Сандра Филд - Ожившая статуя

Она не могла оставить деньги Уоллиса. Это же понятно.

Рийс вернулся в комнату с непроницаемым лицом.

— Это тебя. Твой агент.

— Бэт? Я ведь не давала ей твой номер! Как она меня вычислила? — Лорен поспешно выбежала в коридор. — Алло.

— Привет! Слава богу, я тебя нашла! Номер мне дал твой домовладелец. Мне пришлось поклясться на пачке Библий, что ты не станешь ругать его за это. Слушай, директор Музея нового искусства — ну, ты понимаешь, о ком я, о нашем единственном и неповторимом Максвелле Гелвее, — так вот он заинтересовался твоей последней работой. Той, что ты закончила как раз перед отъездом. К сожалению, послезавтра он улетает в Японию. Ты можешь вернуться домой? Прямо сейчас.

Пытаясь собраться с мыслями, Лорен уставилась в дубовую обшивку стены с тонкой резьбой. Это успех, который положит начало настоящей карьере. И вообще большая честь, что ее скульптурой заинтересовался музей, тем более хочет купить ее. Но как она сможет уехать отсюда? Как оставит Рийса?

— Лорен? Ты слушаешь?

— Да… ты меня очень удивила. Неожиданный поворот…

— Это шанс, который выпадает только раз в жизни. Я думаю, ты сама прекрасно понимаешь. Так что покупай билет на вечерний рейс. В крайнем случае — на утренний.

Разумеется, такая крупная сделка добавит очков и самой Бэт.

— Давай я подумаю и перезвоню тебе? Через полчаса.

— О чем тут думать? Ты же не собираешься отказаться? Максвелл Гелвей в состоянии сделать тебе карьеру или лишить тебя ее.

— Бэт, я здесь с другом, — вдруг разозлилась Лорен. — К тому же неизвестно, сумею ли купить билет. Я перезвоню.

— Хорошо. — По голосу Бэт было ясно, что ничего хорошего в таком развитии событий она не видит, но Лорен это мало волновало. — Ты знаешь мой номер.

Лорен положила трубку и осталась стоять в коридоре, наполненном сосновым ароматом. Бэт, конечно, права, она не может позволить себе отвергнуть такое предложение. У нее действительно нет выбора, придется вернуться в Нью-Йорк.

Может быть, Рийс поедет с ней?

Девушка вошла в гостиную и в двух словах объяснила, о чем говорила Бэт.

— Мне нужно ехать. Максвелл Гелвей — очень важный человек на Манхэттене. Было бы глупо и недальновидно отказаться, даже если в итоге ничего не получится. Но я не…

— Ты хочешь, чтобы я воспользовался связями и достал тебе билет? — Рийс едва сдерживал злость.

— Послушай, мне очень не хочется уезжать отсюда. Но так надо. Как ты не понимаешь? Такой шанс нельзя упустить.

— Почему же? Я отлично понимаю: для тебя искусство важнее всего.

— Значит, тебе можно оставить меня и улететь в Эквадор, а мне нельзя уехать в Нью-Йорк? — искренне возмутилась девушка.

— Эквадор был один раз, а твое искусство будет между нами всегда. И мне останется довольствоваться почетным вторым местом, ведь так?

— Всегда? — неуверенно повторила она.

— Я не люблю быть вторым, — не заметив ее вопроса, жестко сказал Рийс.

— Зачем все усугублять? Не заставляй меня делать выбор. Я женщина и скульптор — в одно и то же время. Просто два разных проявления меня. Одно без другого не бывает.

— Я пойду займусь поиском билета на самолет.

Забыв о намерении позвать его с собой, Лорен выпалила:

— Получается, мужчине позволено крутить роман и одновременно заниматься карьерой, а женщине — нет? Мне казалось, мы далеки от таких патриархальных устоев.

— Мне не нравится, когда меня бросают из-за того, что какой-то влиятельный человек от искусства что-то там пообещал.

— Но для меня это так важно!

— А я не важен.

— Ты переиначиваешь все мои слова. Терпеть этого не могу, — пыталась защититься Лорен, но Рийс уже вышел из комнаты.

Вскоре из коридора до нее донеслись обрывки разговора с долгими паузами. Спустя десять минут он вернулся.

— Мне удалось найти одно место на утренний рейс в восемь тридцать, больше у них не было. Я заказал номер в гостинице около аэропорта на эту ночь. Надо поторопиться. Выезжаем через час.

Девушка окинула взглядом уютную, залитую светом от камина гостиную, где она провела столько счастливых часов.

— Я не хочу уезжать.

— А я хочу, чтобы следующие пять дней ты провела здесь, а не на своем Манхэттене.

— Поедем со мной, — попросила Лорен.

— Я же не волшебник и не могу создать из воздуха еще одно место в самолете. К сожалению, оба самолета моей компании сейчас за пределами страны — развозят служащих по домам на праздники. К тому же, если уж мне надо ехать куда-то, то в Каир.

Девушка так расстроилась, что даже испугалась. Единственное слово, которое так и не было произнесено за эти дни, — любовь. Рийс не любит ее и вообще против всяких чувств. Поэтому разумнее всего не привязываться к нему.

— Я буду скучать по тебе, — донесся до Лорен ее собственный шепот.

— Можно будет перезваниваться. А еще у нас впереди целая ночь. Но теперь пора собираться в путь. Видишь, какой сильный дождь. Дорога скользкая, быстро ехать нельзя.

— Но сначала я хочу, чтобы ты меня поцеловал, — дерзко улыбнулась она.

— Правда хочешь? — спросил Рийс и подошел к ней.

В его жадном поцелуе смешались гнев и страсть. У Лорен подкосились и задрожали ноги.

— Пойду сложу вещи, — пробормотала она, стараясь скрыть свою реакцию. — Иначе мы займемся любовью прямо на ковре.

Ей потребовалось всего десять минут, чтобы побросать все в чемодан. Подарок Рийса Лорен убрала в отдельный пакет, затем бросила последний взгляд на спальню, в которой познала настоящее счастье. Вернется ли она сюда когда-нибудь? Или это конец всему?

Ей казалось, что сердце разрывается на части от боли. Спустившись вниз, Лорен нашла пальто и ботинки в шкафу в коридоре. Рийс говорил по телефону с Хейзел, объясняя, что планы изменились. Потом он побежал наверх и вернулся через несколько минут в деловом костюме и с небольшой сумкой в руке. Он показался ей совсем чужим. Впервые за много лет Лорен пожалела о выбранной профессии.

Рийс взял черный зонтик из стойки у двери.

— Готова? Нам придется пробежаться.

— Рийс…

Что-то в ее голосе заставило его остановиться.

— Не расстраивайся ты так… — сказал он.

— Мы увидимся снова, правда?

— Конечно. Наши отношения еще не закончены.

Не такого ответа ждала Лорен, но другого, видимо, ей не удастся услышать.

— Пошли, — кивнула она с деланым спокойствием и открыла дверь.

Рийс был отличным водителем, но в такую плохую погоду ему пришлось полностью сосредоточиться на дороге. За все время пути Лорен не проронила ни слова, пытаясь разобраться в многочисленных эмоциях, теснившихся в ее груди. Он сказал: «Всегда». И еще: «Наши отношения еще не закончены». Еще. Маленькое слово, а смысл ужасный. Что он подразумевал? Станет ли она частью его жизни? Или он просто выбросит ее, когда она ему наскучит?