Джоанна Беррингтон - Чувства минус расчет

Ознакомительный фрагмент

Секретарша пошелестела страницами ежедневника и сказала, что примерно через час собирался зайти Джеймс Бартон, обсудить какой-то вопрос...

Через двадцать минут Кэролайн уже входила в двери высотного офисного здания. Именно здесь на двадцать втором этаже заседало руководство фабрики сладостей «Ваниль и Шоколад». Направляясь от лифта к личному кабинету и кивая по пути подчиненным, мисс Доннели мысленно прокручивала в голове вчерашний вечер. Что, интересно, сказала мама гостям, когда она сбежала? Если, конечно, в объяснениях была необходимость. Вполне могло статься, что никто и не заметил ее отсутствия...

В последнем она напрасно сомневалась. Явившийся чуть позже Джеймс Бартон жизнерадостно сообщил, минуя приветствия:

– Свечки на торте пришлось задувать без тебя. Лично я загадал, чтобы доходы нашего предприятия выросли в два раза. Как голова? Не болит?

– Уже прошла, – отозвалась Кэролайн, сделав вывод, что мама списала ее уход с праздника на мигрень. – А вчера просто раскалывалась...

– Странно, – заметил Джеймс, облокотившись на стол, за которым сидела сестра его жены, и глядя ей прямо в глаза.. – Джуди про головную боль даже не заикалась. Сказала, у тебя проблемы с желудком.

Он выдержал многозначительную паузу и продолжил:

– Признайся, это же вранье, да? Ты просто наплевала на гостей и ушла домой, так ведь?

Мисс Доннели выругалась про себя. Все-таки подловил ее на лжи! Как глупо... Но она сделала вид, что не заметила иронии в его словах. Вместо этого предложила перейти к делам.

Работать бок о бок с бывшим любимым первое время было тягостно. Причем несостоявшийся жених вел себя, как ни в чем не бывало – шутил, веселился, улыбался и постоянно пытался залезть в душу. Как будто не он расколотил сердце Кэролайн вдребезги, бросив ее ради сестры! Что еще больше убедило ее в том, что мужчины в основной массе – подлецы. Но со временем у нее словно выработался иммунитет на Джеймса, и она научилась вести себя так, как будто между ними никогда ничего не было.

– Ладно, вижу, ты неразговорчива. – Мистер Бартон, похоже, смирился, что продолжения беседы не будет.– Я хочу тебя кое с кем познакомить. Ты слышала что-нибудь про рекламное агентство мистера Джонсона?

Кэролайн сделала неопределенный жест рукой.

– Так вот, Уильям Джонсон сидит сейчас в твоей приемной, – сказал мужчина. – И вот почему... Мы давно не проводили широкомасштабных рекламных акций. А конкуренты времени зря не теряют. Последний опрос покупателей в супермаркетах Нью-Йорка показал, что слово «сладости» у них ассоциируется в первую очередь с торговой маркой «Сладкая жизнь», а «Ваниль и Шоколад» всего лишь на четвертом месте...

Мисс Доннели внимательно слушала Джеймса, согласно кивая. Она и сама подумывала о том, что пора бы запустить рекламную кампанию.

– И если мы сговоримся с Уильямом, то не прогадаем, – мужчина так увлекся, что начал активно жестикулировать, рискуя сбить со стола начальницы подставку для карандашей или телефон. – Его агентство может разработать пару роликов для телевидения, придумать какой-нибудь небанальный слоган, провести акцию... Да все что угодно! Кстати, он мой давний друг, вместе учились в колледже...

– Это меня не интересует, – перебила мисс Доннели. – И, пожалуйста, не размахивай руками. А насчет рекламы... Идея своевременная. Но почему мистер Джонсон явился сюда лично? Разве у него нет агентов для таких случаев?

Джеймс хитро улыбнулся:

– Я полагаю, он рассчитывает на долгосрочное сотрудничество. Поэтому и пришел сам, чтобы обговорить все нюансы. Так ты его примешь?

Кэролайн не возражала. Мистер Бартон выскочил за дверь и через минуту вернулся в сопровождении высокого мужчины в светло-сером костюме.

– Добрый день. Меня зовут Уильям Джонсон, – представился вошедший.

Мисс Доннели неосознанно поправила прическу и встала из-за стола, протягивая руку для приветствия. Ладонь мужчины была сухой, а рукопожатие выдавало человека, уверенного в себе. Он дружелюбно улыбнулся, блеснув ровным рядом белоснежных зубов, и Кэролайн подумала, что ему с такой внешностью самое место в Голливуде.

– Очень приятно. Вон на том стуле вам будет удобно, – проговорила она, предложив мистеру Джонсону присесть, и тут же осведомилась: – Что-нибудь выпьете?

– Если можно, стакан воды со льдом, – отозвался тот, доставая какие-то бумаги из дипломата.

Кэролайн передала заказ секретарше, села на место и приготовилась внимательно слушать. Тут же расположился Джеймс, листая принесенные другом документы.

– Необходим свежий взгляд. Нужна хорошо продуманная рекламная кампания, – говорил Уильям Джонсон, показывая мисс Доннели какие-то графики и чертежи. – «Ваниль и Шоколад» существует больше двадцати лет, следовательно, можно говорить о традициях. Но в то же время вы применяете в производстве новые технологии. Поэтому логично подвести покупателя к мысли, что сочетание традиции и инноваций делает сладости производства вашей фабрики самыми лучшими. Самыми сладкими, если хотите...

Кэролайн слушала и вглядывалась в лицо говорившего, ловя себя на мысли, что он сам похож на героя рекламного ролика. Такой же успешный, красивый... Опрятная прическа, ухоженные руки, дорогой костюм – ее посетитель словно сошел с обложки журнала мужской моды.

И вдруг она с грустью подумала, что на нее никогда не посмотрит такой мужчина. Рядом с ним легко можно представить длинноногую красотку – актрису или фотомодель. А ее удел – бизнес. Цифры вместо чувств.

Кэролайн потерла пальцами виски. В голову лезут такие глупости! Конечно, предалась вчера воспоминаниям, сидя одна в комнате-музее и разглядывая старые фотографии. Вот и нагрянули сентиментальные мысли. Нет, надо вернуться с небес на землю.

– Так вы считаете, наш бренд устарел? – бодро поинтересовалась Кэролайн, стараясь воспринимать сидящего рядом привлекательного мужчину только как партнера по бизнесу.

– Ну... скажем так, наши дизайнеры готовы доработать его, сделать более современным...

Обсудив возможное сотрудничество, мистер Джонсон убрал бумаги в папку и поднялся, собираясь покинуть кабинет владелицы «Ванили и Шоколада». Джеймс взглянул на часы и внезапно заторопился к выходу, скомкав прощание.

Оставшись наедине с Уильямом, Кэролайн протянула ему руку и уже открыла рот, чтобы сказать подобающие для этого случая слова – о взаимовыгодных партнерских отношениях, удачной сделке... Мужчина взял ее ладонь, через секунду отпустил, но мисс Доннели так и застыла с открытым ртом. Вроде бы это было обычное рукопожатие, но... Кажется, он задержал ее руку в своей. Не намного, но все же чуть дольше, чем это положено этикетом. И сжал вроде бы чуть сильнее, чем это принято в подобной ситуации.