Жаклин Топаз - Водоворот

— Я не хочу… Я не…

— Успокойся. — Он увлек ее на постель. — Ты взвинчена. Наш последний день на Ривьере не должен быть таким пасмурным.

Пола легла на живот, позволив ему растирать напряженные мьшщы плеч. Когда впервые пальцы Клинтона коснулись ее кожи? Ах, да, уик-энд в Малибу! Они вдвоем в уединенном внутреннем дворике, яркие лучи солнца, возбуждающий запах его кожи…

Руки Тома тем временем добрались до застежки бюстгальтера.

— Он мешает, — радостно сообщил добровольный массажист и расстегнул застежку. От ощущения близости этого удивительного мужчины по спине побежали мурашки.

Удивительно: несмотря ни на что, она продолжает его любить! Ах, если б только этот человек нашел в себе силы отказаться от безумной идеи женитьбы исключительно ради процветания фирмы! Тогда они, быть может, еще какое-то время оставались бы любовниками… Какое странное создалось положение: любовная связь без брака кажется более надежной, чем семейный союз на непрочной основе… Кому рассказать — не поверят: женщина предпочитает оставаться любовницей, наотрез отказываясь от брака с любимым человеком. Непосвященным придется объяснить: любимый оказался игроком до мозга костей.

Большими пальцами Том кругами растирал женщине спину, подбираясь сбоку к груди. Прижимаясь к постели, та почувствовала, как набухли и затвердели ее соски. И прочь всякие мысли: больше нет сил сопротивляться велению души и тела. Сейчас он ей нужен таким, каков он есть. Красивый, сильный, привлекательный, желанный.

Она закрыла глаза. В мире вокруг не осталось ничего, кроме дыхания Тома, его прикосновений к ее рукам, спине, груди.

Мужчина просунул под нее свои сильные руки и стал поглаживать холмики ее грудей. Пола тихо застонала и приподнялась на локтях, чтобы требовательным и одновременно нежным рукам было легче двигаться.

Мужские руки воспользовались предоставленной им свободой, ладони двинулись вниз по животу, к поясу джинсов.

— Выходи за меня, дорогая, — прошептал он.

— Нет. — Поле пришлось чуть ли не силой вытолкнуть из себя это слово.

Том так плотно прижался к ней всем телом, что нельзя было не почувствовать, как нарастает его возбуждение. Как же хотелось, чтобы он слился с нею воедино. Сию же минуту.

— Том. — Она перевернулась на спину. Обхватив руками его шею и притянув к себе, впилась в его губы поцелуем. Его язык ощутил вкус ее жаждущих губ, провел по зубам и затем остановился, не двигаясь дальше.

Пола сама прикоснулась кончиком своего языка к языку Тома, заставляя его двинуться вглубь. Поцелуй все затягивался, руки ласкали ее грудь, и Пола чуть ли не обезумела от желания.

А он нарочито медленно расстегнул ей джинсы. Затем приподнял голову.

— Выходи за меня.

— Люби меня, — ответила Пола.

— Выходи за меня или ничего не получишь. — К ее острому разочарованию, Том поднялся. — Нам лучше подготовиться к поездке. В любой момент могут вернуться Жак и Симона.

— Паршивец! — В ответ — ослепительная ухмылка. Этот негодяй еще над ней насмехается!

Пола схватила подушку и изо всей силы швырнула ее в насмешника.

— Будешь знать, как меня дразнить!

— Что? — Клинтон с притворно невинным видом отпрянул назад. — Думаешь, я позволю, чтобы мое чистое, девственное тело использовали для внебрачных наслаждений?

— Чистое, девственное тело — как бы не так! — Пола вскочила и бросилась за ним, стараясь не обращать внимания, как тот плотоядно косится на ее обнаженную грудь. — Решил меня шантажировать!

— Не шантажировать, а просто воспользоваться моментом, когда ты слаба, — запротестовал Том.

Последовал еще один глухой удар подушкой.

— Думаешь, можешь манипулировать кем угодно, да? — Пола злилась и вместе с тем забавлялась. Но что поделаешь, он ей так нужен, этот удивительный, единственный в мире мужчина.

— Эй! Разве так с боссом обращаются? — Пытаясь увернуться от очередного броска подушкой, Том чуть не наткнулся на стул.

— Только так и обращаются! — Пола с ужасом увидела, что он направляется к двери. — Хочешь так просто улизнуть?

— А ты собираешься за мной гнаться? — Глазами Том указал на ее обнаженные груди с набухшими от вожделения сосками. — Такое зрелище Мари не скоро забудет. Или Жак. Кажется, подъехала машина…

— Ну и ладно! — Подушка снова полетела в обидчика. — А что, это мысль! Может, мой вид произведет на него такое впечатление, что француз снизит ставку до двадцати пяти процентов!

Клинтон прислонился к стене и захохотал. Глядя на него, улыбнулась и молодая женщина.

— Хорошо, — сказала она. — На этот раз… отпускаю тебя. Но сегодня ночью не отвертишься.

— Только если пообещаешь выйти за меня!

13

Прошло несколько часов, прежде чем появились мадам и месье д'Арман. По разгоряченным, довольным лицам можно было догадаться, что примирение не носило исключительно платонического характера.

Француженка взяла молодую женщину за руки.

— Я так счастлива за нас обеих, — сказала она. — Я была поражена, узнав, что вы с Томом не женаты. Но потом, когда мне рассказали, как вы влюбились друг в друга под крышей нашего дома, — ну, решила я, это все извиняет!

Зачем омрачать радость восторженной приятельницы? Пусть думает, что хочет. Довольная сама, Симона рада наградить счастьем всех окружающих.

— Так, значит, Жак позволит вам работать с труппой?

— О, да. Поживем здесь вместе, пока будет идти пьеса. Всего лишь несколько месяцев. Иногда ему придется уезжать в Париж, но, в основном, предстоит… продолжительный… отпуск. — Симона улыбнулась. — А потом мы, возможно, приедем к вам в Калифорнию!

— Замечательно, — выдавила из себя Пола. Что будет говорить мадам д'Арман, когда узнает о «разорванной помолвке»?

Жак ушел в дом с чемоданами жены, и Симона негромко добавила:

— Благодарю за хорошо исполненную вами роль заступницы. Как оказалось, ваши слова возымели действие.

— Том тоже высказал вашему упрямцу-мужу многое, — признала Пола, не желая приписывать заслугу себе одной. — Боюсь, мы в разговоре довольно нелестно характеризовали вашего мужа в глаза называли его нечутким, эгоистичным…

— Что ж, раз человек этого заслужил. — Симона засмеялась. — Но я все равно его люблю. В нем много хорошего. Теперь, когда у меня появился свой интерес в жизни, уверена, мы будем с ним жить намного лучше, чем раньше.

Тут к ним присоединились мужчины, и разговор оборвался. Пора отправляться на экскурсию. Они с Клинтоном думали, что предстоит короткая поездка, но, полные энтузиазма, примиренные супруги желали показать гостям все.