Tanza Liz - Белая пантера

Они почти подъезжали, и Грэм смотрел по сторонам.

– Это будет тяжело, Грэм. Хоть мы и враги, но я тебе правда искренне сочувствую, – также серьезно говорила Свон. Она понимала Хантера. У нее есть Реджина, которая отвечает на ее чувства, а вот если бы не отвечала, то Эмма, наверное, также как и Грэм просто была рядом. Охраняла, оберегала, но не вмешивалась, если Миллс этого бы захотела.

– Все, приехали, – Мерседес заехал уже в открытые вороты и остановился на большой парковке для нескольких автомобилей, – снимай повязку и выходи.

Эмма сняла повязку и, как сказал Грэм, вышла из машины.

– Что встала? Или осматриваешься, запоминаешь? – оставив разговор в машине, весело спросил Грэм.

Эмма удивленно на него посмотрела и ответила:

– Больших особняков за городом полно. А дорогу с закрытыми глазами я как-то не запомнила. Не волнуйся, Волк, вас не найдут.

Хантер усмехнулся.

– Пойдем, детектив. Алекс уже ждет, – он пошел к входу в дом.

Они зашли в дом и перед глазами Свон предстал особняк изнутри. Большой холл, красивая лестница по центру помещения. Дом был отделан в одном стиле, светлые стены, черным или золотым декором. Под потолком весела хрустальная люстра, освещающая все большое помещение.

– Она, скорее всего, в кабинете, пойдем, – кивнул Грэм.

– Идем, – осматриваясь, отдаленно ответила Свон, – хорошо живете, наркобароны, – усмехнулась она.

– Не жалуемся, – он подвел ее к большой двери и постучал в нее, – проходи, – не заходя сам, он открыл дверь, пропуская Свон.

Эмма шагнула в большой кабинет. Он был отделан по-деловому богато. Большое окно, выходящее на задний такой же большой двор с бассейном, а рядом дверь, выходящая во двор. Большой кожаный черный диван у стены и остальные мелкие детали находились в кабинете, на которые Эмма и не смотрела. Она сразу обратила внимание на большой деревянный стол слева от входа в кабинет. И, конечно же, кресло, которое было повернуто спинкой к ней, но на котором явно кто-то сидел. И этим кто-то и была Черная Королева.

– Повернетесь, я вас уже видела, можете не скрываться, – усмехнулась Эмма, ближе подходя к столу, – зачем вы меня пригласили?

Глава 16

– Поговорить!

Кресло повернулось, и в нем сидела Реджина. Она смотрела на Эмму, которая менялась в лице и ничего не понимала. У Миллс сжималось сердце от осознания того, что ее любимый человек сейчас не захочет выслушать и отвергнет.

– Нет! – сердце больно екнуло, когда она увидела свою, такую родную, любимую, честную Реджину, которой всецело доверяла и знала, что она никогда не предаст, в кресле своего врага – Черной Королевы. Эмма невольно начала пятиться назад. Ей было трудно осознать, что это правда, болезненная правда.

– Эмма, я… я все объясню. Просто выслушай, – умоляла Миллс.

– Нет! Этого не может быть! – так и продолжала ступать ближе к выходу Эмма и повернулась к Миллс спиной схватившись за голову.

– Любимая, пожалуйста, выслушай, я все объясню, – Реджина встала и вышла из-за стола.

Свон продолжала так и говорить себе под нос, что этого не может быть и стоять спиной к Миллс.

– Малышка, любимая моя. Дай я все объясню, – очень медленно подходя к Свон, говорила Реджина, – я все тебе расскажу, и ты будешь делать, что хочешь. Можешь уйти, можешь остаться, можешь прямо здесь арестовать.

– Только не подходи сейчас ко мне, – прошипела Свон, тяжело дыша и осознавая, что это все правда.

– Давай ты сядешь и успокоишься. Я не буду подходить пока не позволишь, – делая шаги назад, говорила Реджина, – садись на диван.

– Какой на хрен диван Миллс?! – взорвалась Свон и резко повернулась, – Митчел. Ваше Величество. Что ты хочешь мне сказать? Что внедрилась в полицию, чтобы контролировать свой наркобизнес? Чтобы обвести и посмеяться над нами? – крикнула блондинка и вновь отвернулась и быстрыми шагами пошла на выход, но у самой двери остановилась и с силой ударила несколько раз кулаком в стену, – неужели все это правда? Как же так? – говорила себе под нос блондинка.

– Да послушай же ты меня. Я виновата, я знаю. Я представляю, что ты сейчас обо мне думаешь. И ты права, но я люблю тебя и хочу, чтобы ты меня послушала, – Миллс отвернулась от Эммы и уперевшись руками в свой стол, опустила голову.

– Представляешь? – усмехнулась блондинка и, повернувшись, посмотрела на Миллс, – ты даже не можешь себе представить, как я себя сейчас чувствую, – Эмма достала из кармана сигареты и закурила, при этом присев на пятую точку прямо на пол, прислоняясь к стене спиной. И вновь слишком быстрый переход от ярости к спокойной злобе. Эмме тяжело, безумно тяжело, но она не может уйти, хлопнуть, убежать и не останавливаться. Просто не может все бросить и покинуть любимую девушку. И пусть она Королева, пусть это сложно осознать и понять, но сейчас Свон должна быть здесь.

– Я расскажу тебе все, что пожелаешь. Я отвечу на любой твой вопрос, – закрыв глаза, говорила Реджина, – Эмма, не убегай. Останься, я умоляю, – Миллс не видела, что делает Свон.

– Зачем? – коротко спросила блондинка, глубоко затягиваясь, – подойди и, посмотрев мне в глаза, скажи, зачем?!

Миллс резко развернулась и посмотрела в такие родные и любимые серые глаза.

– Потому что я тебя люблю. Я очень тебя люблю.

Эмма несколько минут просто молча, смотрела в глаза Реджины. Она не могла больше ничего ни сказать, ни спросить. Сердце больно сжималось, и больше всего сейчас хотелось убежать и не возвращаться. Сесть на байк и улететь далеко и надолго, а лучше навсегда. Эмма согнула ноги в коленях и, закрыв глаза опустила голову, так и продолжая держать тлеющую сигарету в руке, лежащей на коленке.

– Эмма, я Реджина Александра Миллс-Митчел, глава наркокортеля «Белая пантера» по кличке Черная Королева, – начала говорить Миллс, возвращаясь опять за стол.

– Продолжай, меня это успокаивает, – не поднимая головы, горько усмехнулась Свон и, затушив бычок прямо об пол, достала еще одну сигарету, и больше не смотрела на Миллс.

– Я не обманывала тебя, как бы это смешно не звучало, но это так. Я всегда честно отвечала на твои вопросы, не увиливала и не лгала. Я две недели пыталась серьезно поговорить и рассказать тебе кто я. Но ты ловила Черную Королеву. Я не оправдываю себя, я виновата, – откинувшись на спинку кресла, говорила Миллс, – когда я пришла в участок и увидела тебя… ты изменила мою жизнь.

– Спор изменил тебя. Это был всего лишь спор, а мы в нем пешки. Да, ты не обманывала и не увиливала, ты просто скрывала факт, что ты и есть Черная Королева, – грубо сказала Эмма.

– Один раз я говорила, но ты засмеялась. Эмма, да я Черная Королева. Но скажи мне, это меня саму как-то изменило? Ты любишь меня, я люблю тебя, что меняется в наших отношениях?! Ты можешь злиться, обижаться на меня, ты можешь бросить и уйти, – закуривая, говорила брюнетка.