Фрэнсин Паскаль - Будь моей навсегда

Сложив записочку, Джессика оставила ее на кухонном столе, где ее наверняка увидит Элизабет, когда доберется домой.

2

 Спустя несколько минутКара остановила машину перед домом Джессики. Дважды посигналив, она с изумлением увидела, что Джессика мгновенно появилась в дверях. Укутанная в белое шерстяное пальто, с наброшенной на плечо холщевой сумкой, Джессика пролетела по дорожке и подбежала к машине Кары. Щеки еераскраснелись от необыкновенно холодного воздуха.

— У тебя что, пожар дома? — спросила Кара. — Я видела тебявылетающей так быстро только из одного места — из кабинета химии мистера Руссо.

— Я немогла больше ждать. Я уже готова ехать наэтот вечер.

— Ты хочешь сказать: готова знакомиться с Николасом Морроу.— Игриво подмигнула Кара, включая передачу и направляясь в сторону имения Морроу.

Кара была отлично осведомлена об интересе Джессики к новому пареньку, появившемуся в их городке. А разве могло быть иначе? Днем она ездила вместе с Джессикой на запись телепередачи, и та только о Николасе и говорила во время перерывов. Кара была лишь рада, что он отвлек мысли ее приятельницы от Джереми Фрэнка. Эту телезвезду она считала слишком уж старой для Джессики, да Фрэнк никогда и не счел бы ее чем-либо иным, как ребенком с привлекательной мордашкой.

Джессика изливала Каре свои сердечные заботы вполне охотно. Она понимала, что ее приятельница теперь не станет посягать на Николаса, поскольку у них было неписаное правило, не раз им помогавшее: никогда не гоняйся за одним и тем же мальчиком со своей лучшей приятельницей. До сих нор это правило срабатывало, во многом и пользу Джессики. Хотя сама Джессика и считала себя в их парочке более притягательной, она сознавала, что Кара способна составить ей серьезную конкуренцию. С густой гривой темных блестящих волос и приковывающей взор фигурой Кара и сама успела вскружить не одну и не две головы.

—Там еще наверняка для тебя останется уйма других ребят, — сказала Джессика Каре, когда они свернули на дорогу, ведущую на холм, где жила городская элита. Это был великолепный обширный участок земли, возвышавшийся над остальной частью Ласковой Долины. — Там все будут.

—Я готова. — В голосе Кары слышался легкий оттенок тоски. — Может быть, на этот раз я найду кого-то, кому и я буду по душе.

—Ara, жалеешь, что тебя не пускают в эту тележку. — Обычно Джессика любила кольнуть Кару одной из своих саркастических шуточек, но сейчас следовало бы воздержаться. В последнее время Джессика по сути дела принуждала Стивена стать дружком Кары, но с ним одна беда. — Джессика знала, что Кара до сих пор расстроена. — Слушай, ну не я же виновата в том, что мой глупый брат не понимает, как бы ты ему здорово подошла. Может быть, когда умрет Трисия, вы с ним смогли бы все начать по новой.

— Джессика, это отвратительно!

— Нет, Кара, это жизнь, — прозаично отозвалась Джессика. — Все мы знаем, что она скоро умрет, ну а потом моему бедному братцу непременно понадобится, чтобы кто-то привел его в чувство. И это вполне могла бы быть ты.

— И не думай об этом, Джес. Я не хочу, чтобы меня называли могильной воровкой. — Кара резко свернула направо, на длинную дорогу, которая понемногу лентой завивалась вверх. Перед девушками вдруг во всей красоте открылся вид на искрящиеся огни домов, лежавших внизу. — Ух ты, как же тут, наверху, красиво.

Джессика глянула из окна на это зрелище, которое никогда не могло ей надоесть.

— До этого дома надо подниматься еще с километр. Их подъездная дорожка будет сразу после дома Брюса.

— Я знаю, — сказала Кара, слегка нажимая ногой на тормоз.

— Эй, может, ты поторопишься?

Кара между тем сбросила скорость до двадцати километров в час. На темной дороге было полно изгибов, а по краю ее, словно часовые, стояли массивные пихты Дугласа, как бы охранявшие недоступность приютившихся за ними домов. Рисковать Кара не любила.

—Слушай, если ты беспокоишься, что кто-то раньше нас поспеет к Морроу, то, думаю, ты можешь расслабиться. Как видишь, мы пока что единственные на дороге, — Кара медленно проехала мимо оправленных в каменные колонны железных ворот имения Пэтмена. — Еще немного — и мы познакомимся с Николасом и Региной.

—Интересно, что за девушка эта Регина Морроу, — сказала Джессика. — Надеюсь, она — человек компанейский.

—Ну, вряд ли она стала бы устраивать прием, если бы была отшельницей.

—Да это-то понятно. Я вот думаю, что было бы неплохо, если бы я это знакомство начала с нее. И тогда дела бы пошли полегче, когда я буду бывать на людях с Николасом. Может быть, мы и вместе будем выходить в свет: я с Николасом и она с кем-нибудь.

—Ох, Джес... Не делишь ли ты шкуру неубитого медведя? Ведь пока он тебя никуда и не приглашал.

Джессика расплылась в этакой всезнающей улыбке:

—Ничего, еще пригласит.

Кара не стала возражать. Она знала, что Джессика — это нечто вроде Королевской конной полиции Канады: всегда изловит того, на кого охотится.

Спустя несколько минут Кара повернула налево, на дорожку, ведущую к имению Морроу. Проехав в большие открытые железные ворота, очень похожие на пэтменовские, оставшиеся пятьсот метров Кара ехала по узкой и извилистой битумной подъездной дорожке, окаймленной с обеих сторон высокой живой изгородью из кустарника.

Эти кусты перекрывали вид на дом, пока Кара не сделала последний поворот. И тогда кустарник сменился круговой подъездной дорожкой, окруженной садом. Перед ним стоял роскошный современный дом.

Кара еще сбросила скорость, и девушки в полной мере насладились этим зрелищем. Несколько больших, укрепленных на земле прожекторов омывали янтарным светом трехэтажное здание. Окрашенный в медовый цвет особняк был огромен до невероятности, а от центрального здания еще и отходили два гигантских крыла. Центральный вход был украшен тремя массивными мраморными колоннами. Сорняки, которые со всех сторон грозили захлестнуть бесконечное на вид простран­ство изумрудно-зеленой лужайки, на ней самой были тщательно выполоты. Главный вход обрамляли сдвоенные ряды аккуратно подстриженных кипарисов, высаженных в огромные латунные урны. В центре круглой подъездной дорожки красовались три фонтана из белоснежного мрамора, извергавшие в свежий вечерний воздух туманную пелену воды.

Кара, казалось, была охвачена благоговейным трепетом.

— Джес, ты когда-нибудь видела что-либо подобное?

Обычно невозмутимая Джессика, похоже, была потрясена ничуть не меньше.

— Бог мой, что же мне предстоит сделать-то, чтобы жить в подобном месте?