Ли Майклс - Озеро нашей любви

А если я вернусь в «Пенс Уитфилд», то через шесть недель сам снова превращусь в вяленую рыбу. У Алекс голова пошла кругом.

– Но ведь прошлой ночью вы говорили, что у нас все получится.

– Да, у нас может все получиться, – жестко ответил Кейн. – Но лишь в том случае, если вы останетесь здесь. Тогда милости просим.

Алекс нервно сцепила руки, пытаясь унять дрожь. Все ее мечты и планы развеивались словно дым. Он говорил, что она нужна ему, и она, Алекс, поверила в то, что это может быть правдой… И он действительно оказывал ей знаки внимания, но лишь пока ее действия соответствовали его намерениям…

– Я думала, что вы согласитесь на компромисс, – резко возразила девушка. – Но, оказывается, вы полагали, что я разделю вашу позицию? Так, Кейн?

– Я никогда не делал секрета из своей позиции, Алекс. Вы предпочли обманываться на мой счет, но это уже ваша проблема.

Она взвилась, не в силах более сдерживаться.

– Но ведь мы могли бы получить все, Кейн. Больше времени для нас обоих и для каждого из нас в отдельности, более свободное рабочее расписание. Короче – все, о чем я вам говорила. В «Пенс Уитфилд» примут все условия.

– Да, на какое-то время.

– Не бойтесь подвоха. Они так жаждут вашего возвращения, что дадут и мне все, что я только пожелаю.

Кейн обернулся к девушке и окатил ее ледяным взглядом.

– За то, что вы доставили им нужный товар, меня.

Алекс закусила губу. Он был так жесток, так холоден. Она никогда не слышала у него такого голоса. А как он на нее посмотрел…

– Должен признать, что Невил Морган выбрал прекрасную приманку, – спокойно сказал Кейн.

Алекс моргнула. Что он такое говорит? По его тону можно понять, что это вовсе не комплимент.

– Что?..

– Не прикидывайтесь невинной овечкой, Алекс. Как вы думаете, почему они послали ко мне именно вас? Не кого-нибудь из моей команды, кто имел бы какое-либо отношение к той области, в которой я был таким незаменимым специалистом. Вы ведь совсем не в курсе всех тонкостей в моей сфере деятельности.

Алекс судорожно глотнула воздух.

– Они направили меня к вам потому, что у меня была деловая командировка в Дулут.

Но Кейн мотнул головой.

– Вас послали по иной причине – просто Невил Морган подумал, что, увидев вас, я позабуду обо всем на свете, включая и юриспруденцию, – закончил Кейн резко, почти грубо. – Потрудитесь передать ему, что наживка была очень привлекательной. Но к его несчастью, я не слишком глубоко ее заглотнул, чтобы накрепко попасть на крючок.

Алекс казалось, что на нее обрушилась целая гора, чтобы разом раздавить, сломать ее, причем самым кошмарным и болезненным образом.

Она – наживка! Так, значит, всякий раз, когда Кейн смотрел на нее, то видел перед собой всего лишь лакомый кусочек, заботливо поднесенный к его рту. Деликатес, которым можно насладиться так, как он сделал это вчера ночью. Или выбросить вон без всяких сожалений.

Но ведь он, правда, равнодушно бросил ей, что Алекс может быть с ним, но только в том случае, если не вернется в Миннеаполис. И он признал, что находит ее привлекательной. Но ее мечты простирались гораздо дальше – начиная от вероятности, что она сможет стать его лучшим другом, и кончая возможным замужеством…

Но рыба не может влюбиться в червяка, насаженного на крючок, вернула себя на землю Алекс. А она как раз и была тем червяком. Да, Невил Морган оказался на высоте и выбрал наживку так, чтобы жертва обязательно на нее клюнула. Он обдуманно поступил, послав ее, Алекс. Так поступает опытный рыболов, закидывающий именно ту наживку, на которую может клюнуть осторожная и вкусная форель.

И она выполнила все в точности так, как Невил Морган и предполагал. Включая и то, что вчера ночью она забралась к Кейну в постель.

А ведь ей и в голову не пришло, что ею манипулируют. Не поняла она этого даже тогда, когда Невил Морган упомянул о своей дочери, которую готов был держать взаперти, только бы добиться поставленной цели. Но это же прямо относилось и к ней, Алекс.

Она с горечью сказала:

– Будьте осторожны, Кейн. Может статься, что я не единственная муха в банке у Невила Моргана. Он говорил, что если вы захотите жениться на его дочери, то он будет держать ее на хлебе и воде, пока та не согласится.

С этими словами Алекс повернулась на каблучках и пошла наверх по лестнице, стараясь держаться с достоинством. Однако не слишком в этом преуспела и ругала себя почем зря, хватая одежду и швыряя ее куда попало. Ну зачем ей понадобилось заводить опять этот разговор? Вот и получилось так, словно она и в самом деле принимала сознательно участие в этой афере.

Но какой был у нее выбор? – продолжала мучительно размышлять девушка. Что лучше – выглядеть расчетливой хищницей или круглой дурой? Дурой, которая приняла обычное сексуальное влечение за любовь и позволила себе размечтаться о том, как они рука об руку пойдут по жизни…

Однако понятие Кейна о любви явно отличалось от того, что понимала под этим Алекс. Он определенно дал понять, что будет счастлив видеть ее рядом, но лишь в том случае, если все будет так, как он хочет.

И в то же время в глубине ее души не остыла крохотная искорка надежды, что Кейн ждет внизу, когда она выйдет. Что он за это время мог успокоиться, все еще раз хорошо обдумать и пересмотреть свое отрицательное отношение к компромиссу.

Но Кейна на кухне не было. На плите шипела яичница и грозила вот-вот подгореть. Алекс выключила плиту и сняла сковородку.

На улице девушка уловила какое-то движение. Подойдя к окну, Алекс увидела Кейна, взобравшегося на волнолом и всматривающегося в даль озера. А еще она заметила, как Кейн размахнулся и бросил что-то в воду. Мгновение она озадаченно смотрела на воду, затем почему-то вспомнила о красном агате, что Кейн принес ей с берега. О том самом камушке, который он искал специально для Алекс. Символ их близости прошлой ночью. Алекс оставила его на уголке кухонного стола, а сейчас Кейн бросил его туда, откуда принес. Снова это озеро, озеро, которое важнее всего…

Алекс тяжело вздохнула. Стараясь производить как можно меньше шума, она забралась в свою машину и уехала. И проплакала всю дорогу до Дома для гостей, куда направилась, чтобы взять свои вещи.

На этот раз ей не составило труда выехать из Дулута. Она наконец призналась себе, что в этом маленьком городишке на самом деле не так уж трудно найти дорогу. Как-то Кейн сказал ей, что Дулут представляет угрозу для ее душевного спокойствия.

Тогда она не поняла, что он имел в виду. Но сейчас истина открылась ей. Кейн считал, что город и образ жизни в нем пришлись Алекс не по душе именно из-за своей привлекательности. Потому что Дулут бросал вызов ее преданности «Пенс Уитфилд», ее стремлению к карьере в фирме. Поэтому Кейн и рассматривал ее способность без конца теряться в маленьком городке как подсознательную защитную реакцию, как нежелание отвечать на какие-то вопросы.