Хелен Кинг - Тебя не заменит никто

— Но почему ты мне ничего не сказал? — спросила Эшли.

— Не хотел раньше времени тебя обнадеживать. Эрика до последней минуты грозилась передумать, но, к счастью, она так же корыстна, как и злобна. И я сумел сделать ей предложение, перед которым она не устояла.

— А я-то думала, ты в нее влюблен, — прошептала Эшли.

— По-моему, вы путаете меня с моим кузеном Джайлсом, мадам, — любезно отозвался Джо. — Это он, бедняга, был от нее без ума и даже не помышлял о том, чтобы задать ей трепку, как она того заслуживала.

— Но она же сама мне сказала, — тупо произнесла Эшли. — Она так вела себя, что я подумала…

— Она наверняка получала от этого истинное наслаждение, — без улыбки отозвался Джо. — Но я никогда не питал теплых чувств к Эрике, даже мимолетных. Когда Джайлс умер, я было пожалел ее, решив, что удар мог оказаться сильнее, чем она думала. — Он сделал гримасу. — Но вскоре убедился, что это не так. Теперь она собирается разыгрывать из себя веселую вдову где-нибудь на Средиземноморье. Что ж, скатертью дорога! — Джо помолчал, с иронией глядя на Эшли. — Нет, моя дорогая, — наконец заговорил он, — при всех моих прегрешениях я всегда любил только тебя, чуть ли не с того самого дня, как впервые увидел. И хотел жениться на тебе больше всего на свете. Хотя, должен признаться, меня несколько обескуражило известие о том, что ты выходишь за меня замуж только из чувства долга, чтобы исполнить волю отца.

— Но ведь тебе самому была нужна вовсе не я, а «Лэндонс», — хрипло пробормотала она.

— Не будь дурочкой, — холодно оборвал ее Джо. — Твоя фирма меня нисколько не интересовала, и я не собирался в будущем блистать в роли ее главы, как предлагал Сайлас. Я уже тогда решил уехать в Америку, но твой отец, узнав об этом, прямо заявил, что не отпустит тебя со мной. С какой стати моей дочери уезжать, сказал он, когда она выходит за тебя только ради сохранения компании? Он горько рассмеялся. — В тот момент мне многое стало ясно. Например, я понял, почему ты отталкивала меня каждый раз, как я к тебе прикасался. Когда я заговорил об этом с Сайласом, тот смутился и обещал поговорить с тобой. Я позабочусь о том, чтобы моя дочь поняла, в чем состоит ее долг, — вот его слова.

— Он так и сказал? — У Эшли уже голова шла кругом. — Но он не мог…

— Еще как мог, — вздохнул Джо и покачал головой. — Знаешь, я и сам сначала не хотел в это верить. Все твердил себе, что под этой ледяной оболочкой скрывается теплая, любящая душа, и, стоит мне проявить немного терпения, я сумею до нее достучаться. Однако откровения Сайласа открыли мне глаза на истинную подоплеку наших с тобой отношений, и, честно говоря, мне стало тошно. Тогда я отправился в город с твердым намерением надраться до бесчувствия. — Он допил бренди и поставил бокал на стол. — Остальное тебе известно не хуже меня.

— Та… девушка…

— Вот именно, — кивнул Джо. — Впрочем, должен признаться, что между тем моментом, когда я вышел из бара, и тем, когда очнулся в постели с совершенно незнакомой девицей и услышал, как ты стучишься в дверь, у меня в памяти полный провал. — Он пожал плечами. — Кстати, судя по злорадным замечаниям моей «подружки», я не оправдал ее ожиданий, так как вырубился сразу же. Это, конечно, ни в коей мере меня не оправдывает, но получается, что я сохранил тебе верность. — В его улыбке сквозило горькое презрение к себе самому.

Эшли сглотнула комок в горле:

— В тот вечер я виделась с Эрикой, и она сказала, что ты женишься на мне только ради того, чтобы заполучить компанию, и что я должна предоставить тебе возможность наслаждаться свободой, прежде чем свяжу по рукам и ногам. То, что я застала тебя с женщиной, подтверждало ее слова.

Последовало молчание, затем Джо спокойно произнес:

— Так вот в чем дело. А я-то удивлялся, с чего это ты вдруг явилась ко мне. Впрочем, теперь это уже не имеет значения.

— Почему? — настороженно спросила Эшли.

— Потому что пришла пора подвести черту. Я ни в коем случае не должен был толкать тебя на этот брак. Он был кошмаром от начала до конца, и я не имею права держать тебя на привязи. Просто когда я снова вошел в твою жизнь и увидел, как ты несчастна, мне захотелось снять груз с твоих плеч. — Он вздохнул. — Видишь ли, я возомнил, что если буду очень тебя любить, то ты рано или поздно откликнешься на мое чувство. Как горько я ошибался! — В его голосе звучала усталость. — Но тебе больше не о чем беспокоиться. Я не стану больше навязывать тебе свое общество. Дождусь, пока крэгморский проект будет у нас в кармане, а потом уеду в Штаты. Теперь, когда Генри больше не будет строить козни, тебе будет гораздо легче. Я могу остаться председателем Совета директоров, если им так больше нравится, но ты получишь свою компанию. — Он слегка улыбнулся. — И что еще важнее — свободу.

Эшли словно окаменела. Она раскрыла рот, но не смогла произнести ни слова. И, только увидев, что он направляется к двери, она бросилась за ним.

— Джо…

Это был еле слышный шепот. Однако он услышал и обернулся, пристально глядя на ее залитое слезами бледное лицо. Эшли прижалась к нему, изо всех сил обхватив за плечи, и стала покрывать поцелуями его лицо и шею, лихорадочно шепча:

— Не бросай меня, не уходи…

Джо рывком отстранил Эшли от себя и заглянул ей в лицо. Его глаза смотрели недоверчиво, однако в них уже разгорался огонек надежды:

— Ты хочешь… чтобы я остался? — хрипло спросил он.

— Я люблю тебя! Ты не можешь меня бросить! Возьми меня с собой! — Эшли забарабанила кулачками по его широкой груди. — Можешь ехать куда угодно, но я хочу быть с тобой!

— Ты всегда будешь со мной, — только и ответил Джо, но эти слова стоили всех клятв, принесенных у алтаря.

Подхватив Эшли на руки, он отнес ее на диван и усадил к себе на колени. Крепко обняв, он стал целовать ее, тихонько шепча на ушко нежные слова, пока Эшли не успокоилась. А потом они долго сидели, тесно прижавшись друг к другу. Она спрятала лицо у него на груди, а он зарылся губами в ее волосы. Впервые они были по-настоящему близки — гораздо ближе, чем в самые интимные минуты.

Наконец, Джо вздохнул и, взяв Эшли за подбородок, повернул к себе лицом.

— Три потерянных года, — глухо произнес он. — Родная моя, почему же ты ни разу ни жестом, ни намеком не дала мне понять?.. Ты всегда держалась так отчужденно…

— Я боялась, — призналась Эшли.

— Я что-то сделал не так? — с раскаянием произнес Джо. — Господи, любимая…

— Нет. — Эшли погладила его по лицу кончиками пальцев. — Я боялась себя самой. Я… я просто не знала, что со мной творится. Каждое твое прикосновение возбуждало меня… — Она вспыхнула. — Понимаешь, отец все время твердил, что какие бы свободные нравы ни царили в обществе, мужчины больше всего ценят в своих будущих женах целомудрие. Он сказал, что секс для порядочной женщины — супружеская обязанность, и только. Не могла же я признаться, что рядом с тобой не чувствую себя ни целомудренной, ни скромной. Я считала себя развратницей и страшно переживала это. А поговорить мне было не с кем.