Дочь по контракту (СИ) - Дали Мила

— Госпожа Лютольф! — под овации он шлет мне воздушный поцелуй.

Я терпеливо вздыхаю, но через секунду визжу и кидаюсь к столу:

— Мама, ну ты-то куда лезешь?!

— Отстань, я очень люблю зятя!

Зинаида Федоровна решила поддержать Марка в его затее, но я успеваю ссадить раскорячившуюся мать на полпути от задумки.

Мой муж отрывается как в последний раз.

И я, замерев снизу хоть и сержусь, однако восхищаюсь его красоте. Лютольф двигается великолепно, у него спортивная фигура и каждый мускул теперь принадлежит мне. Ловлю себя на интимных ощущениях и спешу отвести глаза, переключиться от горячих мыслей…

Неожиданно в клубе загорается свет, и стихают басы диджея. Марк грозно ругается, но ведущий, сжимая микрофон в руке, торопится с объяснениями:

— Главный подарок для нашей невесты от друга семьи! — указывает на выход из зала. — Ой…

Я вижу, как растерянный официант с глазами по пять рублей выкатывает тележку с огромным букетом. Алые розы. Штук двести не меньше. Да только завявшие.

Марк шумно спрыгивает со стола.

— Кто посмел так оскорбить мою жену?!

В ответ все пожимают плечами. Но я точно знаю «отличившегося» — Олег Золотов. Решаю не злить Лютольфа и умолчать о догадках. Вместо этого, кошкой льну к мужу.

— Давай сбежим? К черту все? М?

— А как же праздник?

— С тобой и наедине праздник.

Сегодня принцесса и королевишна я, поэтому Марк беспрекословно слушает мою блажь.

Мы незаметно вызываем такси и спешим вернуться домой.

В салоне желтого автомобиля Марк намеревается начать уже исполнять свой супружеский долг. Кое-как его сдерживаю и стыжусь таксиста. Хотя, признаться, в глубине души я бы не прочь поддаться этой авантюре.

Квартира адвоката шикарнее любого номера люкс. Я расплачиваюсь и отпускаю няню, пока муж освежается в ванной. Проверяю спящую доченьку и слышу за спиной шаги.

— Кис?

От голоса мужа все тело окатывает ледяной волной. Вроде мы уже привыкли друг к другу, но эта ночь кажется особенной. Как в первый раз.

Марк подхватывает меня на руки, словно пушинку и уносит в спальню.

Дрожу, извиваюсь от его движений. Лютольф аккуратно и медленно ленточка за ленточкой освобождает меня от свадебного наряда. Целует каждый сантиметр моей кожи. Я блаженно вытягиваюсь на постели, сквозь стоны пытаюсь вдохнуть побольше кислорода, но чувствую лишь аромат одеколона Марка. И мне не нужен алкоголь, чтобы опьянеть. Боже…

Я позволяю, мужу снять с себя все и остаюсь в фате и диадеме. Поддаюсь ласкам и страсти нашей первой брачной ночи…

— Доброе утро, мой несравненный муж!..

Очень громко кричу и стою возле кровати. У меня ничего не болит, не тошнит и настроение восхитительное.

В отличие от Марка…

Лютольф морщится и кряхтит, переворачивается на другой бок и закрывает подушкой голову.

— Пить хочешь? — со стуком опускаю стеклянный бокал на прикроватную тумбу. Бросаю в воду пару шипучек.

Муж что-то невнятно бормочет и откликается на предложенный напиток. Пока Марк совершает медленные телодвижения, я достаю из кармана халатика полоску теста и кладу ее рядом со стаканом.

Притихнув, кажется, я забываю, как дышать ведь уже через секунду Марк узнает, что скоро снова будет отцом!

Помятый супруг растирает виски и щеки, усаживается на край постели и тянет руку к тумбочке.

— Спасибо, — хрипло благодарит и как ни в чем не бывало берет бумажный тест.

— Постой! — спешу окрикнуть Лютольфа. — Это не палочка для размешивания напитков!

— Да? — супруг еще туго соображает.

Фыркнув, шлепаю Марка по руке.

— Мой тест на беременность! — объясняю. Лютольф покачиваясь, разглядывает красные полоски, а потом застывает. Так, что я начинаю волноваться, — Марк?

— Две… это значит?..

— Вендетта, Марк Яковлевич, — не сдерживаю себя от сарказма. — Ты опять станешь папой! Второй раз, но теперь без помощи клиники!

— Вау.

Не слишком эмоционально произносит ошарашенный Марк. С каждой секундой его глаза округляются все шире. Будто в этот момент происходит перезагрузка в мозгах Лютольфа. А в комнате тихо за исключением тяжкого дыхания мужа.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Я впервые начинаю ощущать беспочвенную обиду, хотя в другой ситуации мне было бы все равно. Мой доктор называет это явление гормональной перестройкой.

У меня получается, как мышка пискнуть, резко топнуть и подстрелышем вылететь из спальни вон.

Каменная морда адвоката уже набила оскомину за проведенные совместные дни, а я рассчитывала на улыбку!

Торопливо шагаю по коридору в ванную, чтобы как следует выпустить пар и с добрым настроем навестить малышку Стефанию.

— Кис, а я что… отцом буду?! — внезапно раздается за моей спиной.

— Бинго! — не останавливаясь, поднимаю руки вверх и размахиваю для эффекта.

— Ведь это замечательная новость! — голос Марка звучит вдалеке, но уже через мгновенье супруг подлетает ко мне и разворачивает.

Лютольф сияет всеми оттенками радости. Значит, до него, наконец, дошло.

— А кто будет мальчик или девочка? — продолжает Марк.

— Срок еще маленький… но разве пол ребенка имеет значение?

— В принципе нет, — вдохновенно оглядывает стены и потолок. — Может, нам следует сменить квартиру на коттедж? Подальше от городской суеты? Будешь гулять с детьми по собственному двору.

— Мне и здесь комфортно, — теряюсь от незапланированного предложения, — решай сам.

***

Четыре месяца спустя. Лондон.

А в Лондоне хорошо даже несмотря на слякотную погоду.

Я с округлившимся животом сижу в салоне такси и жду, пока Марк распахнет для меня дверцу. По случаю поездки я прикупила себе беретку и клетчатое пальто, чтобы не выделяться среди модных англичанок.

Рядом со мной доченька, внутри меня сын, а на переднем сиденье такси Зинаида Федоровна почти в таком же берете.

Мама тоже изъявила желание получше познакомиться с ближайшими родственниками Марка, но сейчас она не может оторваться от переписки в телефоне с неким сэром Джонсом — мужчиной, который искусился маменькой красотой в аэропорту Хитроу.

В отличие от меня, мама знает английский практически в совершенстве и может общаться с новым поклонником без затруднений.

За пределами автомобиля туманно, но это не мешает мне разглядеть фамильную резиденцию Лютольфов за стеклом машины.

Большой дом из серого камня с элементами готики. С острыми башенками на крыше и круглыми окнами в темных рамах. С колоннами и аркой на входе. Выглядит весьма эффектно.

Но еще больше задевает мое сердце то, что именно здесь прошло детство Марка и его братьев. Внутри дома сохранилось много вещей от родителей, как доброе напоминание.

Я подобно леди изящно протягиваю ручку в ответ на любезность мужа. Поочередно спускаю ноги в сапожках на лондонскую землю. В новой стране даже пахнет по-другому свежей зеленью, мокрым асфальтом от частых дождей, а еще дымом. Немножко совсем, поэтому не напрягает.

— Рада встрече! — возле калитки из металлических прутьев стоит девушка, укутанная в палантин. — Меня Юля зовут.

Да ты моя нежная… Ну серьезно!

Таких миловидных девушек я никогда встречала. У Юлии большие глаза и тонкий нос. Ямочки на щеках и обворожительная улыбка.

— Очень приятно, — я тоже улыбаюсь и спешу пожать руку невестке, — Настя.

— Какая ты хорошенькая! — говорит мне словно подружке.

— Не лучше тебя!

Как и в любой непонятной ситуации, обмениваемся комплиментами.

По жене среднего брата Адама очень заметно волнение. Будто она начала готовиться к нашему приезду еще за неделю. Отдраила весь дом, а потом перепроверила под микроскопом. Вдруг я подумаю, что она плохая хозяйка?

На фоне солнечного лучика Юли сам Адам сильно похож на айсберг. Холодный такой. Словно бесчувственный. От жизни в пасмурном Лондоне его кожа почти лишена загара. Мужчина стоит на крыльце облаченный в черный пуловер и прячет руки за спину.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Добро пожаловать, — сдержанно приветствует, но слегка оттаивает, когда в его внимание попадает Марк с малышкой Стефанией.