел и взял руки Морганы в свои.

– Прости, – мягко и проникновенно сказал он. – Я должен был догадаться.

– Догадаться? О чем догадаться? – смутилась Моргана.

Луис поднес ее ладони к губам и ласково дотронулся языком до ее кожи.

– Я думал, что ты вступила в контакт, что ты специально убежала вместе с ними.

Моргане было трудно дышать от его такого внезапного и волнующего натиска. Преодолев себя, она спросила:

– Разве тебе никто ничего не рассказывал? Я была уверена, что ты сам все это организовал.

– Да, то, что кто-то все это организовал, не вызывает никаких сомнений, – мрачно заявил Луис. – И кажется, я знаю, кто именно.

– Твоя мама?

Он наклонил голову:

– Я в этом почти уверен. Но у нее был какой-то помощник. Скорее всего, Рикардо. Я знаю, что он был на вилле как раз накануне твоего исчезновения.

Моргана сжала его руку:

– И ты подумал, что я снова от тебя убежала?

– Но ведь это было самое разумное предположение, согласись.

Она кивнула:

– Но даже если так – ты мне еще не сказал, почему тебе надо так скоро возвращаться в Монтераверде. Я читала в газетах, что теперь армия контролирует всю страну. Значит, ты все-таки в конце концов станешь президентом?

Луис покачал головой:

– Не знаю. – Он вздохнул. – Когда ты исчезла, у моей матери уже не осталось никаких сомнений по поводу моих чувств к тебе. Если бы не близкая развязка наших замыслов, я сразу же бросился бы за тобой, какими бы последствиями мне это ни грозило. Но в тот момент я не мог оставить моих людей.