Алекс Вуд - Бриллианты твоих глаз

Ввиду последних событий, в обычно таком спокойном Аркрофт-Хаузе царила суматоха, поэтому Мэгги никто не заметил. Добежать до гаража, который находился недалеко от конюшни, тоже не составило труда. Девушка распахнула дверь, которая никогда не закрывалась на ключ, и чуть помедлила на пороге. Она никак не могла решиться совершить последний бесчестный поступок, который полностью уничтожит надежду на счастье с Берти...

Ты и так мерзкая воровка в его глазах, сурово сказала она себе. Преступлением меньше, преступлением больше. Какая разница? Если не на его автомобиле, то каким образом ты выберешься из этой глуши? Небольшое усилие, и мадам Ламож встретит тебя с распростертыми объятиями.

Мысль о наставнице не принесла Мэгги желанного облегчения. Ведь она и ее подвела...

Девушка горько усмехнулась. Вот уж действительно она оказалась меж двух огней. Как угодить обоим людям, которые так много значат в твоей жизни? Похоже, она не только не смогла угодить, но умудрилась причинить неудобства и тому, и другому. Видимо, мадам Ламож все-таки ошиблась, когда посчитала ее достойной. На самом деле ее место в дешевом прокуренном баре, среди пьяниц и неудачников...

Руки Мэгги бессильно опустились, глаза наполнились слезами. Ей стало жаль себя. Перед глазами мелькали кадры из ее прошлой жизни, и в глубине души девушка знала, что ни за что не вернется к ней. Но что еще она умеет делать? Мадам Ламож не простит ей неудачи и прогонит, и Мэгги ничего не останется, как возвратиться туда, откуда она пришла. Где нет ни добра, ни справедливости, ни красоты. Ни любви...

При мысли о любви слезы потекли из глаз девушки. Что значат все ее предыдущие потери по сравнению с этой? Оказывается, раньше она лишь играла в любовь, не зная на самом деле, что это такое. Бертрам открыл ей неизведанный мир, помог познать собственную душу. Но как раз его она и должна была лишиться...

Много времени провела так Мэгги, бредя наяву, путая прошлое и настоящее. Утомление неожиданно сказалось на ней, и девушка не могла пошевелить ни рукой, ни ногой. Она стояла рядом с роскошной машиной Бертрама Аркрофта и медлила...

— Изабель, слава Богу, ты еще здесь! — В дверном проеме внезапно возник Берти. Мэгги на мгновение, показалось, что это всего лишь плод ее фантазии, но он разубедил ее, подойдя ближе и заключив ее в объятия.

— Я так боялся, что ты уже покинула меня, — нежно прошептал он.

Лишь ощутив на щеке его горячее дыхание, Мэгги очнулась. И хотя чувствовать его рядом было блаженством, она начала вырываться.

— Оставьте меня, я должна уехать.

— Но почему? Неужели Кэтрин солгала мне?

Мэгги замерла, потрясенная внезапной догадкой. Поведение Берти очень легко объяснимо. Пока она тут размышляла о прошлом и будущем, он поговорил с Кэтрин, и та передала ему ее слова, так как была уверена, что Мэгги давным-давно покинула замок. Неужели теперь ей самой придется резать по живому и говорить Берти, что она никогда не сможет быть рядом с ним?

— Кэтрин сказала правду, — монотонно произнесла Мэгги и опустила глаза, не в силах выносить его счастливый взгляд.

— Но тогда почему ты хочешь уехать? Неужели Джеймс настолько напугал тебя, что ты по-прежнему не веришь мне?

— Дело не в легенде и не в Джеймсе! — в отчаянии выкрикнула Мэгги. Как найти слова, чтобы рассказать ему о том, что все это время она предавала его, что она появилась здесь лишь ради алмазов...

— Берти, я должна признаться, — решительно начала она. — Прошу только, не презирай меня очень сильно. Все, что касается моих чувств к тебе, — правда, зато остальное в моей жизни ложь. Меня зовут не Изабель Алмеду...

Девушка набралась храбрости и посмотрела Берти в лицо. Он ласково улыбался и ни капли не казался удивленным.

— Я все знаю, мисс Грин, — шутливо произнес он. — Так получилось, что я нечаянно услышал ваш последний разговор с Кэтрин. Он чрезвычайно насторожил меня, и, после того как я проводил бабушку в ее комнату, я разыскал Кэтрин и допросил со всей строгостью.

— Но ведь она обещала мне ничего не говорить, — простонала Мэгги, сгорая от стыда.

— Я сумел убедить ее, — просто сказал Берти. — Я объяснил ей, что люблю тебя больше жизни и что без тебя мое существование потеряет всякий смысл.

— А она? — робко спросила Мэгги.

— Она решила открыть мне глаза, — расхохотался Берти. — И рассказала, что маленькая авантюристка Мэгги Грин втерлась ко мне в доверие, чтобы завладеть нашей фамильной гордостью, алмазами Кента.

Мэгги крепко зажмурилась. Страшные слова произнесены. Но почему не гремит гром, почему земля не разверзается, чтобы поглотить грешницу?

— Не скрою, рассказ Кэтрин впечатлил меня, — серьезно произнес Берти, по-прежнему обнимая Мэгги. — Но из этого же рассказа я узнал о том, что несостоявшаяся воровка раскаялась и приняла решение начать новую жизнь...

Мэгги всхлипнула и прижалась к Берти.

— И еще я понял, что сердце Изабель, как, наверное, и сердце Мэгги, мое и только мое. Я не ошибся?

— Нет, — прошептала девушка. — Теперь ты все знаешь, Бертрам, и я могу прямо сказать, что люблю тебя. Как отчаянно я желала стать Изабель Алмеду на самом деле, чтобы прожить с тобой всю жизнь... Но Мэгги Грин была обязана отстраниться от тебя, чтобы следовать своими темными тропами...

— Но почему, любовь моя? — воскликнул Берти со смехом. — Неужели Мэгги Грин откажется от моего предложения точно так же, как и Изабель Алмеду? Какая разница, как называешь ты себя сейчас, если ты скоро станешь миссис Аркрофт?

— Берти... — Мэгги не могла поверить собственным ушам. — Ты предлагаешь мне стать твоей женой? Ведь я собиралась украсть твои алмазы. Как Джеймс... Это моими инструментами он воспользовался сегодня...

— Я был бы счастлив преподнести тебе эти бриллианты в качестве свадебного подарка, Мэгги.

Берти был как никогда серьезен. Когда он услышал разговор Кэтрин и той, кого он называл про себя «моя Изабель», он понял, что еще не все секреты раскрыты. Кэтрин не желала сообщать ему ничего, но Бертрам Аркрофт всегда умел настоять на своем. Правда о Мэгги поразила его совсем не так сильно, как этого следовало ожидать. Внимательно выслушав Кэтрин, он вынес для себя лишь одно: что девушка, ради которой он готов пожертвовать жизнью, любит его. Что значат по сравнению с этим все алмазы мира? Ничего, и, раз Мэгги решила начать все с нуля, он был готов помочь ей. О чем Берти не замедлил сообщить Кэтрин...

— Но ведь это невозможно, Берти, — только и сумела выговорить Мэгги, когда Бертрам подробно изложил ей суть своей беседы с Кэтрин Уильяме и выводы, которые он сделал.

— В любви нет ничего невозможного, Мэгги. К тому же не забывай о легенде...