Не отрекаются любя - Лилия Фандеева

дверь его монолог в отделении. Мне хватило пяти минут, чтобы понять — это другой Илья. Он был собранный, конкретный, деловой, и в тоже время тактичный. Дома он не такой.

— А ты на работе мягкая и пушистая? Я, к твоему сведению, на работе очень жёсткий, а дома расслабляюсь. Не придирайся к мужику по пустякам. Дом — это тихая гавань, где тебя ждут, а работа — поле брани, где если не ты, то тебя. Скажи, если он пропадёт на неделю, ты будешь скучать?

— Думаю, мне будет его не хватать. Кого я буду неделю воспитывать?

— Значит, не всё так плохо. Главное палку не перегибай. Попробуй отдать ему роль первой скрипки, а сама стань второй. Возможно, тебе понравиться быть за мужем, а не впереди него. Вы о свадьбе думали? Месяц быстро пролетит. Наряд себе подбери. Я могу готовиться к свадьбе?

— Я не хочу пускать пыль в глаза незнакомым людям, — она посмотрела на отца и улыбнулась. — Пап, это мой праздник. Я хочу видеть среди гостей родные лица, а не дежурные улыбки твоих компаньонов. Ты можешь пригласить друзей, но не партнёров по бизнесу. Будет 15–20 человек, но они будут все свои. К тому же, многие из твоих коллег не в восторге от меня. Зачем их разочаровывать?

— Я согласен с тобой. А как я объясню своё решение?

— Зачем кому-то что-то объяснять, тем более оправдываться? Просто скажешь, что я отказалась от свадьбы. В это легко поверить. Они считают меня взбалмошной, пусть так и будет. Тебе Дениса мало? Он и в третий раз женится, тебя не спросит, а счёт за торжество предъявит.

Алёна «перещеголяла» своих подруг, купив красивое свадебное платье, которое было ей по фигуре, как будто на заказ. Юля была чуть ниже ростом, а Настя чуть полнее. Наша невеста выглядела превосходно. Подруги не завидовали, они радовались случайному знакомству Алёны. Илья им нравился, и они были уверены, что подруга будет счастлива. Чего они опасались, так это её прямоты.

— Девочки, вы можете быть спокойны. В нашей семье матриархата не будет, — шутила невеста, надевая наряд. — Начнём жить по новому и первенство отдадим мужчине.

— Что-то я в это слабо верю, — улыбнулась Юля. — Ты привыкла всё тянуть сама. Даже учитывая твои отношения с отцом, ты его не обременяешь.

— Тянула потому, что «тягача» не было. А теперь у неё такой тягач будет, — парировала Настя. — Мать на свадьбе будет?

— Обещала. Но свадьба состоится даже в её отсутствии.

Возможно, и отец не в восторге от моего решения, но он его принял, а ей он не нравится. Правда, причину не объяснила.

— Может, надеялась на союз с Кузьминым?

— Ревность страшная вещь. У тебя теперь есть защитник.

— Илья меня не предаст и не обидит, пока я не дам повода. Это я знаю точно. А что касается семьи Кузьминых, то я готова признать Кристину, а эту парочку только на своих условиях.

— Вы можете со мной не согласиться, но мужья нам достались не самые плохие. О нас самих я скромно промолчу. Да, есть недостатки, но как говорила моя бабушка: «По Сеньке и шапка».

— Юлька права. Мне иногда хочется Стаса прибить, потом успокоюсь и самой становиться стыдно. Чего к мужику прицепилась? Нужно научиться «тормозить» во время.

— Вы меня собираетесь учить хорошим манерам семейной жизни?

— Упаси Бог! Это всего мысли вслух. Ты помнишь, как я дрожала перед загсом? Боялась, что Макс может передумать, а он думал, что я могу взбрыкнуть. Ты как?

— Если честно, то волнуюсь.

— Это естественно. Выглядишь отлично, наряд прекрасный, с косметикой перебора нет, а времени у нас в запасе около часа.

— Девочки, я могу войти? — приоткрыв дверь, спросил отец Алёны.

— Входите, Дмитрий Николаевич. Мы готовы.

— Алёна, какая ты красивая. Повернись. Выглядишь превосходно, а жених наш волнуется. Звонил домой, там всё готово. Мать твоя приехала вместе с Кристиной. Машины стоят у подъезда. Девочки, командуйте парадом.

— Пап, напомни мне о цветах, когда буду уезжать домой. Утром поедем к маме и Ильичу, а потом приедем к тебе.

— Не волнуйся. Я всё сделаю. Казалось бы ничего особенного. Дочь выдаю замуж, а волнуюсь не меньше жениха.

— Будете ещё больше волноваться, когда её проводите в роддом. Вот где ожидание смерти подобны.

Отец не пожалел, что согласился с дочерью. На свадьбе, которую праздновали во дворе его дома, собрались тридцать человек из родственников и близких друзей. Часть из них осталась ночевать в доме, вторую часть развезли по домам. Молодожёны получили от отца в подарок трёхкомнатную квартиру, готовую к заселению. Марк с женой подарили путёвку в Турцию, куда они улетали через три дня. В августе Алёна и Илья переехали в новую квартиру, уступив свою Марку и Лере. Те, в свою очередь продали квартиры на улице Русской и рассчитались с Алёной и братом.

Илья, узнав о беременности жены, стал внимательнее к ней. Алёну, не привыкшую к чрезмерному вниманию, иногда такая опека «утомляла», и в тоже время забота мужа была по душе. Было приятно осознавать, что он беспокоится не только о будущем ребёнке, но и его маме. Чем ближе подходил срок родов, тем большую часть домашней работы он брал на себя. Жена не доверяла ему только стирку и утюжку.

Илья отвёз Алёну в роддом накануне дня её рождения. Сын родился на рассвете дня рождения мамы. Отец принял ребёнка из рук акушерки.

— Солнышко, ты подарила мне лучик. Теперь постарайся отдохнуть и ни о чём не думать. Мне через четыре часа на смену. Будь умницей, я ещё загляну.

Сыну дали имя Никита. Илья оформил отпуск, с помощью Леры и Дмитрия Николаевича приготовил всё перед выпиской жены и сына. Две недели он «руководил» процессом ухода за новорожденным. После работы на «помощь» спешили Марк с Лерой. Не отставала от них и Кристина, которой исполнилось пятнадцать лет. Она временно, до начала занятий в школе, переселилась к сестре. Отец заезжал почти каждый день, возвращаясь с работы. Алёна видела, с каким трепетом он обращается с малышом. Обняв его, сказала: «Пап, ты можешь не уезжать к себе перед выходными и оставаться у нас». К осени сын «подрос», а мама «научилась» понимать его без слов. Год пролетел быстро.

Алёна отметила своё тридцатилетие, год Никите и получила в подарок новую машину взамен своей. Машина была родной сестрой её Aurisa, отличалась только цветом, и была «вишнёвой». Сыну исполнилось год и девять месяцев, когда Алёна оформила его в ясли и вышла на работу.