Горелое озеро - Евгения Федотова

Сережка, какая полноводная раньше была река! – с горечью заметил Дмитрий Николаевич. – Нам здесь даже с вожатыми не разрешали купаться. Течение сносило так, что только опытные пловцы могли реку переплыть. Да и то не ровно по прямой переплывали, на метров пятьсот ниже по течению выбирались на берег. Мы с мальчишками иногда хулиганили: сбегали к реке втихую от вожатых, но чаще всего не купались, а в войну играли. Тут недалеко еще дзот был. Как же он мне нравился! Вокруг простор: река шумит, пшеница колосится, солнце палит, а ты сидишь в прохладном дзоте и наблюдаешь за противником из узких окошек. Как сейчас помню сладковато-сырой запах влажной земли. При входе обычно еще сыроежки или маслята росли. А сейчас уж, наверное, этого дзота и в помине нет.

Дмитрий Николаевич пристально смотрел в поросшие ивняком берега, пытаясь разглядеть что-то знакомое. И вдруг он радостно вскрикнул и потянул за собой внука:

– Сережка, нашел! Вон он, наш дзот! Айда смотреть! Значит, и до озера доберемся потом. От дзота-то я уж точно к нему дорогу найду.

Показав оборонительное сооружение с узкими, густо заросшими мхом амбразурами, дед повел Сережку в сторону леса. Пройдя сквозь кряжистые деревья с причудливо вылезающими из песчаной почвы корнями, путники вновь оказались в прохладном сосняке. Вдали за желто-коричневыми стволами деревьев показался высокий решетчатый забор.

Дедушка подвел внука к забору и присвистнул. Метрах в тридцати за оградой начиналось то самое Горелое озеро. Вокруг него – благоустроенная полоска пляжа с расставленными пластиковыми лежаками.

– Ты смотри, – протянул Дмитрий Николаевич, – и здесь частная собственность, етить ее налево… Ничего народного не осталось. Как место хорошее – так все себе забирают. И наверное, еще и бесплатно. Ладно, мы нашли что хотели, давай к дому направляться. А то уже скоро темнеть начнет. И холодает сильно. Даже в лесу ветер чувствуется.

– Дедушка, – Сережка дернул Дмитрия Николаевича за рукав, – смотри, вон калитка. Давай попробуем туда зайти? Ты ведь говорил, что грибов больше всего у озера растет? И про клад ты что, забыл?

– Так там замок висит, видишь? Хотя вроде приоткрыто. Давай попробуем. Погуляем у озера и обратно. Хочу понять все-таки, почему оно Горелым названо.

Посреди озера шли широкие круги. Дмитрий Николаевич с радостью сообщил внуку, что так дышит рыба, которая может обитать только в очень чистых водоемах. Вдали виднелась деревянная беседка с двумя кормушками для птиц. Дедушка и внук дошли до нее, присели передохнуть и доели взятые с собой бутерброды. Чая в термосе осталось совсем немного, хватило только Сереже. Пока мальчик заканчивал трапезу, дедушка незаметно вытащил из кармана куртки принесенный с собой почерневший от времени царский серебряный рубль и положил его под вылезающий из земли корень. Через пару минут счастливый возглас Сережки, нашедшего клад, гулким эхом разлетелся над озером.

После бурного обсуждения и бесплодных попыток найти еще один клад дедушка с внуком стали собираться домой.

– Вот зараза, телефон разрядился! – с досадой воскликнул Дмитрий Николаевич. – Не нужно было мне, старому дураку, карты и навигатор смотреть. Все равно здесь нормально не загружается ничего. А нам еще такси вызывать. Ладно, давай выбираться, встретим кого-нибудь в ближайшем поселке, попросим такси нам с тобой вызвать. Погоди, малыш, а мы через эту калитку входили?

Сережка утвердительно закивал.

– Постой, ничего не понимаю, – пробормотал Дмитрий Николаевич, дойдя до калитки, – так она закрыта. А замок ведь открытым был. Что за шутки такие? Давай обойдем вдоль забора, вдруг мы все-таки в другом месте зашли.

Однако со стороны реки никаких калиток не было. Дмитрий Николаевич уже решил обойти весь забор по периметру, когда из-за беседки их окликнул невысокий плотный мужчина в коричневой ветровке. Дмитрий Николаевич с радостью поспешил навстречу.

– Вы представляете, – взволнованно начал он, – хотел показать внуку места своей молодости и сам не понял, как оказался заперт. Помогите нам, пожалуйста, выбраться. А тут еще как назло телефон разрядился. Вы, наверное, хозяин этого участка, да?

Мужчина приветливо улыбнулся:

– Да нет, что вы. Этот участок принадлежит лечебнице. А это наша зона отдыха, так сказать. Летом здесь купаются. Пойдемте, покажу вам наши угодья, раз вы здесь когда-то давно лето проводили. Вам, кстати, так до города гораздо быстрее будет, чем со стороны реки.

– Вот спасибо! – обрадовался Дмитрий Николаевич. – Значит, на месте лагеря больницу построили? Я просто не там искал сначала. Позабыл уже – полвека здесь не был. Думал, что дома и коттеджи понастроили. А вы по какому профилю лечение оказываете, кстати?

Между спутниками завязалась долгая беседа с упоминанием каких-то незнакомых Сереже мест и имен. Малышу стало совсем скучно. Он устал, натер ногу и очень хотел домой. Вместе с дедушкой и его новым знакомым они вышли из соснового бора, прошли через просеку, поросшую орешником, и увидели низкие желто-салатовые домики. Их проводник долго показывал им какие-то постройки, прежде чем они вместе зашли в одноэтажное кирпичное здание. За разговором хозяин налил гостям вкусного сладкого чая с незнакомым пряным ароматом, угостил их круглыми мятными пряниками с белой сладкой глазурью и вышел из комнаты.

По телу стало разливаться тепло. Уставшие ноги стали мягкими и непослушными. Сережа видел, как дедушка замахал головой и попытался подняться со стула, но потом его лицо почему-то стало совсем нечетким и вообще расплылось. Вместо дедушки перед глазами появились шляпки скользких маслят и густой зеленый мох.

* * *

На следующее утро Сережу нашли спящим на остановке в незнакомом городе. Несмотря на сильный испуг, ребенок смог четко назвать имя, фамилию и родной город. Полдня он провел в местном участке полиции с девушкой-следователем, пока за ним не приехали сходящие с ума от страха и переживаний родители.

От места, где нашли ребенка, до их родного города было около ста километров. А про Дмитрия Николаевича больше никто ничего не слышал.

Глава третья

Эдуард сидел в машине и барабанил пальцами по рулю. Алины с Сережкой не было почти полтора часа. Консультация врача должна была давно закончиться. А совсем скоро назначенный прием у следователя. Конечно, никаких надежд не было: три предыдущие встречи результата не принесли, но все же… Должна же быть какая-то разгадка у этой мутной истории. Такое впечатление, что отец просто растворился.

Эдуард устал нервничать и без конца вздрагивать при виде незнакомого номера