Мэри Симмонс - Забыть невозможно

— У меня было много времени для размышлений, — резко сказал он. — Когда эти три дня воскресли в моей памяти, я мечтал об одном, чтобы они… никогда не кончались, длились вечно… Я хотел… остаться, но так боялся, что это ничего для тебя не значит, что… даже не знаю… потеряю ли тебя теперь.

Виктория больше не могла слышать боль, звучавшую в его словах, не могла видеть вздрагивающий подбородок, слезы на гладко выбритом лице.

— Норман… — дрожа, прошептала она.

— Когда я встретил тебя в тот день в полицейском участке, ты посмотрела на меня так, словно я был… кем-то другим, кого ты даже не знаешь. Я подумал, что умру.

— И я тоже, — прошептала Виктория. Пусть он повернется и увидит: он не ошибся, она любила его не только те три дня, но и теперь.

— Иногда, — молвил он, и по голосу можно было догадаться, как изранена его душа, — судьба дает человеку второй шанс… второй шанс, чтобы полюбить. И еще один шанс, чтобы стать тем, кем хочешь.

— И этот человек был бы просто глупцом, если бы не использовал его, — сказала Виктория и взяла Нормана за руку. Он вздрогнул от прикосновения.

— Ты действительно так думаешь, Виктория? Ты имеешь в виду именно это?

— Да, — выдохнула она.

Он повернулся и посмотрел на Викторию. Его глаза были полны желания, а сердце — совершенно беззащитно. Его протянутые руки дрожали, но уже не от страха и отчаяния, а от любви и надежды.

Он медленно и очень нежно заключил Викторию в объятия, прикоснувшись губами к ее виску. Ее руки обвили его за талию, притянув как можно ближе. Их губы встретились, и поток сдерживаемого прежде страстного желания властно захватил обоих.

Перемежая слова любви оправданиями, Норман сорвал с них обоих одежду. Так и стояли они, ничем не скованные и открытые друг другу.

— Я люблю тебя, Виктория Генри, — сказал он, закрывая глаза и прижимая ее теснее к своему телу.

Он все тот же, подумала Виктория.

Запах его нового одеколона смешивался с ее собственным запахом, создавая неповторимый аромат. Каждой своей частичкой это был ее Норман. Вскоре между ними не осталось ни вопросов, ни ответов, ни сомнений, ни обещаний. Виктория поняла, что рядом с Норманом, с его любовью сбудутся все ее желания и мечты, и эта любовь станет прекраснейшей реальностью.

— Расскажи мне о своей книге, — позднее попросил Норман. Он нежно держал Викторию в объятиях и играл ее волосами, взлохмачивая, а потом приглаживая их, укладывая прядь за прядью вдоль щеки и шеи.

— Она о тебе, — ответила Виктория блаженным и сонным голосом.

— Ты дашь мне ее почитать? Виктория замотала головой.

— Не сейчас. Сейчас мне слишком хорошо. Но я покажу тебе вот это…

Виктория не проронила ни слова, пока Норман читал страницу. Когда он закончил, то сжал кулаки и вздохнул.

— Пожалуйста, Виктория, прочитай вслух.

Ей вовсе не нужно было видеть эти слова. Они жили в ее душе.

— Посвящается Норману Генри, который навсегда останется любящим мужем, пусть только в моем сердце. Это он открыл мне истину. Где бы ты ни был, Норман, знай, что я люблю тебя, и буду любить всегда.

— Посмотри на меня, Виктория, — попросил Норман.

Она повернула голову, но не смогла разглядеть его сквозь туман слез. Он смахнул их своей ладонью.

— Я люблю тебя, — сказал он, — с первого романа Генри. Когда я был ранен, ты спасла мне жизнь и рассудок, отдав всю себя. Не думай, что я не знаю, как много это значит.

Его руки скользнули к ее плечам.

— Ты назвала меня «любящим мужем». Не хочешь ли узнать, что такое брак с настоящим Норманом Генри?

Виктория поднесла руки к его щекам и почувствовала, что они влажны от слез. Притянув голову Нормана, она подарила ему долгий поцелуй.

— Да, Норман, — прошептала она. — О, да. Ты же знаешь, я не могу без тебя жить.

Он радостно усмехнулся и прижал ее к себе, покачивая из стороны в сторону.

— Над чем ты смеешься? — спросила Виктория, тоже улыбаясь. Время страданий кончилось. Настала пора жить и наслаждаться его объятиями.

— Кажется, я обещал тебе медовый месяц.

— Действительно, — согласилась Виктория, чувствуя, что ее сердце вот-вот разорвется от блаженства.

— И, кажется, говорил, что он продлится годы. Она легонько шлепнула его.

— Ты забыл, как сказал, что это случится скоро?

— О да, теперь вспомнил.

Своим поцелуем и таким знакомым прикосновением рук он дал понять, что многое помнит и под сенью этих воспоминаний они проведут долгую и счастливую жизнь.

Внимание!

Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.

После ознакомления с содержанием данной книги, Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.

Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.