После развода. Хирург, не возвращайся! - Анна Раф

мутит. Пытаюсь понять, на что похожи эти ощущения и понимаю, что именно так я себя чувствовала на первом триместре беременности.

Внутри меня всё обрывается, а ладони автоматически опускаются на живот.

На ватных ногах спускаюсь в аптеку, расположенную на первом этаже. Покупаю тест. Всё происходит, словно в тумане.

В висках напряжённо пульсирует. Пальцы трясутся. Пока жду результат, сажусь на холодный кафельный пол и накрываю лицо руками. Меня всю трясёт…

Две минуты спустя вижу на тесте вторую полоску – яркую, жирную.

– Беременна, – срывается с моих губ.

Беру в руки тест. Эта белая палочка с двумя красными полосками сейчас кажется мне самой важной на свете вещью. Ведь она олицетворяет не просто беременность. Она олицетворяет мою новую жизнь, в которой я не буду одинока.

Мне теперь есть ради кого и ради чего жить. У меня будет малыш. Мой. Только мой.

Чувствую, как дыра в душе, оставленная мужем, дочерью и той, кого я считала сестрой, начинает медленно затягиваться. Совсем немного, по краям, но всё же.

Сердце уверенно и сильно бьётся в груди, словно кричит о том, что оно всё ещё живо, даже после жестокого предательства. Не знаю, откуда, но внутри меня появляются силы и как будто бы открывается второе дыхание.

Этот малыш – мой шанс на новую жизнь. Возможность отцепиться от прошлого и начать жить будущим.

– Я не одна, – шепчу, вытирая с лица слёзы. – Мы со всем справимся, мой маленький… Мама со всем справится…

Разумеется, говорить о беременности Темникову я не буду. Если суд узнает, что я нахожусь в положении, с разводом придётся повременить, а мне этого не хочется.

Разумеется, когда-нибудь Константин узнает, что я беременна. Но это будет уже не его дело.

Мне тридцать четыре года. У меня есть жильё, машина и хорошо оплачиваемая работа. Несмотря на предательство своих любимых, я найду в себе силы жить дальше. Иного выхода попросту нет.

ГЛАВА 4

ГЛАВА 4

Два месяца спустя

Сегодня состоится заседание мирового суда по нашему с Темниковым бракоразводному процессу.

Никаких споров по поводу имущества у нас нет. По поводу несовершеннолетней дочери – тоже. Маша открыто сказала, что останется с папой. Препятствовать её решению я не могу, да и не хочу. Она уже взрослая девочка, и имеет право выбирать.

Разумеется, мне безумно больно осознавать это. Но…

– Сердечко бьётся хорошо, – голос врача частной клиники прерывает мой мысленный поток. – Плод развивается в соответствии со сроком беременности.

На губы невольно наползает улыбка.

– Мой мальчик, – шепчу и встречаюсь глазами с удивлённым взглядом врача.

– Откуда вы знаете, что мальчик? Ещё ведь слишком рано, чтобы определить пол по УЗИ.

– Я сдала анализ. Неинвазивное пренатальное тестирование, – улыбаюсь. – Как только узнала о беременности, а это была почти на третьем месяце, сразу же пошла в лабораторию. Подтвердили наличие Y-хромосомы. Так что у меня сынок.

– Как здорово! Отец малыша, наверное, очень рад. Все мужчины без исключения хотят сыновей…

– Да, наверное, – грустно улыбаюсь.

Сердце пронзает болезненный укол. Когда-то Темников очень мечтал о сыне. В параллельной Вселенной, возможно, мы бы воспитывали нашего долгожданного мальчика вместе. Костя бы не променял меня на мою лучшую подругу, а дочь-подросток не саботировала бы мои методы воспитания, которые, к слову, очень гуманные и адекватные.

Но, увы. Всё совсем не так.

Прошло два месяца с тех пор, как мы с Темниковым отправили свои заявления о разводе. За это время он ни разу мне не позвонил, но однажды пытался завести диалог по переписке. Разумеется, мужчина был моментально отправлен в чёрный список.

А чего он хотел? После того, как Константин признался, что любит другую, он перестал быть моим мужчиной. Он стал чужим человеком, с которым нас хоть и связывает многолетнее прошлое.

Я не собираюсь вести себя так, словно между нами ещё что-то осталось. Нет. Формальное общение, холодное, безразличное – всё, на что он может рассчитывать.

Поднимаюсь с кушетки, вытираю с живота гель для ультразвуковой диагностики, одеваюсь и выхожу на улицу.

Поздняя осень в скором времени сменится зимой. Несмотря на то, что сейчас вторая половина ноября, снега совсем нет. Стоит довольно тёплая погода, светит солнце, кое-где даже зеленеет трава.

Первый раз на моей памяти такой тёплый ноябрь. Наверное, это очень символично. Если бы стояли морозы, я бы наверняка терзала себя переживаниями гораздо сильнее. А так… Солнце и тепло словно говорят о том, что всё будет хорошо. По крайней мере, мне хочется в это верить.

***

Подъезжаю к зданию суда. Машина Темникова уже стоит здесь. Как и сам он. В руках – большой букет цветов. Белые лилии. Вспомнил, надо же…

Будущий бывший уверенно направляется ко мне, однако я прохожу мимо, даже не глядя на мужчину.

Сердце заходится в бешеном ритме. Изнутри меня раздирает боль, но внешне я выгляжу спокойно. Привыкла держать эмоции при себе…

Видеть не хочу этого мерзавца! Зачем он притащил с собой чёртовы цветы?! Что он хочет этим сказать?

– Привет, Настя. Хорошо выглядишь, – хрипит Темников, вставая передо мной и закрывая доступ к входной двери.

Гад! Что ему нужно?!

– Константин Львович, – собираю волю в кулак и делаю голос ледяным, отчуждённым. – Мы не в тех отношениях, чтобы делать друг другу комплименты.

Мужчина хмыкает.

– Ты так думаешь? – перекладывает букет из одной руки в другую.

– Я это знаю. Давайте разведёмся тихо, без скандалов. Я не имею ни малейшего желания с беседовать с чужим мужчиной.

– А я хочу с тобой поговорить, – нахмурившись, хрипит Темников. Видно, что мои слова доставляют ему дискомфорт. – Я понимаю, что ты злишься на меня, но…

– Злюсь? – поднимаю на предателя взгляд, полный безразличия и равнодушия. – Я не злюсь. Мне просто всё равно. Вы поступили так, как считаете нужным. Я делаю то же самое.

– Вот оно что… А Маша? О ней ты подумала? Она скучает по тебе.

Блеф.

– Я звонила дочери. Она не хочет разговаривать. Я у неё в чёрном списке. И я прекрасно знаю, что она легко нашла мне замену в лице Беловой. Видела их в торговом комплексе недавно. Дочь выглядит счастливой, поэтому я не вижу смысла ей мешать. Отойдите с дороги, пожалуйста, – говорю холодно и жёстко, бескомпромиссно.