Отец подруги. Я его подарок - Алиса Ковалевская

дальше? Ты услышал всё, что хотел, – просипела и взяла бокал, но он был уже пуст.

– Как упала Мадина?

– Взяла и упала. Откуда я знаю, как?! – взвилась я. – Я её вообще видеть не хотела! Мерзко было, понимаешь? Всё твои дурацкие решения, которые тебе кажутся умными! Зачем ты меня в свой дом привёз?!

– Яна!

– Да перестань, Карим!

Я резко поднялась из-за стола и отошла подальше. Не хотела, чтобы он видел мои слёзы. Пообещала же себе, что больше не буду из-за него плакать, и вот опять. Опять эти дурацкие слёзы! И опять его приближающееся отражение в стекле. Он встал прямо за мной, но не коснулся. Как и я, смотрел на наши нечёткие силуэты на фоне прячущихся за звёздами гор.

– Не нужен ей был этот ребёнок. Никто ей не нужен. И ты тоже. – Я вытерла слёзы.

– Я знаю.

Я шмыгнула носом. Обхватила себя за плечи и собралась с мыслями. Или с силами. Что тогда случилось? Попробовала вспомнить, восстановить события, и не смогла. Помнила только собственное отвращение к Мадине, желание уйти и ужас.

– Я пошла к себе. Что делала она – без понятия. Потом спустилась за вазой. Хотела цветы поставить, которые ты подарил. А когда поднималась, встретилась с Мадиной на лестнице.

– Вы поругались?

– Да. – Я прикрыла глаза. – Да. Я шла наверх, она вниз. И никто не хотел уступать дорогу. Я так злилась на неё, Карим… Но я не толкала её.

– Со стороны всё выглядело как раз так, будто ты её толкнула.

– Нет! – Я резко развернулась. – Она вцепилась в меня, а я просто хотела пройти. У меня ваза упала, а потом…

Я вдруг вспомнила, как она буквально на секунду оглянулась.

Похолодела. Всё встало на свои места.

– Она знала, что ты пришёл. – Голос резко сел. – То есть… Она знала, что ты в доме. Я её только слегка оттолкнула, а она упала… Она…

Меня начало колотить. Слёзы и ярость превращались в истерику. Я вцепилась в руку Карима, сама не зная, чего хочу от него. Он разжал мои пальцы. Спрятал ладони в своих и твёрдо посмотрел в глаза.

– Я её не толкала, – повторила уже, наверное, раз в десятый. – Она специально упала. Она… Она хотела, чтобы ты решил, что это я.

Яна

Карим подвёл меня к столику и в буквальном смысле вернул на место.

– Хочешь меня напоить? – Я криво усмехнулась, когда он подлил шампанское.

Всё сложилось. Найденное звено в разорванной цепочке восстановило целостность. Как же я могла не догадаться сразу?!

– Какая же она сука, – иронично улыбнулась, покачав головой.

Карим промолчал. За стол он так и не сел – всё смотрел сквозь стекло. Где точно горы, я, в отличие от него, не знала, но догадывалась, что именно там, куда направлен его взгляд.

– Я строил эту веранду для Алии, – сказал Карим ни с того ни с сего. – Хотел выдать её замуж именно здесь, когда настанет время.

– И что?

– Ничего.

Он вернулся ко мне. В глазах появилась неясная мне решимость.

– Я здесь, с тобой. Вот и всё.

– И как я должна это понимать, Карим? Порадоваться? Ты вообще слышал, что я тебе сказала три минуты назад?! Твоя жена специально сделала так, чтобы ты избавился от меня.

– Слышал.

– И что теперь? Что ты собираешься делать?

– Это не твои проблемы.

– Не мои?!

Я вспыхнула, как костёр, в который щедро плеснули масла. Поставила шампанское и поднялась, едва не опрокинув стул.

– Всё! Надоело мне! – И ринулась к двери.

– Яна!

Карим нагнал меня и поймал за руку. Рванул на себя, и я впечаталась ему в грудь.

– Отстань ты от меня! – возмутилась, стараясь его оттолкнуть. – Не мои проблемы?! Да все мои проблемы начались с тебя! Как ты появился, так они на меня и посыпались! А ты всё что-то решаешь! Отпусти! – Я принялась яростно вырываться.

Он обнимал сильнее и сильнее, крепче сжимал меня.

– Да прекрати, – просипел у моего уха.

Губы его мазнули по моей щеке, щетина уколола.

– Янка… Да прекрати. Всё, успокойся. Яна…

Я отворачивалась от его поцелуев, рычала и посылала его к чёрту, но он ничего не слышал. И не отпускал меня ни на сантиметр. Его пах становился всё твёрже и твёрже. Член упирался в меня, и я, поняв насколько Карим возбуждён, ударила его по плечам.

– Отстань от меня! Отстань! Обратись к своему дружку, наверняка у него много девочек! Пусть подберёт тебе новый подарок. Новогодний!

– Не нужна мне другая. – Он таки поцеловал меня за ухом.

Его дыхание обожгло, хриплый голос пробрался в разум, а сердце откликнулось непрошеной радостью.

Карим поцеловал ещё раз, прикусил мочку.

– Мне и до тебя никто не нужен был. А как ты появилась… Всё пошло по-другому. Всё, ты понимаешь?

Я закрыла глаза. Ничего не понимала: ни что там у него и как пошло, ни себя саму. Ненавидела ведь его, готова была из себя хоть кислотой выжигать. А теперь таяла в руках.

Он поцеловал меня в шею, и я со стоном запрокинула голову. Открыла глаза, дыхание опять перехватило. Я и забыла, что над нами чёрное, в светлячках-звёздах небо. Что до Нового года почти не осталось времени, и что эту ночь я собиралась просто проспать.

Карим отодвинул футболку, прижался губами к ямочке между плечом и шеей. Низ живота сладко заныл, по телу пробежали тонкие паутинки возбуждения.

– Нет, Карим.

Я всё же остановила его. Отрицательно покачала головой.

– Ничего не будет. Разберись со своими проблемами для начала.

Он взял меня выше локтей. Провёл выше и прижал к себе. Я было хотела опять оттолкнуть его и пригрозить, что если не перестанет, я уйду. Но Карим просто прижался к моей голове губами. Потом потёрся носом, втянул воздух и отпустил меня.

Посмотрел на часы.

– Пять минут осталось.

Я вытащила из кармана телефон. И правда пять. Алия так ничего и не ответила, да я и не ждала.

Карим, ничего не сказав, раздвинул дверцы. За ними стояла тележка с несколькими накрытыми блюдами и ещё одной бутылкой шампанского в ведёрке со льдом.

– Неужели ты сам способен накрыть на стол? – наигранно удивилась я.

Карим мягко улыбнулся. Переставил на стол тарелки, потом ведёрко и вернул тележку обратно за дверь.

Я ещё раз посмотрела на часы.

– Не бери с собой в новый год то, что хотела бы оставить в этом.

– Да? – спросила, не особенно желая услышать ответ. На языке вертелось что-то вроде «так, может, мне оставить тебя?».

Я пригубила шампанское,