Энн Вулф - Прекрасный цветок

— Ева, Ева, что с вами? — Норду показалось, что на нее вновь нашло оцепенение, порожденное осознанием того, что она сама едва не стала частью легенды.

— Не волнуйтесь, все нормально. Мне кажется, вы хороший человек. Ваши замечательные глаза подтверждают это. Таких глаз не бывает у жестоких людей, как кажется мне. Я, правда, не слишком хорошо разбираюсь в людях, но предпочитаю им верить. Думаю, мы могли бы стать друзьями, но, к сожалению, завтра я улетаю назад, в Австралию. Но если вы захотите меня навестить, я с удовольствием приму вас в своем доме, Норд.

Ева старалась говорить спокойно, но внутри нее росло странное волнение, связанное с человеком, спасшим ее. Она вдруг поняла, что не хочет расстаться с ним так просто, как с приключением, которое больше никогда не войдет в ее жизнь. От него исходило тепло, то тепло, которого ей так не хватало в последнее время. Ева поправила растрепавшиеся волосы.

— Правда, Норд, приезжайте.

От Норда не ускользнуло волнение в ее голосе.

— Я обязательно найду время и приеду, Ева. Однако сейчас мы должны выбраться из леса, чтобы пассажиры желтого автобуса, во главе с Артуром, не сошли с ума от страха за вашу жизнь.

— Ну слава тебе, Господи! — с облегчением вздохнул Артур Марвин, увидев парочку, выходящую из леса. — Слава тебе, Господи! И спасибо тебе, Норд! — Он подбежал к девушке и окинул ее озабоченным взглядом. — С вами все в порядке?

— Все замечательно. — Ева даже не заставляла себя улыбаться, неосознанная радость сама выливалась наружу, заставляя светиться ее лицо. Жуткое приключение было позади, какое-то странное смутное чувство заставляло ее по-иному видеть жизнь. — Я заблудилась в лесу, но мне помогли выбраться. Простите, что заставила вас так волноваться.

— Да уж. Я, честно говоря, места себе не находил. Такое произошло со мной впервые за время работы на Герон Айленде. Предложение полюбоваться видами, мисс Дэвис, не подразумевало, поход в лесные дебри. В следующий раз я сообщу об этом всей группе.

— Надеюсь, что в следующий раз ваш желтый симпатяга окажется более стойким, — отпустила колкость Ева.

— Не обижайтесь, просто я действительно ужасно испугался из-за вашего отсутствия. Но все хорошо, что хорошо кончается. Автобус ждет нас. Пора возвращаться.

Она сейчас уедет… Норду стало грустно от этой мысли. Может, я больше никогда не увижу эту милую странную девочку, обладающую удивительной способностью смотреть прямо в глаза и открывать этим взглядом то, что спрятано от остальных.

— Послушайте, Ева, здесь недалеко стоит моя машина. Если вы хотите, я сам могу отвезти вас в гостиницу. Думаю, поломок по дороге не будет. Сиденья мягкие, курить разрешается. Когда приедем — любая выпивка на ваш вкус. За мой счет, естественно.

Артур, услышав эту тираду, с трудом удержался от смеха и, надо сказать, был весьма удивлен: он ни разу не видел, чтобы Норд Бойл ухаживал за девушкой. Все знали Норда как человека твердого, надежного, общительного, но интерес к противоположному полу — это, определенно, будет неожиданностью для всех его знакомых. Что ж, подумал Артур, значит, жителей острова ожидает небольшой сюрприз.

— Ну, так что же, Ева, вы поедете со мной?

Блестящий синий взгляд ответил ему выразительнее всяких слов.

— С большим удовольствием, Норд.

В машине Норда оказалось действительно уютно: мягкие сиденья были обиты приятной на ощупь коричневой тканью; на спинках передних кресел висели деревянные массажеры, приятно расслабляющие спину; под ногами лежал зеленый каучуковый коврик; на чистом прозрачном стекле висел странный меховой человечек, на редкость удачно вписывающийся в обстановку внутри машины.

— Что это? — Ева тонкими пальцами прикоснулась к пушистой фигурке. — Кто-то подарил его вам на счастье?

— Да. Один из профессоров института, в котором я когда-то учился. В каком-то африканском племени это покровитель дорог и путешественников. У меня ни разу не было дорожных «приключений», возможно, благодаря моему мохнатому другу. — Норд ласково погладил человечка.

— Вы суеверны? — Ева не раз спорила на эту тему с Фрэдом, который высмеивал ее, как он считал, нелепую веру в силы, которые могут помочь, а могут и навредить человеку. «Зачем усложнять и без того запутанную жизнь подобными измышлениями?». Вновь волной всколыхнулась боль — и как только ей удалось забыть о нем хотя бы на короткое время?

— Скорее да, чем нет. Человек может не видеть тех, кто незаметно меняет его жизнь к лучшему, либо, наоборот, делает ее невыносимой, но он не может не чувствовать их, я уверен в этом. Что это — положительная или отрицательная энергетика, потусторонние силы, коллективная память о древних верованиях — я не знаю. Но это влияет на нас, не дает человечеству стоять на месте, опускает в бездну, а затем поднимает до небес, — и так будет всегда, пока жив хотя бы один представитель рода человеческого.

Ева молчала, пораженная сходством их взглядов и искренностью его убеждений. Затосковавшая душа снова наполнялась теплом! Странное чувство: точно песочные часы. Перевернутая воспоминанием о Фрэде, душа выпускала из себя тепло и наполнялась горечью, но, вновь перевернутая словами Норда, наполнялась теперь радостным волнением.

— А как думаете вы, Ева? — Норд решил нарушить затянувшееся молчание.

— Вы удивитесь, но мое мнение полностью совпадает с вашим. Такое ведь редко бывает, правда? А еще меня поражает ваша искренность. Вы всегда так откровенны с незнакомыми людьми?

— В наше время откровенность приравнивают в лучшем случае к наивности, в худшем — к глупости. Большинство людей считает, что надеть на себя маску — лучшая защита от жизненных бурь. Мало того, они уверены в том, что эта так называемая «сложность» характера выделяет их из толпы «простаков», делает выше людей и обстоятельств. Кто-то задыхается в этом клубке лицедейства, но уже не может вырваться из него, а кому-то подобная жизнь кажется необычайно интересной, наполненной истинным смыслом. Мне, к счастью, удалось вырваться, я сумел разорвать этот порочный круг и понял — сила и истина человеческих отношений в искренности. Пусть предадут и обманут четверо, но пятый станет тебе другом.

— Да, — согласилась Ева, — найти друга, надев на себя маску, невозможно: либо он окажется такой же маской, либо когда-нибудь твое истинное лицо оттолкнет его навсегда. Странно, что люди этого не понимают. Наверное, им кажется, что проще остаться в одиночестве, чем искать и обжигаться.