Шеннон Уэверли - Неземная любовь

Челсия едва не подавилась куском пиццы.

— Что ты имеешь в виду? — Темные брови Ника сошлись на переносице.

— Неужели не догадываешься? Уже многие лыжные курорты имеют в своем распоряжении тепловые аэростаты. Например, Стимбот-Спрингс в Колорадо. И дело там поставлено отлично.

— Он прав, — усмехнулся Ларри. — Только нужно поторопиться, пока идея не стала всеобщим достоянием. Я как раз недавно прочел об одном таком месте в горах Адирондака. В самое ближайшее время там организуются полеты на воздушных шарах.

Челсия тоже знала об этом. Несколько дней назад в журнале экономических новостей ей попалось на глаза объявление о наборе пилотов. Только у Ника на «Сосновой горе» вряд ли найдется место для «Воздушных шаров Беркшира», а самое главное, он этого просто не хочет. Она обвела умоляющими глазами лица своих родных, прося избавить ее от подобных шуток.

У стола снова появилась официантка.

— Могу я предложить вам что-нибудь еще?

— Да, мороженого для детей. — Ник, казалось, вздохнул с облегчением, довольный, что их прервали.

После этого разговор, как-то незаметно переменил направление и перестал касаться тревожащих Челсию предметов. Вскоре это был уже обычный субботний вечер, который она привыкла проводить в кругу семьи. И хотя дети поднимали невообразимый шум, а Роб и Джуди не переставали подкалывать друг друга, атмосфера за столом оставалась, сердечной и дружеской и каждый чувствовал себя легко и непринужденно, в том числе и Ник. Она наблюдала за ним с каким-то пронзительным удовольствием. Он производил впечатление человека, который, отбросив всякую церемонность, решил веселиться вовсю, и выглядел при этом совершенно естественно — таким ей еще никогда не приходилось его видеть. Ощущение это возникало вовсе не из-за одежды — сегодня он был в джинсах и простом бумажном свитере. Чувствовалось, что у него легко на сердце — это просто бросалось в глаза, — а одежда тут совсем ни при чем.

Из допотопного музыкального автомата по-прежнему гремела музыка — теперь это были все классические рок-н-роллы с их завораживающими ритмами. Когда раздалась мелодия «Будь здоров, Джонни», Ник, откинувшись на спинку стула, воскликнул:

— Черт возьми! Как можно спокойно сидеть под такую музыку? Меня так и подмывает пуститься в пляс. Кто-нибудь, пожалуйста, доставьте мне удовольствие. — Он вскочил и, изогнув бровь, протянул руку Челсии. Сердце у нее похолодело, а ноги стали совершенно ватными, тем более что приглашение явилось для нее полнейшей неожиданностью.

Она, вспыхнув, поднялась с места.

Просто невероятно, как слаженно у них получается, когда они вместе танцуют, думала она, вся отдаваясь стремительному ритму. Она заранее угадывает каждое его движение. Когда пластинка кончилась, он подвел ее к автомату, продолжая обнимать за талию, и опустил в прорезь монетку. Засмеявшись, они начали очередной танец.

Когда пришла пора вернуться к столу, щеки у нее пылали, а дыхание едва не прерывалось. Их появление встретили оглушительным взрывом аплодисментов и приветственными криками.

— Прекратите бесчинствовать, — призвала их к порядку Челсия. Даже малышка Бесс, поддавшись всеобщему порыву, хлопала в ладошки. Челсия поцеловала ее в пухлую щечку и упала, на стул, счастливо вздохнув. — Принесли счет? Прекрасно. Он, должно быть, не маленький. Доставай свою счетную машинку, Ларри.

Ее смех, однако, мгновенно смолк, когда она заметила всего лишь один пытливый взгляд Мими, брошенный на них с Ником. Она с силой сжала руки и попыталась успокоиться. Может, не стоило танцевать с Ником? Во всяком случае, не следовало предаваться этому с таким упоением. Она прислушалась к своему сердцу, но не обнаружила там, ни малейших признаков раскаяния. Единственное, что приходилось признать, так это то, что их танцы — нечто гораздо большее, чем просто развлечение. Вот это было совершенно ясно.

Она подумала о парнях, с которыми иногда встречалась. Достаточно привлекательные, они даже нравились ей, только ничего в ее жизни не значили. Некоторых она знала с детства, но никто не сделался, ей близок. Они постоянно пребывали рядом, только и всего. И когда возникало желание провести с кем-то время, стоило лишь протянуть руку.

Но теперь ей этого мало. Несмотря на все слова, когда-то сказанные, о нежелании иметь прочные отношения — из-за дела, которым она занималась, — ее уже не устраивало, как она растрачивает свою жизнь. Ей захотелось добиться чего-то настоящего, чего-то прочного. Ей захотелось разделить свою жизнь с кем-то, кого она полюбит, иметь свой собственный дом, свой семейный очаг. И Боже, как же она мечтает о детях! Она и подумать не могла, что так страстно будет этого желать. Но больше всего ей хотелось — до головокружения, до умопомрачения — очутиться в объятиях Ника. Ей хотелось…

Челсия вздрогнула, будто очнувшись. Как она только что это назвала? Настоящее. Она подняла глаза, как раз в тот момент, когда на нее взглянул Ник. Да, вот оно, настоящее, разве теперь это не ясно? Сейчас и навсегда. Ей представилось, как они уходят отсюда, направляясь к неведомому дому, как они вместе проводят такой же вот вечер, только через пять лет, и еще один — через двадцать пять. Настоящее. Вечное. Силы небесные, она влюбилась в Ника Таннера! В мгновенном озарении осознание происшедшего надвинулось на нее с неотвратимостью мчащегося под уклон товарного состава. Она любит его.

Ей верилось, что и он смог бы полюбить ее, если б только позволил себе это, но никаких надежд на подобный счастливый исход она не возлагала. Он совершенно отчетливо представлял, какой должна быть идеальная жена, и Грейс Локвуд, по его мнению, как нельзя лучше вписывалась в этот образ.

— Что ж, если вы не возражаете, мы, пожалуй, отправимся домой, — сказал Роб.

— И мы тоже, — отозвалась Мими. — Ник, Челсия подвезет вас с Кэти?

В воздухе повисло напряженное молчание. Челсия поняла, что ей предоставляют возможность оказаться вместе с Ником. Оставалось только воспользоваться этой возможностью.

— Видите ли… думаю, не стоит утруждать Челсию. Ларри, ты не против нас подбросить? Тебе это, как раз по пути.

Челсия избегала смотреть кому-либо в лицо. Ник, конечно, принял верное решение. Они провели вместе сказочный вечер, а теперь пора возвращаться к действительности. Несколько взглядов украдкой, один-два танца… но дома его ждет Грейс.

Мысли Челсии путались. Что это значит? Какую игру он ведет? Неужели их с Грейс связывает нечто такое, что дает ей права на его сердце? Видно, в ней есть то, без чего Нику не обойтись, и Челсии мучительно хотелось знать, что же это.