Лина Мерканто - Вперед, Паола!

– Ты пришел, ты здесь, ты пришел, – шептала Паола. Какое счастье вновь быть в его объятиях, чувствовать его дыхание, силу его рук.

Паола закрыла глаза, прижалась головой к его груди. И снова заплясали проклятые слова: «Ты подарила мне…» Она вздрогнула, вырвалась и отступила на шаг. Глаза ее горели, руки были холодны, как лед. Она почти закричала ему в лицо:

– Зачем ты здесь? Я же уже подарила тебе прекрасные минуты. Тебе мало? Хочешь еще? – Она наотмашь хлестала его словами, и это было хуже пощечин.

Роберто был ошеломлен произошедшей с ней переменой.

– Паола, опомнись, о чем ты? Я здесь, потому что люблю тебя. Где еще я могу быть?

– Я не верю, не верю ни одному слову. Твоя записка…

– Какая записка? Я ничего не писал.

– Не писал? А это? – Паола бросилась в комнату, рывком выдвинула ящик стола и подала ему свернутую бумажку. Роберто развернул ее, прочел, перечел снова, поднял на нее вдруг потемневшие глаза.

– Я этого не писал. Не мог написать. И это не моя рука. Откуда она у тебя?

– Мне ее передал Сосновский в тот вечер, когда ты не пришел.

– А я получил вот это. – Роберто вынул из нагрудного кармана такую же записку и протянул Паоле. – Взгляни, тот же почерк. Я ждал тебя в номере, потом спустился вниз, потому что очень захотел тебя увидеть. И…

– Ты был в танцевальном зале, – выдохнула Паола. Ее замутило от одного воспоминания.

– Был, видел и уехал. И с тех пор не знал ни минуты покоя. Как я проклинаю себя сейчас за то, что не подошел к тебе тогда. Глупая мальчишеская гордость. А я ведь уже не мальчик, Паола. И я пришел сказать тебе, что люблю тебя, очень. Это не химера, не фантазия, не каприз. Я не жил все эти дни. Я…

Она не дала ему договорить. Руки обвились вокруг его шеи, губы прижались к его губам в трепетном поцелуе. Слова стали не нужны. Все перевернулось. Мгновение стало вечностью. Вечность мгновением.

Вместо эпилога

«Синьорине Контини

Амендола Фьера, 14,

Милан, Италия

Дорогая Паола!

Позвольте мне начать именно так, хотя я менее всего имею на это право. Мне не дает покоя мысль о том, что я сделал с вами, с Роберто. Эту чудовищную записку написал я, вернее горничная под мою диктовку. Ничем, кроме как помрачением рассудка, это назвать нельзя. И презирать меня больше, чем я презираю сам себя, невозможно. Простите меня, если можете. Прошу вас, разыщите Роберто. Он очень любит вас, гораздо больше и лучше, чем могу любить я.

Я так хочу, чтобы вы были счастливы. Вы самая прекрасная и удивительная женщина из всех, кого я знал и не знал.

Преклоняюсь перед вами.

Андрей».

Примечания

1

Пикколо – маленький (итал.).

2

Белла донна – прекрасная дама (итал.).

3

Аванти – войдите (итал.).

4

Белиссима; аморе мио – прекраснейшая; любовь моя (итал.).

5

Чика – цыпа, цыпочка (итал.).

6

Вива, беллиссима! – Да здравствует прекраснейшая! (итал.).