Мой любимый секретарь или как отвадить босса - Александра Марс

Новый директор нахмурился, полностью развернувшись ко мне, и подобрался, как готовый к прыжку хищник.

— Смотрите, — в пылу азарта не замечая ничего, принялась лихорадочно перетаскивать уцелевшие папки из стеклянного шкафа, вынимая листы один за другим.

Владислав Игоревич подошёл ближе.

— У него был артрит, — говорила я тихо, пока раскладывала поддельные документы, с одной стороны, а документы из папок с другой. — Андрей Петрович никому не говорил, мол, подумаешь, но потом болезнь начала прогрессировать, и писать стало сложнее.

Я ткнула пальцами в несколько бумаг из цветных папок.

— Вот тут, видите? Линии кривые, — выделила ещё пару листов. — Это все подписи, датированные одним днём прошлого года, как и в этих “доказательствах”, и линия должна дрожать, а не быть идеально ровной.

Наклонившись над моим плечом, Владислав Игоревич внимательно всмотрелся. Я невольно отодвинулась, почувствовав его так близко.

— Он скрывал болезнь, — торопливо сказала, стремясь скрыть неловкость, — но ведь можно проверить посещение больниц и свидетельство лечащего врача. Он подтвердит, что на его стадии артрита невозможно выводить такие линии.

— Хм, — директор задумчиво провёл пальцами по подбородку. — Ладно, уже что-то, но этого недостаточно. Суд эти доказательства не убедят.

— Да, конечно. Но смотрите: в этих липовых счетах указаны компании. Следствие считает, что товары и услуги они не поставляли, что это компании-однодневки, так? Но Андрей Петрович заключал договора и субподрядчиками, им на счета выплаты приходили, и есть документы, где заказчики подтверждают факт выполненных работ!

Я говорила торопливо, эмоционально махая руками, проглатывая слова.

— Вы хотите сказать, что мы можем найти доказательства перевода средств и физически выполненной работы…

— За которую был оформлен вычет, да! — от радости едва не снесла со стола подставку.

Владислав Игоревич посмотрел на меня. В его глазах мелькнуло что-то новое, более уважительное.

— Зачем это тебе? — тихо спросил он. — Могла бы просто уйти, получить свои деньги и забыть.

— Во-первых, — я сдула со лба мешающую прядь волос и уже закатывала рукава офисной рубашки, — я уважаю Андрея Петровича, и так оскорблять его не позволю. Во-вторых, этот кошмар ляжет на плечи всех сотрудников, найти работу станет в разы сложнее. А у половины дети, семьи, престарелые родители. Мне тоже, знаете ли, не улыбается ходить с таким пятном на репутации. Я всё-таки на руководящей должности.

— Хм, — усмехнулся директор, — корыстный интерес?

— Ещё какой! — я встала, уперев руки в бока.

Тут мы оба перевели взгляд на шкаф в приёмной, блестящий дверцами через открытую дверь.

Он занимал всё пространство от стены до стены, макулатуры там было немерено.

— Какой самый ранний из счетов в наших поделках? — с осторожностью спросил Владислав Игоревич.

— Шесть лет назад, — кисло сказала я, начиная осознавать, во что влезла. Тут работы минимум до завтрашнего утра!

— Ну что, начнём? — бодро спросил он, направившись к самому началу шкафа.

Тут до меня дошло: я проведу с этим нахалом целую ночь наедине, в закрытом кабинете! Мамочки!

— Эм, Владислав Игоревич…, — поспешила подойти, но тут нога подвернулась, и я вскрикнула, почувствовав, как падаю.

— Оп! — босс подхватил меня на лету, не дав встретиться лбом с полом. Я оказалась прижата к крепкому телу.

— Вы что-то хотели сказать, Ева Александровна? — от низкого, бархатистого голоса по коже побежали мурашки.

Но ответить я не успела, за дверью приёмной раздался крик.

Глава 4

Я отшатнулась, увеличивая расстояние между мной и гендиром. Владислав Игоревич, нахмурившись, уже смотрел на дверь приёмной. Я тоже повернула голову, но больше криков не было.

— Пойду проверю, — он исчез в коридоре. Я осталась одна в пустом помещении и решила не терять времени даром. Ещё бы щёки так не горели!

Последовательно вынула все документы из шкафа и разложила их по порядку, чтобы было удобней искать. Начала разбирать первую стопку и не поверила своей удаче! Нужная бумажка лежала сверху. Я радостно вскликнула.

— Хорошие новости? — Беленский вернулся бесшумно.

— Нашла! — обернулась, подпрыгнув. — Одну из, но уже хоть что-то. А у вас что?

— Ничего серьёзного, — отмахнулся гендир, жадно шаря глазами по чёрным буквам и цифрам. — Это оно? Если так пойдёт и дальше, мы даже успеем пару часов поспать дома, — воодушевлённо сказал он.

Сглазил. Как есть, сглазил, потому что везение на этом и закончилось. Мы перелопачивали папку за папкой, листок за листком, но ни нужных счетов, ни актов больше не попадалось.

Постепенно бумаги укрыли белым ковром оба стола в приёмной и кабинете, нам пришлось перейти на пол. Рабочий день уже давным-давно закончился, за окном была ночь.

Моя рубашка безнадёжно помялась.

— Когда разберёмся с этим, — Владислав Игоревич закатал рукава и расстегнул пару верхних пуговиц. — первым делом куплю сюда диван.

Я бросила взгляд на два листочка, которые мы бережно сложили в углу. За четыре часа отыскалась ещё только одна нужная бумага.

— Почему, — Беленский взял очередную пачку макулатуры, — это всё не в электронном формате?

— Андрей Игоревич… ох… — я попыталась встать, но поняла, что ноги затекли, — не доверял электронике. Говорил, он старовер.

— Теперь из-за этого мы вынуждены корячится тут! — внезапно раздражительно выплюнул гендир.

Я возмущённо сжала губы.

— Зато мы можем найти доказательства, а то стёрли бы файл и тю… — заступилась я за бывшего шефа, пережидая, пока онемение отпустит вторую ногу.

Владислав Игоревич раздражённо выдохнул. С каждым часом его движения становились порывистее, а лицо мрачнее. Сегодня сотрудники шли вереницей, оставляя заявления на увольнения, и фирма пустела на глазах.

— Что случится… — я запнулась, собираясь с духом. — Что случится, если мы не найдём всех нужных бумаг?

— А как вам кажется, Ева Александровна? — ядовито поинтересовался гендир. — У меня будут большие проблемы.

— Я имею в виду, тот звонок налоговику, — ногу, наконец, отпустило, и стоять стало гораздо удобнее. — У вас ведь есть влиятельные друзья, неужели они не помогут?

— Не получить восемь лет тюрьмы, вы имеете в виду? — злобно усмехнулся гендир.

— Доказать, что вы невиновны, — строго ответила я.

С каждой минутой атмосфера в кабинете становилась тяжелее, и я тысячу раз пожалела, что предложила помощь. Никита уже написал несколько взволнованных сообщений. Вот чем я занимаюсь, вместо того, чтобы проводить вечер со своим женихом?

— Даже если у меня есть друзья, я не буду их в это втягивать, — Владислав Игоревич швырнул бумаги, которые держал в руках, на пол. — Сейчас глаза сломаются. Ну Петрович, старый дурак, удружил!

Я дёрнулась, чувствуя, как возмущение моментально вспыхивает внутри.

— Попрошу вас не оскорблять его! — выкрикнула, не успев подумать. — С какой стати вы себе такое позволяете?!

Беленский резко повернул голову в мою сторону. Я запоздало подумала, что надо