Мэри Хеммил - Один поцелуй

— Резонно, — согласилась она. — Почему бы тогда тебе не оказать мне любезность и не вернуться туда, откуда приехал?

— Почему это должен делать я? — ухмыльнулся Кон. — Я первым оказался здесь.

— Черт тебя побери, Кон. Это не игра. Я говорю серьезно. Нам обоим не доставляет удовольствия видеть друг друга. Если ты джентльмен, то уедешь!

Пару секунд он как бы обдумывал ее предложение. Сабина права: никто из них не был в восторге от этой встречи и их пребывание здесь может помешать другим. Но мысль снова попасть в цепкие лапы Оливии приводила в ужас. Нет, он сможет справиться с ситуацией, умерить ее враждебность.

— Прости, дорогая, — сказал Кон грустно. — Но не тебе ли знать, какой из меня джентльмен. Тебе вовсе не обязательно оставаться здесь. Уверен, что родственники с пониманием отнесутся к твоему отъезду. Ты же всегда можешь вернуться к матери.

— Чтобы все решили, что я испугалась тебя? Ни за что на свете, Конрад Ньюман! Я как-нибудь потерплю твое присутствие здесь.

— Как хочешь, дорогая. Всегда к твоим услугам.

Сабина презрительно посмотрела на него.

— Если так, то, по крайней мере, прояви такт и поживи в доме Тейна и Тома.

— Зачем? Чтобы мы не натыкались друг на друга, когда ты будешь выходить из комнаты? — поддразнил он ее. — Боишься снова влюбиться в меня?

— Не дождешься, — возразила Сабина с резким смешком. — Все в прошлом, ковбой. Так что если будешь околачиваться поблизости в надежде пробудить старые чувства, то только потеряешь время.

2

Когда все члены семьи Брайони собирались к обеду, то сдвигались вместе два стола и приносились все стулья, какие только имелись в доме. И даже в этом случае сидеть было тесно. Невозможно было повернуться, чтобы не задеть рядом сидящего человека. К тому же стоял жуткий гвалт — разговаривали все разом, перебивая друг друга. Но Сабине это нравилось.

Когда она приезжала сюда школьницей, народу было поменьше. В те времена здесь жили только Шэд, Том, Тейн и Чолли, тогда еще все холостые. И конечно же Элис, которая хлопотала над ними, помогая Шэду поднимать всех на ноги после смерти родителей.

Для Сабины, у которой не было родных братьев и сестер, каждый приезд на ранчо был событием. И больше всего она любила обеденное время. Дом славился гостеприимством, и всем находилось место за столом. Как говорится, в тесноте, да не в обиде.

Видя вокруг смеющиеся лица кузенов и кузин, племянников и племянниц Сабина радовалась, что все осталось по-прежнему. В семье сейчас было пятеро детей разного возраста, — и когда они все успели появиться? — от шестнадцатилетнего сына Тейна и Мэри, Дика, до Энни, дочери Тома и Адды, которой на Рождество исполнится три года. Все были близки друг другу и потешались над проделками малышей, особенно маленькой Энни. Не отставал и Кон, бросая на нее нежные взгляды.

Из-под опущенных ресниц Сабина наблюдала, как он откровенно заигрывает с трехлетней крошкой. Да, он ничуть не изменился — чертовски обаятелен и знает это. И ему все равно, кто перед ним — маленький ребенок или восьмидесятилетняя старуха. Все его кузены обзавелись семьями и счастливы. Он же и не думает жениться. Да, Кон умеет ладить с детьми. Но вот пройдут каникулы, и он вернется к своей беззаботной холостой жизни. Это ее раздражало. Как хорошо, что она уже переболела им.

Сидя на противоположном конце стола, Сабина пыталась не обращать на Кона внимания, но заливистый смех Энни и других детей делал это невозможным. Натужно улыбаясь, она видела, как он чмокнул малышку в щечку, и вот уже его глаза смотрят на нее.

Сердце в груди забилось так сильно, что стук эхом отдался в ушах. Проклятье! — мысленно возмутилась Сабина. Как это ему удается? Она нарочно села как можно дальше от него, но его порочные, всезнающие глаза буквально пригвоздили ее к стулу. Сабина почти физически ощущала, как он раздевает ее взглядом, лишая воли и разума.

Так, значит, тебе по-прежнему нужна я, решила Сабина. Ну что же, посмотрим, что из этого выйдет.

Кон не спускал с нее глаз, и ему было все равно, что это заметили другие.

Чолли постучала вилкой по стакану.

— Внимание, внимание, дайте мне сказать! — попыталась она перекричать стоявший за столом шум. — Я хочу кое-что вам сообщить.

— О Господи, началось… — простонал Тейн, покачивая головой. — Она придумала новое имя для ребенка. Ну, что на этот раз? Персиваль или Ланселот?

— Горячо, Тейн, горячо, — сказала Чолли под общий хохот. — Они звучат лучше, чем Джо или Гарри.

Озадаченный, он постарался понять, что сказала сестра.

— Ты собираешься дать ребенку сразу два имени.

Глаза Чолли хитро блеснули. Она взяла сидящего рядом мужа Майкла за руку, сжала ее и улыбнулась:

— Нет, мы дадим каждому ребенку свое имя.

На мгновение за столом воцарилась тишина. Все замерли от изумления. А когда осознали значение слов, вскочили со своих мест.

— Неужели близнецы? — прошептала изумленная Сабина. — У вас будут близнецы?

Бетти, врач по профессии, сразу же забросала ее вопросами:

— У тебя все в порядке? Ты регулярно бываешь на приеме у своего доктора? Что он говорит о твоей работе на ферме?

— В самом деле, не лучше ли тебе бросить работу? — спросил Шэд строго. — Бетти, например, четыре месяца пролежала в постели перед родами. Ты соблюдаешь предписания врача?

— Ну да. Впервые в жизни я им следую, — засмеялась Чолли. — Майкл следит за этим. И конечно, я бываю на приеме у врача и не работаю начиная с будущей недели. Дайте передохнуть немного, я вам расскажу все.

Элис, которую буквально распирало от гордости, подала шампанское и обещанный торт. Незаметно обед превратился в вечеринку. Скоро шампанское было выпито, торт съеден, но они продолжали сидеть за столом и болтать обо всем на свете: начиная с самых невероятных имен для малышей и кончая тем, в какой колледж они пойдут, когда вырастут.

— Меньше всего нас сейчас волнует колледж, — рассмеялась Чолли. — Важнее то, где мы разместим детей, если родятся мальчик и девочка. У нас в доме только одна свободная комната.

— Это легко устроить, — отозвался Кон. — Я могу подготовить чертежи перестройки дома.

— Но ты же на отдыхе. Мы не хотим его тебе испортить.

— Вы не можете отказать, если я этого хочу, — убеждал он будущих родителей. — Считайте это моим подарком новорожденным.

Чолли заколебалась и вопросительно посмотрела на мужа, который счел своим долгом сказать:

— Большинство ограничиваются плюшевым медвежонком. Ты уверен, что хочешь этого?

— Я бы не предлагал, если бы не был уверен. В любом случае я не собираюсь сидеть здесь целый месяц и плевать в потолок. Да я с ума сойду без дела!