Наследник для чемпиона (СИ) - Тодорова Елена

— Не устала? — спрашивает меня без конца.

— Нет, — неизменно отвечаю я.

— Скажешь, если захочешь уйти.

— Не захочу.

— Жаль, — бессовестно подытоживает Тимур.

— Медведь!

Пытаюсь его укорить, но получается так себе. Мне слишком смешно, чтобы звучать строго.

— Ты очень красивая, Полина, — с хулиганской ухмылкой разводит руками.

К сожалению, наша свадьба — это далеко не финальная точка всех испытаний. И все-таки я позволяю себе поверить, что она, вполне вероятно, действительно может стать началом безграничного счастья.

С наступлением темноты на пляже становится еще красивее — блеск океана, желтые фонари и миллионы звезд над головой. Гуляем до глубокой ночи. Даже Миша с маленьким Борисом никак уговорам не поддаются. Танцуют и веселятся вместе со всеми. Это хорошо, потому что, судя по взглядам, которыми обмениваются Катя — мама мальчика — и наш Балык, после всеобщего отбоя они рассчитывают не просто спать.

Столько любви вокруг, она буквально витает в воздухе!

— А холостых среди нас становится все меньше, — с улыбкой отмечает Саша. — Аравины на очереди. А потом… Может, и мы? — подмигивает Диане.

Похоже, никто, кроме меня, не в курсе, что у них давно все спланировано на лето. Восхищаюсь тому, как Саня подобрал момент. Под хорошее настроение всем заходит. Ребята целуются, а мы поддерживаем их восторженными и радостными восклицаниями.

Расул Муртазанович хмыкает и тихонько смеется.

— Н-да… Такого тренировочного лагеря у нас еще не было.

К своему изумлению, ловлю его задумчивый взгляд на своей маме. Не успеваю обработать посыл, Миша тянет нас с Тимуром танцевать.

— Идите за мной, родители. Сегодня я вас завеселю!

И ему это удается. Так устаю, что Тихомиров остается без законной брачной ночи. А учитывая перерыв, который мы по его же настоянию сделали после положительных тестов, для Медведя это более чем трудно. Не знаю, спал ли он сам… Перед рассветом будит меня со словами:

— Полина, я тебя хочу. Я хочу свою жену. Тихомировой я тебя еще не трахал.

— Ух, Боже… Начинай…

43

Птичка

— Доня! Все!

Не донеся до уха сережку, оборачиваюсь к двери. Мама, не прекращая пыхтеть и попеременно хихикать, тормозит примерно в центре нашей с Тихомировым спальни. Прикладывая ладонь к груди, пытается отдышаться.

— Что все?

— Я решила проблему с Ингой!

Зная маму, это заявление не на шутку тревожит.

— Какую проблему? Что ты учудила?

— Раз нельзя от нее избавиться… В общем, я нашла ей мужика. Не благодари!

— Какого мужика, мам? — шокированно выдыхаю я. — Мама? Боже, что ты творишь?

— Я приметила, что Денису она нравится. Ну, и взялась за дело. В течение некоторого времени писала ей от него сообщения. А потом… Ой, подожди… — снова прижимает ладонь в груди. — Дай отдышаться.

— Ты писала Инге от имени Дениса, я правильно понимаю?

— Да. И она начала ему отвечать… Такие глупости вываливала, аха-ха… Но не суть. То, что Инга испорченная девица, было видно сразу. Интрига в другом!

— В чем же? — медленно закипаю я. — Ты понимаешь, что вмешиваешься в чужую жизнь? Так нельзя!

— Я, между прочим, эту подборку для вас с Тихомировым готовила. Прилетела, а вы и без меня уже шуры-муры устроили, — довольно смеется, не видя в своих проделках ничего крамольного. — Не пропадать же добру!

— «Подборку»? Это ты в России сочиняла сообщения, которые собиралась отправлять мне здесь от Тимура?

— Ну!

— Мама! Знаешь что… — вдыхая, пытаюсь сдержать эмоции. — Выйди сейчас, пожалуйста.

— Да подожди, — отмахивается, как обычно, не замечая проблем и моего приближающегося нервного срыва. — Ну, доня! Все же хорошо получилось, ну! Не прошло и получаса, Инга с Денисом устроили в кладовке секс!

— В какой кладовке? — ошарашено пялюсь. — Подожди, подожди… Ты их там закрыла, что ли?!

— Об этом я тебе и пытаюсь сказать!

— Мама!!! — выкрикиваю и срываюсь с места.

Безумная родительница, конечно же, за мной. Но пока мы достигаем первого этажа, раскрасневшиеся и слегка взлохмаченные Инга с Денисом уже оказываются освобожденными.

— Мамочка! Представляешь, я няню спас! — с восторгом оповещает Миша. — Ну, и Дениса, — добавляет с ощутимо меньшим энтузиазмом.

— Наверное, замок заклинило, — смущенно отзывается мужчина.

— А вот и нет, — мотает головой сын. — Просто в ручке застряла эта штука, — демонстрирует всем большую отвертку.

— Получается… — медленно соображает Инга. — Кто-то сделал это намеренно? — не скрывая потрясения, оглядывает всех присутствующих. — Зачем?

Я краснею, словно являюсь истинной виновницей случившегося. Зато мама стоит рядом и имеет наглость беззаботно улыбаться.

Ситуацию спасает появление Тимура. У него, очевидно, только закончилась тренировка, и он спешит в спальню, чтобы принять душ.

— Ты уже готова? — обращается ко мне с вопросом.

— Да, готова.

— Отлично. Я тогда быстро моюсь, одеваюсь, и едем.

— А я? — громко восклицает Миша. — Я с вами хочу!

Мы с Тихомировым растерянно переглядываемся. Сыну о грядущем прибавлении еще не сообщали и, честно говоря, даже не обговаривали, когда это лучше сделать.

— Пожалуйста, — упрашивает малыш.

— Хорошо, — сдается Тимур. Иногда мне кажется, что он попросту не умеет ему отказывать. — Думаю, тебе тоже будет интересно, — говорит это Мише и переводит взгляд на меня. — Ты как? Не против?

— Разве я теперь могу запретить? — вздыхаю, прежде чем строго посмотреть на сына. — Быстро умываться и переодеваться, медвежонок! Опаздывать нельзя.

— Бомба! — на лестнице опережает отца.

— А я? — подает голос родительница, когда мы с ней остаемся вдвоем.

— Мама! Не начинай, пожалуйста.

Инга с Денисом как-то незаметно слиняли. Очевидно, приводить себя в порядок бросились. Потому что приличным их вид не могла бы назвать даже я.

— Ладно… Жду тогда снимков, — заявляет мама. — Кстати, в моей группе все в восторге от ваших с Тихомировым фотографий с поединка этого второго парня… Ну, который… Волк который…

— Аравин, — подсказываю машинально.

— Аравин, да! Спасибо! А свадебные фото так вообще произвели настоящий фурор!

— Уйди, пожалуйста!

— Иду! Мне как раз срочно нужно кое-что записать. Я очень близка к эпилогу… Господи… Сама не верю… — бормочет на ходу.

Меньше часа спустя мы втроем — я, Тимур и Миша — пытаемся в небольшом черном овале на экране разглядеть ребенка.

— Вы точно там, где надо, смотрите? — хмурится Тихомиров.

А у меня вырывается нервный смешок. Сама же так волнуюсь, аж потряхивает, будто от холода.

— Да, конечно, — смеется вместе со мной доктор. — Вот и сердечко уже бьется.

— А я вижу! — с восторгом сообщает Миша. — Голову! И ручки! Вот ручки немножечко кривоватые… Ну, ничего! А ноги у него будут?

— Конечно, будут!

В три голоса хохочем, только Тимур еще сосредоточеннее вглядывается в экран.

— Все нормально, папочка! Семь недель у вашей девочки.

Медведь как-то враз бледнеет и выглядит при этом чересчур умилительно взволнованным.

— Девочки? Там уже видно даже это?

— Нет, — смеется доктор. — Девочка — ваша жена. А кто в животике у нее — пока сюрприз. Только после тринадцати-четырнадцати недель узнаем, кого вы там поселили.

— Я хочу брата! Двух братьев!

— Пока один пузожитель.

— А может появиться еще? — снова хмурится Тихомиров.

— Месяцев через десять вполне может, — говорит доктор. Но Медведь сегодня абсолютно не понимает юмора. И она продолжает его троллить. — Если постараетесь и нового подселите.

— А… — доходит до мужа. — Нет. Полина против, — бурчит он.

— Так вы хорошо попросите.

Тимур переводит взгляд на мое лицо и со всей серьезностью спрашивает:

— Будем третьего делать?

— Боже, Медведь, — смущаясь, заикаюсь я. — Подожди… Дай этого родить.