Сводные - Валерия Андреевна Уфимцева

Ты самая красивая малышка, которую, я, когда-либо видел! Люди, которые так говорят, или недалёкие умом, или завидуют твоей яркой внешности!

Я улыбнулась. Отец взял мои ладони в свои руки и сказал:

– Верь мне! Я, никогда не обману тебя!

Поднявшись со стула, он поцеловал меня, а потом добавил:

– В июле, мы, всей семьёй, поедем отдыхать, на Бали! В понедельник, займусь твоим загранпаспортом!

Отец вышел из столовой, а я, допив чай, отправилась через кухню в сад, и побрела по мощеным дорожкам, вглубь территории. Прогулка, подняла мне настроение, и я вернулась в дом. Отец с Кирой Сергеевной, по-прежнему, сидели в гостиной. Я, пожелав всем спокойной ночи, убежала к себе в комнату. Приняла ванну, переоделась в свою любимую пижаму, подаренную мамой, и устроилась спать.

Ночью, я проснулась от грохота. Звук доносился из коридора. Я осторожно подошла к двери и прислушалась. Там было тихо, но только я легла в кровать, как снова раздался грохот и звон разбитого стекла. Я открыла дверь. Возле стены, с торчащим из ладони, куском керамики, сидел Арсений. Кровь струйкой стекала на его белые джинсы, образовывая возле него, небольшую лужицу. Я быстро сбегала на кухню и принесла аптечку. Включила свет в коридоре, и аккуратно вытащила осколок из ладони парня. Он застонал. Остановив кровь и промыв рану перекисью, я нанесла на неё мазь с антибиотиком и забинтовала руку. Теперь, нужно было, как то, дотащить парня до его комнаты, но моих сил не хватит, чтобы это сделать. Я присела рядом с Арсением и стала тормошить его за плечи. Он открыл глаза и, посмотрев на меня мутным взглядом, пробурчал что-то невнятное и снова опустил веки. Будить родителей не хотелось. Да и тащиться в дальнюю часть дома, где располагалась их комната, тоже.

– Боже мой! Ну, зачем ты так нажрался?

Я подошла к нему со спины и, подхватив его под мышки, что есть силы, потянула на себя, но сумела сдвинуть тело парня, совсем чуть-чуть. Решила поискать что-нибудь подходящее. Вошла в комнату Арсения и увидела доску для скейтборда. Кое-как перекатила тело на доску и волоком потащила в спальню. Возле кровати на полу лежал белый пушистый ковёр. Пачкать его кровью не хотелась, и я, стянув с Арса грязные джинсы и футболку, оставила его в одних боксерах. «Мамочки! Какой же он красивый!» – я почувствовала, как мои щёки обдало жаром. Но, взяв себя в руки, я пошла в ванную. Намочив махровое полотенце, дрожащими руками, обтёрла тело от следов крови, и, затащив парня на ковёр, укрыла одеялом и вышла из комнаты.

В коридоре собрала осколки разбитой вазы и сложила в мусорный пакет в кухне. В подсобном помещении взяла, какую-то «супер-пуперскую» швабру, в контейнер которой, заливалась вода. Убрав следы кровавого «преступления», унесла всё на место. Джинсы, футболку и полотенце, бросила в стиральную машину, в прачечной и вернулась в свою спальню. Часы показывали два часа ночи. Снова пришлось идти в душ, а любимую пижамку, постирать. Спать я легла в начале четвёртого утра.

Глава 5

Арсений

Появившись на вечеринке Степановой, мы с Артёмом, сразу же выпили по рюмке коньяка. Стешка, прилипла ко мне, как банный лист, не подпуская ни одну особь женского пола, к моему телу. А, ведь, мы с Артёмом, шли на вечеринку с одной целью, потрахаться! Друг уже повёл Лерку, из параллельного класса, в комнату, а я, никак не мог отделаться от навязчивой Стешки. Трахать Степанову, совсем не хотелось. Я приглядел новенькую милашку, и пока моя липучка отвлеклась на новых гостей, схватил девушку и поволок в ближайшую беседку. Она не оказывала ни какого сопротивления, а, наоборот, с удовольствием, отсосала мне, проглотив мою сперму. Вау! Это впервые произошло, и я сильно возбудился. Немного передохнув, я натянул её на свой член, не забыв надеть презерватив, и кончил ещё раз. Моя партнёрша, по-моему, тоже.

Степанова сильно разозлилась, увидев меня, выходящим из беседки, в обнимку с девушкой, которая оказалась её кузиной.

– Макаров, ты настоящий кабель! – орла Стеша.

Я и не отрицаю! Кому я здесь должен хранить верность? Степановой, что ли? Но мне одного раза хватило, чтобы понять: Степанова – не мой вариант! И вместе, мы никогда не будем!

Я взял бутылку коньяка и, устроившись в кресле, налил себе в бокал. Возле меня появился Артём.

– Ну, как успехи? – спросил я друга.

– Отлично! А у тебя?

– Я тоже успел поиметь Стешкину сестричку! И остался, весьма, доволен!

– Только, Степановой, сегодня, не подфартило! – заржал Гаврилов.

Я налил в свободный бокал коньяка, и протянул Артёму. Опустошив бутылку, я притащил ещё одну. Сегодня у меня было дикое желание: нажраться!

Как я дошёл до своего дома, не помню. Проснулся, почему-то на полу, с забинтованной левой рукой, которая сильно болела. Но ещё больше, болела голова, от чрезмерно выпитого алкоголя!

Кое-как поднявшись, я поплёлся в душ. Ледяная водичка, немного прояснила мозги, а вот рука заболела ещё больше. «Что случилось? Где я повредил руку?» В голове не было ни одной мысли. Часы показывали половина девятого. Я набрал номер Артёма. Он долго не отвечал. Наконец полупьяный голос, прорычал в трубку:

– Арс! Какого хрена ты звонишь так рано? Башка болит!

– Гаврилов, что я с рукой сделал?

– В смысле?..

– Я проснулся с забинтованной рукой!

Артём, видимо, напрягая пьяные мозги, долго не мог вспомнить.

– Глеб приехал за мной, и мы дотащили тебя до твоего дома… Но руки, у тебя, были целые! Охранник впустил тебя, и мы уехали.

В дверь постучали. Я попрощался с Артёмом и, натянув домашние штаны, открыл её. В комнату влетело рыжее недоразумение, со стаканом воды и блистером с таблетками. Закрыв дверь, девчонка, смерила меня оценивающим взглядом, и сказала:

– На, вот, выпей!

Я проглотил таблетку и запил её водой.

– Как твоя рука?..

– Болит… А ты знаешь, что случилось?

– Ты упал в коридоре и разбил вазу! Один осколок впился в руку!

– Так это ты мне её забинтовала?

– Я… А что, есть претензии?.. У меня пятёрка по «ОБЖ»! – выпалила девчонка.

– В общем-то, нет…

Я пристально посмотрел на неё.

– И ты, затащила меня в комнату?

– Я…

– И раздела меня, тоже ты? – нагло улыбаясь, спросил я.

Девчонка махнула головой и, покраснев, опустила глаза.

Я подошёл к двери и, открыв её, выглянул в коридор. Вазы, которая стояла возле моей спальни, не было. В коридоре было чисто.

– Я всё убрала… Твои вещи унесла в прачечную. Они были всё в крови… Нужно посмотреть твою рану, обработать и наложить чистую повязку.

Я присел на кровать и предоставил ей возможность приступить к делу.

Настя аккуратно сняла бинт. Я взглянул на рану. Порез был не сильно глубоким. Девчонка обработала его перекисью и, выдавив мазь на ватный диск, приложила к ране и забинтовала. Мне показалась, что