Развод. Больше тебя не жду - Анна Измайлова

материал, а вы же хотите, чтобы всё прослужило вам долго?

– Звучит логично, – кивнула я, но всё ещё не до конца понимала, как это всё будет выглядеть.

Михаил, стоявший рядом, немного наклонился ко мне, чтобы тоже взглянуть на схему.

– Натяжные потолки – отличное решение, – сказал он, показывая пальцем. – Они долговечны и просты в уходе. А в вашей гостиной с большими окнами они добавят эффект пространства.

– А если вдруг соседи зальют? – спросила я, всё ещё сомневаясь.

– Не переживайте, – улыбнулся Михаил. – Натяжные потолки выдержат даже серьёзный потоп. Вода просто соберётся в одном месте, и её можно будет слить без ущерба.

Я кивнула, чувствуя, как сомнения начинают отступать.

– А стены? – уточнила я. – Почему краска лучше обоев?

Ирина подключилась:

– Обои красивы, но их сложно чистить. Краска же моющаяся, особенно если у вас маленький ребёнок. И что-то обновить – проще простого.

Михаил снова вмешался:

– Особенно если Ксюша вдруг решит попробовать себя в качестве художника, – пошутил он.

Дошли до полов. Эмиль показал несколько вариантов ламината и линолеума, но Михаил сразу взял инициативу.

– Ламинат, – сказал он уверенно. – Да, дороже, но это инвестиция в качество. Линолеум быстро приходит в негодность, особенно если в доме ребёнок. Ламинат красивее и надёжнее.

Я провела рукой по образцу: гладкая поверхность, приятная текстура.

– Ламинат, – кивнула я, чувствуя, что начинаю доверять каждому их слову.

Мы ходили по складу ещё час, обсуждая мелочи: цвет краски, фактуру потолков, даже ручки для шкафчиков. Михаил оказался настоящим экспертом.

– Всё выбрано, – наконец сказал Эмиль, закрывая свой блокнот. – Закажем прямо сейчас. Доставка займёт пару дней. А пока подумайте о мебели.

– Спасибо вам огромное, – выдохнула я, чувствуя невероятное облегчение.

Когда мы вышли из склада, Михаил остановился у своей машины и обернулся ко мне. Его лицо было спокойным, но в глазах читалось лёгкое удовлетворение.

– Ну что, довольны?

Посмотрела на него, чувствуя, как внутри поднимается странное тепло.

– Очень, – ответила я искренне. – Спасибо вам. Без вашей помощи я бы никогда не справилась.

Михаил улыбнулся, открывая дверь машины.

– Садись, я тебя подвезу, – предложил Михаил, открывая пассажирскую дверь.

– Ой, не стоит, – я замялась, уже делая шаг назад. – Я могу сама, на транспорте…

– Алёна, – его голос прозвучал мягко, но настойчиво. – Ты устала. Да и мне несложно. Пожалуйста, садись.

Не стала спорить. На самом деле, перспектива быстро добраться домой в комфорте показалась мне слишком заманчивой. Я села в машину, чувствуя лёгкое напряжение. Михаил сел за руль, завёл двигатель и бросил на меня короткий взгляд.

– Устраивайся поудобнее, – сказал он с лёгкой улыбкой.

Мы тронулись. Машина шла плавно, салон был уютным, с приятным запахом дорогого парфюма. Я заметила, как рука Михаила уверенно лежит на руле. Его профиль выглядел спокойным, сосредоточенным. Это было странно… я раньше никогда не обращала внимания на такие мелочи. Видимо с утра была слишком сонной и не обращала внимание на мужчину.

– Сегодня был продуктивный день, – сказал он, нарушив тишину.

– Очень, – согласилась я, чуть повернувшись к нему. – Спасибо вам за всё это. Я… не знаю, как вас отблагодарить.

– Это не обязательно, – ответил он спокойно, не отрывая взгляда от дороги. – Главное, чтобы у тебя всё получилось.

Мы разговорились. Михаил задавал вопросы о Ксюше, о том, как я справляюсь с работой и домашними делами. Его интерес был искренним, и я вдруг поймала себя на мысли, что мне нравится говорить с ним.

Когда мы подъехали к моему дому, он припарковался и заглушил двигатель.

– Ну вот, приехали, – сказал он, разворачиваясь ко мне.

– Спасибо, Михаил, – я улыбнулась, собираясь открыть дверь, но он вдруг протянул руку, чтобы открыть её за меня.

– Позволь, – сказал он, выходя из машины.

Я слегка растерялась. Это было так… правильно. Настоящее проявление внимания, к которому я уже давно не привыкла. Михаил обошёл машину, открыл мою дверь и помог мне выйти, протянув руку. Его ладонь была тёплой, а прикосновение заставило моё сердце странно сжаться.

– Спасибо, – тихо повторила я, встретив его взгляд.

Михаил посмотрел на окна дома, потом снова перевёл взгляд на меня. В его глазах мелькнула какая-то тёплая искра.

– Хороший жилищный комплекс, – сказал он.

На несколько секунд между нами повисло молчание. В воздухе ощущалось что-то неопределённое, но глубокое. Михаил чуть приподнял уголки губ, глядя на меня.

– Ладно, не буду задерживать тебя, – сказал он, но его голос звучал немного медленнее, чем обычно.

– Ещё раз благодарю, – сказала я, чувствуя, что сама не хочу, чтобы этот момент заканчивался.

Я сделала шаг назад, но Михаил вдруг наклонился и поправил воротник моего пальто, который оказался немного подвернут.

– Извини, – произнёс он тихо, его пальцы на мгновение коснулись моей шеи.

От этого прикосновения по моему телу пробежала лёгкая дрожь. Я подняла на него взгляд, и наши глаза встретились. В его взгляде было что-то, от чего у меня перехватило дыхание. Секунда длилась вечность.

– Хорошего вечера, Алёна.

Глава 37

Когда я решилась подать на развод уже официально, это ощущалось, как прыжок в неизвестность. С одной стороны, я понимала, что это неизбежный шаг. Я долго взвешивала всё, каждую мелочь, каждый довод «за» и «против». С другой стороны, страх всё равно прятался где-то в глубине, словно злорадно поджидал момента, чтобы выползти наружу. Но я знала: дальше так жить было нельзя. Это был не брак, а иллюзия. Иллюзия семьи, счастья, любви.

В ЗАГСе меня встретили с той официальной холодностью, которая бывает у людей, привыкших к чужим драмам. Они не задают лишних вопросов, не пытаются вникнуть. Просто механически обрабатывают документы и ставят печати. Но когда меня вызвали в кабинет, их стандартная сдержанность вдруг пробила тонкий лед моего самообладания.

– У вас есть несовершеннолетний ребёнок? – спросила женщина за столом, даже не подняв головы от моих бумаг.

– Да, – ответила я, чувствуя, как ком подступает к горлу. – Дочь. Ей шесть.

Женщина отложила ручку и взглянула на меня с выражением лёгкого сочувствия, которое показалось ещё более болезненным, чем равнодушие.

– В таком случае, развод будет через суд, – сказала она, как хирург, объявляющий о предстоящей операции. – Это стандартная процедура. Суд будет учитывать интересы ребёнка. Возможно, вас попросят привести дочь, чтобы задать ей несколько вопросов.

– Зачем? – вырвалось у меня, хотя я знала, что это возможно. – Она слишком маленькая, чтобы что-то понимать.

– Иногда этого не избежать, – продолжила она ровным голосом. – Суду важно убедиться, что ребёнок останется с тем родителем, который лучше сможет обеспечить его интересы.

Моё сердце сжалось. Как можно спрашивать у Ксюши, с