Kim Pritekel - Outcome (ИСХОД) 2

– Никогда со мной такого не было. Я… – она вздохнула, и мне быстро стало ясно, что больше она ничего не скажет.

– Я думаю, нам нужно поговорить, – сказала я.

Она кивнула и слабо улыбнулась мне:

– Но не в бальных платьях. Я найду тебе что-нибудь переодеться.

Она прерывисто вздохнула, шагнула назад, на мгновение прикрыла глаза и пошла наверх. Я проводила ее взглядом и отвернулась.

Я услышала, как перестали поскрипывать ступеньки, и почувствовала на себе ее взгляд. Я обернулась. Она стояла на середине лестницы и смотрела на меня. Какое-то время мы просто глядели друг другу в глаза. Хейли улыбнулась мне самой искренней улыбкой, и я улыбнулась в ответ. Потом она резко повернулась и взбежала наверх.

Через несколько минут переодевшаяся Хейли спустилась вниз и бросила мне спортивные штаны и футболку. Я пошла в ванную и с удовольствием содрала с себя платье, сняла украшения, смыла с лица макияж, переоделась и почувствовала себя человеком.

Когда я вернулась в комнату, Хейли сидела на диване, поджав ноги, со стаканом апельсинового сока в руках. Банка «Доктора Пеппера» дожидалась меня на журнальном столике. Я улыбнулась и подошла к дивану.

Хейли недобро глянула на меня, когда я уселась на другом конце дивана.

– Иди сюда, – она похлопала по подушке между нами. Я передвинулась, благодарная ей за приглашение. Она глубоко вдохнула и поставила сок на столик.

– Я думаю, нам нужно о многом поговорить. И о том, что было, и о том, что есть.

– Думаю, самое время, – улыбнулась я.

Я потянулась за газировкой, вскрыла жестянку, нервно отпила глоток и вернула банку на столик.

– С чего начнем?

– Как насчет вернуться на тринадцать лет назад? – предложила я.

Она согласно кивнула.

– Что с нами случилось, Хейли?

Она прерывисто вздохнула и покачала головой:

– Я не знаю.

– Чем для тебя стал тот уикенд?

Она опустила голову и некоторе время смотрела на собственные пальцы, нервно перебирая ими, пока, наконец, не подняла глаза на меня.

– Честно говоря, тогда я подумала, что это для меня что-то вроде эксперимента. Позже я сообразила, что это было что-то гораздо большее. Энди, почему ты перестала со мной разговаривать?

Ее глаза были полны давней обиды.

– Я боялась, что ты оттолкнешь меня, Хейли. Думаю, что я не могла тебе полностью довериться. Для меня ты все еще была одной из них. Врагом. Чужаком. Черт, я правда так думала в тот момент. Я решила, что ты закончила свое хождение в народ, если можно это так назвать, достаточно наобщалась с низшим сословием, и покончила с этим. Покончила со мной.

– Как ты можешь так говорить? Что я сделала, чтобы заставить тебя такое подумать? У меня и в мыслях не было! Ни на секундочку!

– Мне было всего семнадцать лет. Это единственное оправдание, которое приходит мне в голову.

– Знаешь, сколько раз я пыталась заговорить с тобой? До последнего дня перед моим выпускным. Помнишь? Когда нас всех запихали в спортзал?

Я кивнула. Еще бы мне не помнить!

– Я тебя отшила.

– Да, отшила, и я до сих пор не понимаю, почему. Господи, это так долго не давало мне покоя. Я думала, ты ненавидишь меня, ненавидишь то, что мы натворили.

Я только улыбнулась.

– Ты знаешь, что я влюбилась в тебя еще в девятом классе?

Она ошеломленно посмотрела на меня:

– Я и представления не имела.

– Конечно, нет. Да и я тоже. У меня не было названия для этого чувства, но я знала, что хочу быть рядом с тобой, видеть тебя, слышать, как ты разговариваешь. Ох, как мне нравился твой голос, – я улыбнулась, вспоминая. – До сих пор нравится, кстати говоря.

Она положила руку мне на колено.

– Я помню тот день, когда в первый раз увидела тебя. Я сидела в библиотеке, и вот явилась ты, ее величество Хейли, черт, я чуть не рехнулась с перепугу. Я тебя до смерти боялась тогда.

– Ты? Меня? – она изумленно прижала руку к груди. – Господи, Энди, да это же ты была той, кого надо бояться! Симпатичная, пугающе умная девушка, полная загадка для всех. Я хочу сказать, никто о тебе ничего не знал, кроме того, что когда требовались ум и знания, и ты открывала рот, все остальные могли заткнуться и идти лесом. Это я тебя до смерти боялась сначала.

– Правда, что ли? – рассмеялась я.

– Господи, да.

– А дальше?

– Дальше я узнала тебя, настоящую тебя, а не ту фальшивую личину, которую ты демонстрировала всем остальным. Ты стала привлекать меня, привлекать, как личность. Ты так отличалась от всех, кого я знала. Ни до, ни после я не встречала таких, как ты. Все-таки, мне помогала в учебе лучшая ученица школы. (В оригинале – Valedictorian – лучший ученик класса или параллели, которому поручают произнести прощальную речь на выпускном от имени всех учеников – прим. пер.)

Я улыбалась, поглощенная воспоминаниями.

– Ты хоть раз вспоминала обо мне, когда уехала из Винстона? – я начала играться завязкой от штанов.

– Мне очень понравилась твоя речь на выпускном.

Я вскинула голову. Когда до меня дошел смысл ее слов, в глазах у меня защипало, а комок в горле, который было совсем исчез, вернулся, как там и был.

– Ты? Ты была на моем выпускном? – спросила я, и голос мой был не громче шепота.

Она кивнула.

– Я видела всю церемонию от начала и до конца. Я так гордилась тобой, тем, что ты, наконец-то, получила признание, которого заслуживала, – она улыбнулась и сжала мое колено. – Я очень гордилась тобой, Энди.

Я опустила голову, пытаясь совладать с собой. Сделав несколько глубоких вдохов, я смогла произнести без дрожи в голосе:

– Почему ты не позвонила? – я посмотрела на нее, больше не сдерживая давнюю боль.

– Я думала, ты не захочешь меня видеть.

– Знаешь, весь свой последний год в Винстоне я все время думала о тебе, прокручивала в голове тот наш уикенд… а потом я решила, что как только я уеду из города, я оставлю все воспоминания позади.

– Так паршиво было, да? – негромко спросила она и опустила голову.

– Хейли, я была совсем девчонкой, которая при этом сама себя боялась. Тут нет ничьей вины. Мы обе сыграли свои роли и справлялись с последствиями, как могли. Я решила не заморачиваться и сделать вид, что ничего не было. Ты знаешь, что я полностью вытеснила все произошедшее из памяти? И больше десяти лет я ничего не помнила, пока ты не вернулась, и прошлым летом мне не приснился сон. Я тогда проснулась в поту и поняла, что заново пережила все, что было между нами тогда в маминой спальне. Так ко мне все вернулось.

– Что нам теперь делать? – тихо спросила она. – Я знаю, что никогда и ни к кому я не испытывала таких чувств, какие я испытывала тогда к тебе. Черт, да кого я обманываю? До сих пор испытываю. Я не знаю, что мне с этим делать, Энди.