Любовный капкан - Алексия Романова

Долго искать не пришлось: Ингу он приметил еще по ее работе в эскорте, услугами которого пользовался регулярно. Уже тогда, отметив сногсшибательный для Алексея типаж, он задумался о том, как можно было бы это использовать. И решение пришло будто само собой. Плюсом было и то, что Инга, внешне веселая и покладистая, в глубине души тяготилась своим образом жизни, но огромные долги, оставленные бывшим мужем, горе-бизнесменом, держали ее кандалами.

Он навел справки о девушке и выяснил, что помимо внушительных финансовых проблем, у нее были где-то в глуши пожилые родители-пенсионеры, свято уверенные, что дочь благополучно пристроена в приличном и респектабельном браке. Это многое упрощало — в случае излишней болтливости Инги по поводу поступившего предложения им на стол легли бы фото запредельно откровенного содержания. Учитывая перенесенный инфаркт отца Инги и слабое здоровье матери, информация могла стать для них фатальной.

На первый взгляд все складывалось как нельзя лучше. Но Мирона все равно грыз червячок сомнений: а что, если Лешка не решится по-мужски глянуть на волоокую статную красавицу? Про предупреждения тестя Богданов был в курсе, и, как сильно подозревал, это было основной причиной фактически лебединой супружеской верности приятеля.

Оставалось уповать на женские чары Инги, ее хватку и отчаянное желание вылезти из той темной дыры, в которую ее загнала жизнь.

Глава 6. Ната Маратовна. Совет

Для Наты Маратовны секретом чувства Мирона не являлись: давно приметив горячие взгляды, которые исподтишка Богданов кидал на ее дочь, она мудро рассудила, что такой союзник ей полезен, а с его притязаниями можно разобраться и потом. "Императрица" охотно принимала Богданова и мастерски создавала у него иллюзию близости, допуская четко взвешенную долю откровенности с ним.

Вот и сейчас, раскладывая пасьянс в роскошной гостиной, отделанной помпезной позолотой и обставленной мебелью в стиле "рококо", она мрачно улыбалась, понимая, что Мирон, мягко поощряемый ею к решительным действиям, явно что-то придумал.

Не прошло и часа после ее разговора с Богдановым, как его лексус уже въезжал в ворота поместья Зариновых. "На крыльях что ли его несло по московским пробкам? — мысленно удивилась Ната Маратовна. А вслух, оправив роскошное домашнее платье и поспешив навстречу заходившему Мирону, принялась приветливо и чуть кокетливо пенять за редкие посещения и невнимание к ней, "забытой всеми пожилой женщине". Мирон в ответ полушутя-полусерьезно уверял в своей абсолютной преданности и почтении. Но острый взгляд Наты Маратовны поверх доброжелательной улыбки нетерпеливо сканировал довольное и чуть возбужденное лицо собеседника.

Пока вышколенная прислуга сервировала крошечный французский столик для кофе, в гостиной шла светская беседа "про погоду", про общих знакомых. И только дождавшись, когда они остались одни, Мирон многозначительно замолчал. Отхлебнув с изящной чашечки вкуснейший кофе, он картинно нахмурился и произнес:

— Уж не знаю, Ната Маратовна, казнить будете или миловать, но натворил я делов, кажется.

— Ну-ну, Мирошенька, не горячись, что случилось?

— Да как сказать… — Мирон деланно помялся. — Пообещал Мариночке найти хорошую горничную, хотел угодить. Подобрали в агентстве, да хорошо, что заехал посмотреть на кандидатуру. Не поверите — бывшая эскортница! Откуда знаю — не спрашивайте…

Ната Маратовна, на этих словах чуть хрипло рассмеявшись, погрозила пальцем собеседнику. Тот, сделав вид, что не заметил шутливой издевки, скорбно продолжал:

— А времени в обрез, Диля уже скоро уходит, не сегодня-завтра, что делать — ума не приложу. Не пускать же эту особу в дом Мариночки, сами понимаете… Не знал, уж простите….

"Экий хитрец, — мысленно усмехнулась Заринова. — Думает свалить с себя ответственность в случае удачи и выйти чистеньким. Глупый мальчишка… Ну да ладно, подыграем".

— Мне кажется, ты слишком близко к сердцу принимаешь и просьбу Марины, и кандидатуру этой, как ее там зовут? Инга? Горничной. — посерьезнев, медленно проговорила Ната Маратовна. — Я не сомневаюсь в чувствах Алексея к жене. И тебе не советую. Прошлое пусть будет прошлым. Девочка хочет начать честную трудовую жизнь, а ошибки есть у каждого. Пусть работает. А чтобы тебе было спокойнее — пришли ее ко мне. Я ее проинструктирую, недельку поработает в нашем доме, поучится порядкам, и если не заслужит нареканий — что ж, отправим ее вместо Дили.

Мирон потрясенно слушал. Он не сомневался в поддержке Наты Маратовны, но выходило даже лучше, чем он мог предположить, летя с новостями сюда.

Помолчав, Заринова тихо спросила:

— Она красивая?

— Да, — выдохнул Мирон. Высокая блондинка…

Собеседница задумчиво кивнула.

— Пришли ее сюда. И пусть оденется попроще, держится скромно. А дальше уже моя забота.

Глава 7. Алексей. Новый год к нам мчится…

Новый год был любимым праздником Алексея. Он в глубине души оставался тем же маленьким мальчиком, который когда-то верил в бородатого волшебника и его красавицу-блондинку внучку. Вечерело, хлопьями падал красивый декабрьский снежок. Москва уже одевалась в яркие гирлянды, светящиеся шары и нарядные елки, и от этого настроение было праздничным и приподнятым.

Домой не хотелось — атмосфера большого блестящего города влекла сильнее, чем тихий домашний уют загородного особняка. Но Марина одолевала звонками — к ужину ждали Артура Сергеевича и Нату Маратовну. Поскольку молодые сам Новый год традиционно встречали в роскошном ночном клубе или за границей, родители по-хозяйски приезжали в гости "проведать" их примерно за неделю до него.

Эти семейные посиделки Алексей на дух не выносил. Они напоминали ему плохо скрытые инспекции, а напутствия, которыми буквально обременяли "молодых" тесть и теща, вызывали злость и раздражение бестактностью и высокомерием. Особенно невыносимой была Ната Маратовна. Ее бесцеремонные и ядовитые замечания по поводу его финансовой и мужской несостоятельности доводили его до "белого каления". Но Марина была покорной дочерью: родителей обожала, ничего предосудительного в их поведении не видела и потому заступаться за мужа была не намерена. Алексею приходилось делать вид любезный и приветливый, хотя иногда хотелось выскочить из-за роскошного праздничного стола, прыгнуть за руль новенького порше и уехать куда глаза глядят. Его родителей на подобные семейные ужины никто не ждал и не приглашал — клан Зариновых, в который помимо тестя и тещи, входила многочисленная ближняя и дальняя родня, сразу дал понять, что они чужаки, и среди них им не