Жаклин Топаз - Будь счастлив в любви

— Сумасшедший дом, — сказал Алекс. — Если будем стоять на месте, нам переломают ребра.

Патти отыскала взглядом сестру Анну, и они стали пробираться друг к другу.

— Теперь я знаю, как чувствуют себя сардины в банке, — здороваясь с монахиней, пошутил Алекс.

Сестра Анна тепло приветствовала их и поздравила Патти с назначением.

— Я так обрадовалась, когда Фрэнк сказал мне… — Шум стоял такой, что от серьезной беседы пришлось отказаться.

Постепенно привыкая к хаосу, Патти и Алекс помахали членам совета, прочим знакомым и поздоровались с Нуньесами. А затем зазвучала «Кукарача» рядом с Патти выросла Роза и схватила ее за руку.

— Пойдемте! — сказала девушка, увлекая Патти за собой.

Каким-то образом. Розе удалось заставить людей расступиться и освободить пространство в центре комнаты.

— За мной! — крикнула она и пустилась в пляс, втягивая вкруг других девушек.

Испанская часть публики поддерживала их криками «оле!». Смеющаяся, раскрасневшаяся Патти по примеру Розы скинула туфли и, помахивая подолом юбки, закончила танец замысловатым коленцем.

Вспыхнули аплодисменты, и Патти, тяжело дыша, надела туфли.

— Ну, Роза, это было здорово!

— Что ж, для «англо» неплохо, — снисходительно похвалила ее девушка.

Увидев торопившегося навстречу Алекса, Патти смутилась. Не осрамила ли она его перед коллегами?

— Откуда в тебе столько энергии? — спросил Алекс, стараясь перекричать шум.

— От печеных устриц и сыра со специями, — ответила Патти. — А еще от маринованной селедки.

— Фу, какая гадость! — засмеялся он.

Откуда-то появились Айрин и Пол и принялись расхваливать танец Патти. Через полчаса обе пары очутились в ближайшем кафе — неказистом заведении, пропитанном запахами мексиканской кухни. Картину дополнял дремавший в углу пес диковинной желтой масти.

— Зря я не пришел сюда в сомбреро, — сказал Пол.

— Замечательная вечеринка! — вставила Айрин. — Знаете, мы ведь тоже испанцы, только сильно англизированные. Я и мечтать не могла о такой фиесте!

— Только не вздумай пригласить к нам в дом двести пятьдесят человек! — пригрозил ей Пол.

— Похоже, я многое потерял. Я ведь вырос в Новой Англии среди людей, возводящих свою родословную к прибывшим на «Мэйфлауэре»[13],— задумчиво промолвил Алекс.

Только тут Патти сообразила, что он не сказал о ее танце ни одного худого слова. Наоборот, Алекс вел себя так, словно искренне восхищался непосредственностью и непринужденностью собравшегося у Нуньесов общества.

Когда дождь слегка утих, они поехали домой по мокрой мостовой, в которой отражались огни фонарей. Было хорошо очутиться в тихом домике Патти и лежать вдвоем в двуспальной кровати. Она казалась теплым коконом, оазисом в холодной ночи.

Молодые люди проснулись в объятиях друг друга. Нежные прикосновения Алекса воспламенили Патти.

— Я люблю тебя, — прошептала она.

Алекс в ответ поцеловал ее в грудь.

— Ты моя вечная любовь, — еле слышно проговорил он, подняв глаза. Губы Алекса нашли ее губы; его ласки становились все более настойчивыми.

Патти задыхалась, не в силах бороться с пронзавшим тело желанием.

И вдруг он отстранился и спокойно улегся рядом, хотя у обоих гулко билось сердце.

— Алекс… не останавливайся! — взмолилась она.

— Ты так и не сказала, что выйдешь за меня, — коварно напомнил он.

— Я… — Патти вздрогнула и поняла, что все ее опасения исчезли. Как будто за эту ночь растаял айсберг. Вечеринка у Нуньесов… танец… смеющийся Алекс…

— Да, — сказала она. — Я выйду за тебя. — Патти попыталась снова привлечь Алекса к себе, но тот вывернулся.

— Когда?

— Завтра. На следующей неделе. Мне все равно.

— Где?

— Алекс!

— Я хочу полной ясности.

Патти досадливо вздохнула.

— Как насчет озера Тахо? Не нужно возиться с гостями, угощением и всей этой ерундой…

— Издеваешься? — приподнялся на локте Алекс.

При виде его широкой груди в Патти вновь проснулось желание; она провела пальцами по завиткам волос. — Я всегда думал, что моя свадьба пройдет по всем правилам и о ней узнает весь город.

— Пожалуйста, поговорим об этом позже, попросила она.

— Ни в коем случае. Я хочу венчания в церкви, цветов, хора певчих, органа и грандиозного пира…

— Теперь ты издеваешься! — простонала Патти.

Она лизнула Алекса в ухо, но тот предпочел не отвечать.

— Если хочешь, я могу взять это на себя, — предложил он. — От тебя потребуется только надеть платье и выйти из дому.

— Прекрасно. Можешь побороться за эту честь с моей матерью. Она будет счастлива увидеть в тебе единомышленника.

Алекс широко улыбнулся.

— Здорово! А ты не передумаешь?

— Алекс!

Он фыркнул, прильнул к ней, — возобновил свои страстные ласки и продолжал их, пока Патти не почувствовала, что готова расплавиться, а затем объятия сменились яростными движениями в такт безумно колотящемуся сердцу и криком наслаждения.

— О моя любовь, — прошептал Алекс, прижавшись губами к ее уху. — Моя невеста. Моя жена.

Это слово звучало чудесно. А потом они испекли пирог с корицей и наполнили бокалы яблочным сидром, поскольку шампанского у нее в буфете не нашлось.

— Наверно, надо позвонить родителям — сказала Патти.

— Отличная мысль, — Алекс отвел ее в гостиную и сел на диван.

Патти набрала номер. Раздались гудки, и она с трепетом услышала голос матери.

— Алло?

— Мама? Это Патти.

— Ох! — воскликнула мать. — Эдгар! Это Патти!

Спустя мгновение отец взял параллельную трубку.

— Здравствуй, моя радость!

— Я хотела сообщить, что мы с Алексом решили пожениться.

На мгновение в трубке воцарилось молчание…

— Чудесно! — наконец сказала мать. — Я так рада за тебя! Когда свадьба?

— День мы еще не назначили, но скоро, — ответила Патти. — Конечно, мы хотим, чтобы вы приехали.

— Он прекрасный молодой человек, — промолвил отец.

— Хочешь поговорить с ним? — Она передала трубку Алексу, который сказал несколько слов, принял поздравления и пообещал беречь Патти.

Когда она снова включилась в разговор, мать пробормотала:

— Патти, я хотела тебе кое-что сказать…

— Да, мама, — нерешительно ответила она и принялась ждать.

— Эдгар говорит, я тебя обидела, сказав что-то о твоем платье. Во время юбилея, — пояснила Сесилия. — Милая, я так замоталась с этими гостями, что ничего не помню. Но я хочу, чтобы ты знала: я ужасно обрадовалась твоему приезду и тому, что ты так замечательно выглядишь. И даже если на свою свадьбу ты наденешь мешок из-под картошки — клянусь, я не скажу ни слова! Хотя, если говорить честно, я бы с удовольствием помогла тебе принять гостей…