Бетти Монт - Рецепт от одиночества

– Но кто говорит о визите? Ты с детьми переезжаешь жить ко мне.

– Жить к тебе?

Сердце Фэй бешено забилось. Она боялась верить его словам, смысл которых истолковала по-своему.

Джеральд с улыбкой повернулся к ней, всем своим видом показывая, что ее мысли для него не секрет.

– В твоей небольшой квартире для двух детей места не больше, чем в домике Дорин. А в моем доме места сколько угодно, и что еще важнее, у меня большой сад. Дети могут часами играть на воздухе. Им представится прекрасная возможность побегать и растратить избыточную энергию.

Ошеломительно! Внезапно севшим голосом Фэй сказала:

– Ты очень добр, Джеральд, и, конечно, спорить нечего – моя квартира не очень вместительна, а детям будет прекрасно играть в саду. Но пойми, двое резвых малышей внесут в твою жизнь много беспокойства. Ты подумал об этом?

– Я люблю маленьких. И всегда любил, – ответил Джеральд, продолжая улыбаться.

– Но…

– Не спорь, – строго сказал не терпящий возражений мужчина, притормозив у запертых чугунных ворот с искусным орнаментом. Он открыл ворота, высадил пассажиров и загнал машину в гараж.

Детей на руках внесли в дом. Сонные, раскрасневшиеся, они испуганно озирались.

– Это не бабушкин дом, – с недовольным видом заявил Рой.

Крошка Фэй, раскрыв рот, уставилась на бабушку, потом бросилась к ней.

– Это мой дом, – объяснил Джеральд. – Вы немножко поживете у меня. Бабушка тоже будет жить здесь, – успокоил он малышей.

В это время во дворе послышался лай, детские глазенки округлились от неожиданности.

– Собаки! – взволнованно воскликнула маленькая Фэй, оглядываясь по сторонам. – Собаки, бабуся. Они лают.

– У вас есть собаки? – с надеждой спросил Рой, и хозяин кивнул.

– Есть, две большие и две маленькие…

– Собаки-детки? – загорелись глаза малышки.

– Щенки, – снисходительно поправил сестру Рой.

– Да, щенята лабрадора, – сказал Джеральд. – Они живут в своем домике, но я им разрешу приходить и играть с вами после ужина, пока не придет время спать. – Он взглянул на бабушку Фэй. – А ты не хочешь сходить с ребятами наверх и показать, где будет их спальня? Я отнесу наверх складную кроватку и установлю ее. Пока ты постелишь малышке, я принесу детские вещи. Искупай детей, переодень в пижамы. Тем временем я позабочусь об ужине для них…

Прошло два часа. Фэй отправилась укладывать детей, а Джеральд вывел из дома лабрадоров. Следы их присутствия в помещении были заметны: на полу валялись обрывки газет, на кресле осталась собачья галета, а на мягком светлом ковре, где дети играли со щенками, лежал мячик. Четвероногих и обнимали, и хватали так, что те катались, как шарики, не устояв на слабых ножках, и лаяли. Детский безудержный смех был наградой бабушке и хозяину дома.

Там и сям Фэй находила антрацитовую шерсть взрослых собак. Они вели себя чинно, были добродушны и лишь с беспокойством следили, как дети бурно ласкали щенят. А те неистово крутили хвостами и взвизгивали, стараясь лизнуть маленьких человечков в лицо.

Собачье семейство безусловно покорило детей. Они легли спать в радостном настроении, получив обещание Джеральда, что завтра снова смогут играть с новыми друзьями.

Наспех прибрав в комнатах, хозяин и гостья совершенно без сил уселись в гостиной напротив горящего камина.

Фэй строго взглянула на Джеральда.

– Ты уверен, что выдержишь наше присутствие в течение многих недель? Ты берешь на себя большую ответственность.

Свет в комнате они выключили. За окном давно стемнело, и лишь отблески огня из камина плясали на потолке. Джеральд повернулся к Фэй. Багровый свет и тени вылепили странную маску на его лице.

Поднявшись с кресла, он подошел к обитому парчовой тканью дивану, где прикорнула Фэй. Она выжидающе следила за ним. Рот вдруг пересох, сердце забилось, заставляя ее задыхаться.

Он сел на диван рядом с ней.

– Я не собираюсь уклоняться от ответственности, Фэй.

– Неужели, дорогой? – спросила она взволнованно.

Джеральд ответил улыбкой, погладив ладонью щеку женщины.

– Да, с тех пор, как умерла Джулия, я увиливал от всего, что могло побудить меня чувствовать ответственность за другое человеческое существо. Мне необходимо было пожить с ощущением свободы. Казалось, эта свобода нужна мне навсегда, но пришлось все-таки осознать, каким пустым, одиноким оказался мой мир. Слишком долго я позволял себе плыть по течению. Я боялся признать, что, любя женщину, почти потерял ее.

Зеленые глаза Фэй притягивали его, как магнит. Лицо Джеральда оставалось сумрачным.

– Однако же не потерял, нет?

– Может быть, – ответила та.

Фэй не могла даже представить себе, что было бы, если бы он не вернулся к ней.

– По-настоящему я понял, как много ты значишь для меня, когда начались твои встречи с Сильвером. – Джеральд смотрел на Фэй со смущенной, стыдливой улыбкой. – А ты хотела дать мне это почувствовать, не так ли? Ты ведь просто использовала Сильвера, чтобы преподать мне урок. Он сам никогда ничего для тебя не значил.

Фэй нахмурилась.

– Я не использовала Дениса Сильвера! Он приглашал меня проводить время вместе, и я принимала его приглашения, но мы оставались просто друзьями. Ни с его, ни с моей стороны никогда не было стремления к чему-то большему. В общем, не может быть и речи о том, что я заигрывала с Денисом.

– А по-моему, он по-настоящему влюблен в тебя, – резко бросил Джеральд.

Фэй покачала головой.

– Я ему нравлюсь, может быть. Но мы ни разу не переступили границу дружеских отношений. Не исключаю, что могли бы зайти и дальше, если бы наши с тобой отношения были иными. Мне он очень приятен, но между симпатией и любовью, мой дорогой, дистанция огромного размера.

– Надеюсь, он согласится и впредь на роль друга, но не больше. – Едва разжимая губы, Джеральд выдавливал из себя мучительные слова. – Я не хочу снова видеть тебя с ним наедине, Фэй. Что бы между вами ни было, теперь этому конец. Сильвер должен признать это.

– Денис – прекрасный человек. Конечно, он все поймет, – сказала Фэй неуверенно.

Впрочем, она надеялась, что так и будет. Она же не давала никаких обещаний, скорее наоборот. С первых минут знакомства оба были откровенны. Денис не может сказать, будто она лгала ему или что-то скрывала.

– Тем лучше для него, – заключил Джеральд.

Он обвил рукой Фэй, привлекая ее к себе.

– Я люблю тебя. Ты пойдешь за меня замуж, Фэй?

Уступая властному объятию, она позволила себе нежно и горячо прильнуть к любимому.

– Ты не обязан жениться на мне, – пробормотала Фэй, полушутя, полусерьезно. – Мы просто можем жить вместе. Теперь обходятся и без вступления в брак. Возраст не позволяет нам иметь детей, поэтому у нас свобода выбора. Никого особенно не волнует, женаты мы или нет.