Связанные кровью - Кора Рейли

— Иди к своей жене и дочери, — сказала она, прижимаясь к Луке, который бросил на нее тот обожающий взгляд, который редко кому доводилось видеть.

Мне не нужно было повторять дважды. Я бы остался приклеенным к Джианне, если бы у меня не сложилось впечатление, что она нуждается в руководстве со стороны Арии. В конце концов, Ария знала, как быть матерью.

Я подошел к кровати. Джианна кивнула в сторону свободного места рядом с ней, я забрался к ней в постель и обнял за плечи. Наша дочь все еще спала у нее на груди. Может, лишение сна не будет нашей проблемой. Она выглядела прелестным, незамысловатым ребенком. Я протянул руку и нежно взял ее крошечную ручку. Такая маленькая, такая уязвимая.

— Так какое у неё имя? — спросила Джианна.

Я смотрел на мягкие рыжевато-каштановые волосы нашей девочки, на ее розовые щечки, пытаясь вспомнить имена, которые мы с Джианной обсуждали.

— Изабелла.

В тот момент, когда имя слетело с моих губ, я понял, что это правильный выбор.

Джианна задумалась, потом улыбнулась.

— Мне нравится. Очень.

— Итак, Изабелла?

— Изабелла, — сказала она, затем зевнула и поморщилась.

Ария подошла к кровати.

— Почему бы тебе не положить дочь…

— Изабелла, — Джианна и я сказали одновременно.

— Изабелла, — тихо сказала Ария. — Почему бы тебе не положить Изабеллу себе на грудь, Маттео? Это даст Джианне возможность отдохнуть, а ты сможешь сблизиться со своей дочерью. Расстегни рубашку.

Мои чертовы пальцы все еще не перестали дрожать. Ария оттолкнула мои руки и расстегнула рубашку.

— Лука, твоя жена раздевает меня.

Лука бросил на меня снисходительный взгляд. Он знал, что Ария будет принадлежать ему до самого конца.

— Ох, Маттео, когда ты уже заткнешься?

Джианна застонала, но ее глаза были мягкими, когда она посмотрела на меня. Я знал, что это, вероятно, не будет длиться вечно, но видеть мягкую, более эмоциональную сторону Джианны было приятно, даже если я все еще любил ее жесткую сторону как сумасшедший.

Я одарил ее улыбкой, но она исчезла, когда Ария потянулась ко мне, чтобы поднять Изабеллу и положить ее мне на грудь. Я затаил дыхание, почувствовав маленькое тельце на своей коже. Она была такой крошечной. Я накрыл ее спинку ладонью, а другой взял за руку Джианну, которая положила голову мне на плечо.

Ария одарила нас еще одной ободряющей улыбкой, прежде чем они с Лукой вышли, оставив нас одних.

— Я все еще боюсь, — тихо призналась Джианна.

— Я тоже.

— Ты тоже?

— Да. Это новый опыт.

Она фыркнула, потом поморщилась.

— Мы пройдем через это, верно?

— Конечно. Мы есть друг у друга. И у нас есть наша семья.

Глава 11

Джианна

Когда я думала, что испугалась в больнице, это ничто по сравнению с ужасом, который я испытала, когда мы с Изабеллой отправились домой спустя два дня после родов. Маттео вел машину, а я сидела с дочерью на заднем сиденье. Она не слишком любила движение и заплакала, будто кто-то прикоснулся к ней раскаленным ножом. Я пыталась отвлечь и успокоить ее, но ничего не получалось, и ее лицо становилось все более красным.

— Хочешь, чтобы я съехал на обочину? — спросил Маттео.

— Нет, — быстро ответила я. — Просто довези нас до дома как можно быстрее.

Я помахала погремушкой перед лицом Изы, но она не обратила на это внимания, ее крошечное личико сморщилось. Мой желудок завязался узлом, и когда мы наконец въехали в наш подземный гараж, я была близка к нервному срыву.

Я вышла из машины, сделав несколько глубоких вдохов. Маттео присоединился ко мне, с озабоченным видом касаясь моей спины.

— Я в порядке, — быстро ответила я и обошла машину, чтобы поднять Изу из ее сиденья.

Как только я взяла ее на руки, она успокоилась, и румянец на ее щечках медленно исчез в пользу ее обычного розового цвета лица. Маттео вытащил наши сумки из багажника, но не спускал с нас глаз.

Мы направились к лифту, и когда двери закрылись, и я уставилась на наши отражения в настенных зеркалах, пришло осознание. Мы с Маттео прислонились к стене, пока я держала Изу на руках. Мои волосы были собраны в беспорядочный пучок, и я не была накрашена. В своих штанах для йоги и свитере я выглядела так, словно направлялась в спортзал, но в ближайшее время этого не произойдет. Теперь Иза будет постоянно привязана ко мне, маленькая тень, за которую я несу больше ответственности, чем когда-либо хотела.

Маттео встретился со мной взглядом в зеркале.

— Мне нравится видеть тебя такой.

— Потрепанной?

— С нашей дочерью.

— Посмотрим, как долго это продлится, — пробормотала я, мои гормоны снова начали разрушать меня.

Маттео обнял меня за плечи.

— Я имел в виду именно это, когда сказал, что мы вместе справимся с этим. В конце концов, это должно проникнуть и в твою упрямую головку.

Я пожала плечами, но положила голову на плечо Маттео. До сих пор он был моей опорой, и у меня не было абсолютно никаких причин жаловаться.

Лифт остановился у нашего пентхауса, и мы вышли. Вернувшись в наш дом, место, которое все еще выглядело так же, как до того, как я родила, казалось странным — как реликвия из другого времени. Нигде не было никаких детских вещей. Все это было спрятано в детской.

Каждый шаг причинял боль, и потребуется время, чтобы восстановиться. Держать на руках Изу не помогало делу. Маттео осторожно оторвал ее от меня и забрал. Она начала просыпаться, вероятно, потому, что была голодна. Я с тихим вздохом опустилась на диван. То, что я чувствовала, можно было бы подумать, что я никогда в жизни не работала. Когда Иза начала плакать, Маттео передал ее мне, чтобы я позаботилась о ней, а сам отнес наши сумки наверх.

Я гладила Изу по головке и спинке, пока она кушала. Я медленно влюблялась в нее, но полномасштабная любовь, которую описывали некоторые матери, все еще не была чем-то, что я могла понять.

Маттео неторопливо спустился по лестнице, выглядя расслабленным и непринужденным, будто мы, семья из трех человек, были чем-то, для чего он был рожден. Я, наверное, всегда была движущей силой отсутствия детей, но Маттео всегда видел только забавные аспекты. Тем не менее, он, казалось, тоже наслаждался тяжелыми первыми днями.

— Как насчет того, чтобы я приготовил что-нибудь для нас?

Мои брови взлетели вверх. Маттео обладал многими талантами, но кулинария не входила в их число.

— Как насчет того, чтобы заказать нам что-нибудь