Энн Вулф - Мисс хочет приключений?

— Как я тебе в роли опозоренной невесты с запятнанной репутацией? — Сонда подняла на Хэтти красные от слез глаза и сделала жалкую попытку улыбнуться.

— Мне — нормально. Ты хочешь сказать, как ты — ему? На этот счет можешь не переживать, он ведь знал об этом. Так что инцидент в церкви в шок его едва ли поверг. Разве ты не догадалась, кто этот загадочный мистер Детектив?

— Догадалась, — всхлипнула Сонда. — Только что это меняет? Если бы он хотел меня видеть, то уже был бы здесь… И вообще, почему нельзя было рассказать мне правду? Он опозорил меня перед всем городом, Хэтти!

— Он спас тебя от позора стать женой Эрика, дурочка… Почему не сказал? Этим занималась полиция, которой, наверное, совершенно не хотелось, чтобы ты оповестила Эрика раньше времени.

Сонда положила голову на руки и застыла. После всех этих событий она чувствовала себя пережеванной и выплюнутой гигантской мясорубкой. Заставить все части своей души собраться воедино ей не удавалось, они разлетелись по закоулкам тела и не подавали признаков жизни.

— Ты так и будешь киснуть или займешься чем-нибудь дельным? — Хэтти хотела растормошить подругу, но ее попытки пока не были успешными.

— Чем, например? Пойти и напиться в «Шарминг плэйс»?

— Лучше напиться в «Шарминг плэйс», чем сидеть дома и жалеть себя…

— Знаешь, за что я тебе благодарна? — Сонда обняла подругу и положила голову ей на плечо.

— Ну и?

— Ты не говоришь: «я же тебя предупреждала»…

Приехать к Кэрри было не лучшей идеей Хэтти. Сонда поняла это сразу, как только увидела роскошную полногрудую шатенку на пороге его дома. Естественно, в одиночестве он не остался, чего и следовало ожидать. Сонда сникла, последние проблески надежды на счастливый финал погасли. Ей хотелось стать маленькой и совсем-совсем незаметной, так, чтобы Кэрри никогда не узнал о ее приходе. Но отступать было поздно — ее уже заметили и насаживали, как на шампур, на испытующий взгляд.

— Я хотела поговорить с Кэрри… — робко начала она.

— Он в душе. — Оказывается, шатенка умела дружелюбно улыбаться.

— Тогда в другой раз… — У Сонды не было настроения играть роковую соперницу. К тому же все было ясно и без слов. — Извините.

— Да подождите же, я позову его.

Шатенка с удивившей Сонду прытью побежала в дом, оставив гостью стоять перед распахнутой дверью.

Наверное, она такая же ненормальная, как Кэрри, решила Сонда. Другая бы воспользовалась ситуацией и отделалась от соперницы… Что ж, в любом случае она не собирается мешать этой парочке строить отношения. Если она вынесла роль опозоренной невесты, это еще не значит, что она готова к роли третьего лишнего.

Сонда спустилась по ступенькам и пошла к воротам. Боль ушла и внутри сквозняком гуляла пустота. Если бы душу можно было положить в морозилку и оставить там до лучших дней, Сонда именно так бы и поступила. Но морозильных камер для человеческих душ еще не придумали. К огромному сожалению Сонды… Да и потом, кто знает, может, лучшие дни никогда и не наступят…

— Сонда!

Его голос отточенным ножом полоснул по нервам. Иди, не оборачивайся. Если обернешься, может быть еще хуже. Сонда продолжала идти, хотя в ушах все еще стоял его крик.

— Сонда!

Мокрые и сильные руки схватили ее и прижали к не менее мокрому и сильному телу. Она взглянула в его темные, счастливые глаза и попыталась понять, как он может обнимать ее, когда за спиной та, другая…

— Пусти!

Она попыталась вырваться, но руки Кэрри крепко сжимали ее в объятиях. Кажется, на этот раз он не собирался так легко сдаваться. Сонда выглянула из-за плеча Кэрри: шатенка, стоящая на ступеньках, почему-то улыбалась, глядя на них.

Наверное, я сошла с ума, мелькнуло в ее голове. Или Кэрри сошел с ума. Или эта шатенка ненормальная… Происходящее напоминало странный сон, и Сонде казалось, что она вот-вот должна проснуться.

Кэрри поймал ее взгляд, устремленный на пышную шатенку.

— Моя сестра из Мичигана. Приехала меня навестить. Кстати, я ей о тебе рассказывал…

Сестра… Сонда спрятала лицо, уткнувшись в его обнаженную грудь. Господи, ну конечно… Они ведь так похожи…

Кэрри осторожно поднял ее на руки, заглянул в мокрое от воды и слез лицо.

— Хотел прийти к тебе чистым, в костюме и с цветами. Кажется, так делают предложение приличным девушкам… Кстати, ты все еще не веришь в прочность брака по любви?

Она не подозревала, что счастье может быть таким неожиданным и огромным… Она не знала, что такое, когда внутри разгорается тысяча ярких огней и кажется, что они никогда не погаснут… Она никогда не думала, что однажды откроет глаза и увидит сумасшедший, прекрасный мир любви… И Кэрри намеревался показать ей каждый уголок этого мира.

«Милая Хэтти, если бы ты хотя бы могла себе представить, как это прекрасно — путешествовать… Ты, наверное, удивишься, но мы с Кэрри решили провести медовый месяц на Тасмании, потому что очередному заказчику понадобился «тасманский дьявол» — зверек редкий, но безобидный, несмотря на угрожающее название.

Ты спрашиваешь меня, не будет ли наше путешествие таким же безумным, как та поездка на Мадагаскар, и я, честно говоря, не знаю, что тебе ответить. Потому что каждый день с Кэрри — сюрприз, и мне это нравится.

Не могу тебе назвать и точной даты возвращения, потому что мы до сих пор не выбрались из австралийской Долины Баросса. Слишком уж мне нравится и ассортимент, и качество местных вин. Обещаю отправить тебе и маме пару бутылочек, чтобы вы не скучали. Кстати, пришла ли Дайан в себя после нашего внезапного отъезда?

Передавай привет брату. Вина, конечно, я ему не пришлю, но на что-нибудь другое он вполне может рассчитывать. Кстати, Хэтти, как ты относишься к домашним коалам?

Ну все, дорогая. Прощаюсь, потому что Кэрри кружит вокруг меня, как птица, и говорит, что мы опаздываем на ужин. Он обещал устроить мне какой-то сюрприз, и я до сих пор не знаю, где и чем мы будем ужинать. Извини, если письмо показалось тебе коротким и скомканным. Пожалуй, именно таким оно и является… Просто я настолько увлечена и своим мужем, и путешествием, что, к своему стыду, совершенно забываю обо всем на свете. Но надеюсь, ты меня понимаешь… Тем более, Дайан писала мне, что у тебя кто-то появился… Не скучай… Целую. Твоя Сонда».