Сьюзен Барри - Ковер грез

— Он и не хотел сообщать вам, — заметила миссис Беннет. — Наверное, ему лучше. Сам он заявляет, что с ним все в полном порядке, но выглядит он гораздо хуже, чем прежде. И совсем не заботится о своем здоровье. Правда, и раньше он не любил собой заниматься, но теперь это переходит всякие границы. Тем более, что его вдруг оставил слуга — поехал зачем-то за границу!.. Теперь за ним и присмотреть толком некому. Конечно, в поместье все совсем не так.

— О! — воскликнула Пита, живо представив себе эту картину. — Значит, там никого нет?..

— Приходит какая-то женщина днем — делать уборку, но, насколько я знаю, еду она ему не готовит.

Пита подошла к телефону и стала набирать номер такси.

— Вы ведь вернетесь, мисс Пита? — с беспокойством спросила Бенни. — Вы не уедете опять во Флоренцию, мы не расстанемся с вами снова?

— Нет, миссис Беннет, — улыбнулась девушка. — Как бы там ни было, я обязательно приеду и мы еще увидимся!

В Лондоне она вернулась в свой номер и, прежде чем лечь спать, поглядела в окно. Она увидела только крыши соседних домов и над ними — звезды, которые после ярких итальянских звезд казались ей очень тусклыми. Но те же самые звезды светили и Джеффри Вентворту! И утром она увидится с ним! А если утром не получится, они встретятся днем. А если и днем он будет занят, она подождет до вечера. Но так или иначе, завтра они увидятся!

Глава 20

Лестница оказалась крутой и пыльной, однако ее поддерживали в хорошем состоянии, как, впрочем, и все здание. Здесь царил дух старины. Солидные дубовые двери были по большей части закрыты, за одним или двумя исключениями. На нужной Пите приоткрытой двери висела табличка с именем Джеффри Вентворта. Девушка хотела было войти, но решила сначала постучать. Было три часа дня, время, когда большинство людей предпочитают уединиться. Если же дверь приоткрыта, значит, в кабинете кто-то есть. Когда она заходила сюда в первый раз, незадолго до полудня, дверь была заперта.

— Это вы, миссис Бригс? — услышала Пита знакомый голос, и у нее перехватило дыхание. Она замерла на месте, снова услышала оклик из-за двери: — Входите, миссис Бригс. Не стойте там. — Голос прозвучал очень сухо, и Пита различила знакомые саркастические нотки. — Я знаю, что сегодня утром вы потеряли ключ, но я вас не съем!

Пита дрожащей рукой отворила дверь и увидела маленькую переднюю. На полу, устланном ковром пурпурного цвета, стоял столик с серебряным подносом, очевидно для писем, а также вешалка, на которой висело два или три плаща. Под вешалкой же она заметила складное сиденье, трость и зонт. Дверь в следующую за приемной комнату была открыта.

— Закройте дверь, миссис Бригс, иначе опять будет сквозняк! — Теперь в голосе Вентворта слышалось раздражение.

Пита подчинилась и медленно, нерешительно миновала переднюю. Комната, в которой она оказалась, была то ли гостиной, то ли столовой и гостиной одновременно. Отделкой ей служили темные дубовые панели; так же как и в передней, здесь стояла добротная мебель, множество книг, правда, все было в пыли. Даже огонь в очаге горел не очень хорошо, потому что решетку не очистили от старого пепла.

Джеффри Вентворт развалился в кресле и, казалось, угрюмо смотрел в окно на платан.

Он показался ей бледным — по контрасту с темной мебелью в комнате, с пурпурным цветом ковра на полу и такими же пурпурными оконными шторами или потому, что лишился загара, приобретенного в Италии. Пита также сразу заметила, что он исхудал: черты его лица стали более резкими, нос заострился, взгляд и вовсе помрачнел и стал тусклым.

Пита какое-то мгновение стояла в дверях, потом вдруг Джеффри повернулся и, увидев ее, воскликнул:

— Пита!

Он тотчас встал и уставился на нее так, будто считал видением, которое вот-вот рассеется. Поняв это, Пита тут же двинулась к нему.

— О, Джеффри, мне так жаль, что вы заболели! — сказала она.

Теперь девушка стояла всего на расстоянии фута от Вентворта, и он мог ощутить аромат духов, которыми она обычно пользовалась, ее дыхание. Она застыла перед ним, тонкая и хрупкая, в элегантном сером костюме и маленькой шляпке, цвет которой так шел к ее фиалковым глазам, и во взгляде ее читалась искренняя радость от того, что они снова встретились. Губы ее вдруг дрогнули.

— Кто вам сказал, что я болел? — недовольно поинтересовался Джеффри.

— Миссис Беннет. Вчера я виделась с нею, и она сказала мне, что вы здесь. Но я… я просила ее не сообщать вам, что я снова в Англии. Мне хотелось прежде увидеться с вами.

— Зачем?

— Потому что я… Я точно не знаю зачем…

— По крайней мере, вы хотели видеть меня?

— Да.

— Что же, неплохо. — Ей показалось, что Вентворт произнес последние слова не только резко, но и насмешливо. — А я-то вас принял за миссис Бригс, дневную прислугу, которая пришла без предупреждения, внезапно. Вам было любопытно на меня взглянуть?

— Мне хотелось вас увидеть, — ответила Пита почти шепотом. — И я очень беспокоилась… — Она огляделась. — Но отчего же миссис Бригс еще нет? Она ведь делает здесь уборку? Между тем здесь довольно пыльно.

— Вот как? — Он невесело усмехнулся. — Пожалуй, к пыли я привык, а вот когда разные там миссис Бригс поднимают вокруг меня шум пылесосами и вообще мешают, вместо того чтобы оставить в покое, терпеть не могу. Сегодня утром она потеряла свой ключ, а я не впустил ее, потому и решил, что это она вернулась проверить, не изменилось ли мое настроение.

— А оно изменилось? — тихо спросила Пита.

Он слегка пожал плечами:

— Я решил с ней помириться, а потому оставил дверь открытой. — Тут только он обратил внимание, что девушка все еще стоит, придвинул ей кресло и предложил сесть с легким поклоном. — Прошу вас садиться, мисс Вентворт. С этим визитом я, кажется, совсем забыл о своих манерах.

Пита приняла его предложение неохотно, потому что в этом кресле только что сидел он сам.

— Но ведь это ваше кресло! — воскликнула она, снова с беспокойством оглядев Джеффри. Он явно стал другим, и не только с виду. Что-то изменилось в нем самом. — Лучше сидите сами.

Она настойчиво отказывалась, но он усадил ее в кресло чуть ли не силой.

— Не глупите! Как бы не было велико ваше женское сочувствие, вызванное моим видом, я на самом деле не болен! — Он достал портсигар и предложил ей закурить. — Не странно ли, что каждый из нас сразу же бросился навещать другого при первом же сообщении о его болезни? — Пита покраснела, испытав неловкость, а Вентворт продолжал: — Не сомневаюсь, что вчера, при вашей встрече с миссис Беннет, она нарисовала страшную картину моего состояния и потому вы столь стремительно прибыли в Лондон. Но позвольте узнать, отчего вы, собственно, приехали в «Грейледиз»?