Бьюла Астор - Тропинка к солнцу

— Если ты хочешь опять начать наш старый спор об Эмбер, я не желаю ничего слышать. Поздно.

— Ты о чем?

— О том, что мне не надо расставаться с Эмбер. Утром мы говорили с Крисом, и он позволил мне оставить ее у себя.

У Тэннера было такое лицо, словно она ударила его в живот. Милейн очень хотела ему сказать, что, если бы не он, она бы никогда не выложила Крису правду. Но не решилась.

— Говорили? Что случилось?

И она рассказала, правда вкратце, чтобы не заплакать.

— Никак не могу поверить. Столько лет… Он неплохой человек. Не его вина…

— Да. Я тоже так думаю. И что теперь будет?

— Теперь? Теперь я буду мамой Эмбер.

— Нет. — Он покачал головой. — Я не об этом. Что будет с нами?

— Ты слышал? Я собираюсь воспитывать чужую дочь.

— Слышал. И собираешься делать это одна? Так?

— Тэннер… — Голос ей изменил, и она помолчала, прежде чем заговорить снова: — Мы с тобой прошли через многое. И я не собираюсь это отрицать. Но физическая близость еще не все.

— Да?

Тэннер провел рукой по волосам, стараясь собраться с мыслями.

— Ты сам знаешь. — Милейн подалась назад. Она не понимала, о чем думает Тэннер, и не понимала себя тоже. — Тэннер, я хочу наладить свою жизнь. Я хочу, чтобы Эмбер было хорошо со мной. Больше я ни о чем не могу думать.

— Нет.

— Что «нет»?

— Можешь. И должна. Я знаю, что я тоже часть твоей жизни или буду ею, если ты позволишь.

— Позволю? — Милейн с трудом сдерживала чувства. — Но Эмбер же ничего для тебя не значит. А для меня она значит все.

— Ничего не значит? — Тэннер посмотрел на дом. — Ты разве не поняла? Ты не хочешь понять. Я полюбил девочку. Нет, подожди, не перебивай меня. Дай мне закончить. Я помню, как говорил тебе, что не разрешу себе этого. Как будто у меня был выбор! Когда я нашел ее в снегу, я понял, что…

— Ты ее любишь?

— Господи! Неужели так трудно понять?

Тэннер подошел к ней, но Милейн отшатнулась. Она боялась, что расколется на множество осколков, если он коснется ее.

— Милейн, скажи, что ты думаешь.

Что ничего подобного со мной никогда не было.

— Так нечестно. К ней ты чувствуешь одно. Ко мне — другое.

— А что я чувствую к тебе?

Милейн закрыла глаза. Она не хотела смотреть ни на солнце, ни на Тэннера.

— Ты не любишь меня.

— Я не… что?

— Не любишь меня.

Он схватил ее за руки, а она стояла с закрытыми глазами, почти совсем забыв о боли в боку.

— Почему ты так думаешь?

— Ты ни разу мне не сказал.

— Ни разу? Господи! Милейн, посмотри на меня.

Она послушалась, с ужасом думая, что увидит в его глазах жалость.

— Ты слушаешь?

Она кивнула.

— То, что я чувствую к тебе, я чувствую в первый раз в жизни. Никогда ничего подобного со мной не было. Это так грандиозно. Я не могу выразить… Ну, как было вчера, когда я нашел Эмбер. Только по-другому. Более сложно, что ли. В первый раз, когда мы встретились, была страсть. Но и тогда я уже понимал, что это не только страсть. Но я не посмел… А теперь иначе. Я люблю тебя. Даже не думал, что так бывает. Но ты ведь тоже мне ничего не говорила.

— Я не могла.

— Почему?

— Не знала как. Боялась.

— Милейн, о чем ты говоришь?

Она запомнила уроки, которые преподала ей жизнь. Не доверяй. Не люби. Однако чувство к Тэннеру оказалось сильнее всяких запретов. А она-то старалась уйти от него, спрятаться, и чуть было не потеряла все.

— Я боюсь… боялась.

— Чего?

— Опять ошибиться. Моя мама, Крис…

— О господи!

Сквозь слезы Милейн смотрела на Тэннера и не верила своим глазам. Он обнял ее сильными руками, и ей было уютно и спокойно в его объятиях. Он не стал прятаться от своей любви к Эмбер. Все сказал прямо. Мужчина, который способен на такое по отношению к ребенку, способен на великую любовь к женщине. Именно такой любви ей хотелось. И она знала, что не останется в долгу.

— Прости, — прошептала она. — Я хотела… я много раз хотела тебе сказать.

— Что? Что ты хотела мне сказать?

Милейн видела, что Тэннер, улыбаясь, терпеливо ждет.

— Что я тебя люблю.

— И выйдешь за меня замуж? И мы станем одной семьей?

Дверь со скрипом отворилась, но Милейн не отвела глаз от Тэннера.

— Одной семьей? — прошептала она.

— Семьей, — подтвердил он.