Барбара Картленд - Искательница приключений

Едва они оказались на тротуаре, со стороны Керзон-стрит появился высокий фаэтон, запряженный гнедыми, которыми правил грум маркиза.

— Что ты собираешься делать? — спросила Друзилла.

Она старалась говорить спокойно, но голос ее дрожал.

— Я не собираюсь из-за Юстаса откладывать поездку в Линч, — гневно произнес маркиз. — Черт бы его побрал со всеми его выходками! Мы не можем во второй раз отменять намеченные торжества!

— А нельзя ли поехать другой дорогой? — поинтересовалась Друзилла.

— Можно, но мы будем добираться гораздо дольше, — ответил маркиз.

Он взглянул на нее, и в первый раз Друзилле показалось, что выражение его лица смягчилось.

— Ты не слишком устала, чтобы ехать верхом? — спросил он.

Она воспрянула духом, словно от глотка шампанского.

— Конечно, нет! — воскликнула она. — Экипаж ждет нас в «Короне и Перьях». Мы можем отправиться прямо туда, и никто в Линче не узнает о том, что произошло.

— Тогда так мы и сделаем, — сказал маркиз. — Надо полагать, ты захочешь переодеться в костюм для верховой езды.

— Я надеюсь, что в Линч-Хаусе найдется какая-нибудь амазонка, — ответила Друзилла, — хотя я не уверена.

— Ну что ж, тогда нам следует отправиться туда и выяснить это, — сказал маркиз, помогая ей взобраться в фаэтон.

Он отдал распоряжение груму, чтобы тот пересел на лошадь Друзиллы. Друзиллу не удивило, что, когда они подъехали к дому на Беркли-сквер, мажордом уже поджидал их на мостовой. Очевидно, он догадался, что они приедут вместе.

Маркиз не дал ему возможности произнести ни слова.

— Срочно подайте обед и прикажите оседлать двух лучших лошадей из моей конюшни. Ее светлость поедет на одной, а я на другой.

— Слушаюсь, милорд.

Друзилла стала подниматься по лестнице. Она слышала, как мажордом велел одному из лакеев найти экономку и передать ей, что ее светлость нуждается в ее услугах. Друзилла поднялась в комнату, в которой спала прошлую ночь.

Она чувствовала, что пистолет, лежащий в ящике шкафчика, был ей словно немым укором.

Но потом она подумала, что если бы она не оттолкнула маркиза от себя, если бы они уехали в Линч утром, как планировали, то сейчас Вальдо был бы уже мертв. Юстас убил бы его и стал бы новым маркизом Линчем.

«Я спасла его, — сказала она себе, — я снова спасла его».

И вдруг совершенно отчетливо она услышала смех Юстаса. Это был дикий, безумный смех человека, убежденного в том, что рано или поздно он добьется своего. Ей показалось, что его голос прозвучал прямо у нее над ухом:

— В третий раз мне повезет!

Глава 9

Друзилла вошла в гостиную, отлично сознавая, что она выглядит восхитительно. Как она и надеялась, Роза оставила костюм для верховой езды на Беркли-сквер. Он предназначался исключительно для прогулок в Гайд-Парке, и был слишком модным и экстравагантным, чтобы носить его в деревне. Друзилла еще ни разу не надевала его, и сейчас, оглядев себя в зеркале, она пришла к выводу, что амазонка идет ей больше всех остальных ее туалетов. Плотно облегающий жакет из светло-зеленого бархата был отделан тесьмой более темного оттенка и застегивался на крохотные пуговки, сделанные из сверкающих зеленых камешков. В руке Друзилла несла шляпу с высокой тульей и длинной газовой вуалью того же цвета, что и костюм.

С легкой улыбкой на губах она вошла в комнату, надеясь увидеть восхищение в глазах маркиза. Но тут же она вспомнила покоившуюся на кружевных подушках головку, хорошенькое капризное личико, обрамленное белокурыми локонами, и обнаженные плечи, выглядывавшие из-под простыни. Решительно выкинув из головы это воспоминание, она направилась к стоявшему возле камина маркизу. Даже не взглянув на нее, он вытащил из жилетного кармана часы и отрывисто произнес:

— Нам нужно выехать как можно раньше. Я не хочу снова заставлять ждать встречающих.

«Он очень сердит!» — с тоской подумала Друзилла. Ей слишком хорошо были знакомы эти резкие интонации и его манера сжимать губы, когда он был чем-то раздражен, и она совсем пала духом. Всю дорогу до Лондона она так беспокоилась о его безопасности, что совершенно забыла о том, как он был зол накануне вечером.

«Надо сказать ему, что все это недоразумение произошло из-за перстня», — подумала она

Но она знала, что, пытаясь объяснить это, она попадет в очень неловкое положение, как сможет она признаться, что прочитала записку герцогини, которая была предназначена лишь для его глаз? Она помнила, в какое раздражение пришел маркиз, когда она в прошлый раз перехватила письмо, считая, что оно от герцогини, а на самом деле это была первая попытка убийства со стороны Юстаса.

— Будь любезна, позволь мне самому решать свои проблемы, — сказал он ей тогда, и она чувствовала, что он будет недоволен, узнав, что она снова вмешалась в его дела.

— Но мне как-то надо дать ему понять, что я сожалею о случившемся, — размышляла Друзилла, направляясь в столовую.

— Я приказал подать легкую закуску, и мы должны покончить с едой как можно быстрее, — сказал он тоном, не терпящим возражений.

Она подумала, что, должно быть, таким же тоном во время войны он отдавал приказы своим солдатам.

— Да, конечно, — кротко ответила она.

Она села за стол и принялась за еду, почувствовав неожиданно, что очень голодна. После долгого утомительного путешествия она с аппетитом ела все, что ей предлагали. Маркиз же, напротив, лишь уныло ковырял кусочек студня и отказывался от всех блюд, которые подносил ему лакей, как будто его тошнило от одного вида еды.

Она взглянула на синяки у него под глазами и подумала, что он, по всей видимости, славно повеселился в свою первую брачную ночь, как и обещал. Ей очень хотелось спросить у него, где он был и что делал, но она тут же мысленно обругала себя за глупость. Было совершенно очевидно, с кем он провел эту ночь. Она была поражена, что при мысли об этом ее пронзила внезапная боль, как будто ей вонзили кинжал в сердце.

Обед прошел в полном молчании. Друзилла собралась было попробовать одну из великолепных огромных груш, которые были выращены в теплицах Линча, но маркиз уже поднялся из-за стола.

— Сожалею, что вынужден причинить тебе неудобство, но я полагаю, нам лучше незамедлительно отправиться в путь, — сказал он сухо.

— Да, конечно, — согласилась Друзилла.

Чтобы не заставлять его ждать, она не стала подниматься к себе наверх, а надела шляпу перед одним из зеркал, стоявших в холле, попутно отметив, что горничная, заменявшая Розу в ее отсутствие, очень умело уложила ей волосы, так что прическа навряд ли пострадает даже от самой быстрой езды.